Bustout
Шрифт:
В принципе неплохой выбор для убежища, особенно учитывая запасы еды, воды, и терпения у единственного слушателя. Который в период приёма пищи, как правило, приходил в крайне удовлетворённое жизнью расположение духа, невзирая на внешние раздражители.
Раздражение же карлика, вызванное
– Дьявола сморчок из зада. Как же бесит! Эти припадочные ублюдки всерьёз считают, что я им должен за действия этого рогожопого клоуна!-
– Хрум-Хрум.-
– Слоняра, ты меня вообще слушаешь?!-
– Угху.-
– Мы должны что-то с этим сделать.-
– Схкем? С Бхастом или... глоть... с остальными?-
Демонстративно сплюнув на пол Гизмо пристально посмотрел на своего товарища. Столь частое проявления мыслительных способностей, какое он демонстрировал в течении последней недели, было мягко говоря не свойственным для здоровяка.
– Ясно дело со всеми. Им всем надо усвоить, что с нами лучше не связываться.-
Ответом на такое заявление послужило замотавшая из стороны в сторону косматая башка.
– Не, с остальными я тебе конечно помогу, но вот с рогатым сам разбирайся.-
Подобное заявление превратило до этого лишь слегка подозрительное выражение лица юного изобретателя, в откровенно охреневшее.
– Ты чё, сдрефил что-ли?-
– Нет.-
– Почему тогда? Он ведёт себя как последняя заноза в жопе. Он абсолютно нас не уважает. И ещё, он лезет к Джинкс.-
– Мы и тебя терпим. Уважение штука сложная. Ну а Джинкс...-
Тут гигант на несколько секунд
– Если сама попросит, то я помогу ей с этим, в противном случае, пусть сами разбираются. Последний раз когда я встрял в дела парочек, мы с сестрой поссорились, и от неё уже год как ничего не слышно.-
– Пфф, так и говори что зассал.-
Прежде чем Мамонт успел что-то ответить, Гизмо пулей вылетел из комнаты, и скрылся в вентиляционном люке напротив. Пусть карлик и не слишком опасался одноклассников, но путешествовать по коридорам в одиночку, особенно когда на грани слышимости вот уже пол часа как раздаются какие-то нечеловеческие вопли. Да ну нафиг.
*Кабинет психотерапевта академии H.i.v.e.*
Непередаваемый шум стоял в помещении, которое, как оказалось, имело весьма неплохую акустику. Попади сюда кто-нибудь посторонний, и вряд-ли бы ему удалось различить в стоящей в комнате какофонии, слабый жалобный стон, издаваемый лежащим посередине комнаты телом.
У Фобии не было сил чтобы пошевелится. Её мутило. Из носа, от перенапряжения, и возможно ещё по каким-то причинам, тянулась тонкая струйка крови, образуя уже достаточно солидную лужу на полу.
С каждой минутой хозяйке кабинета, доступом в который, как назло, владела только она, становилось всё хуже и хуже. Прежде чем сознание успело покинуть несчастную женщину, её губы слабо прошептали.
– Господи. Какая глупая смерть.-