Буря
Шрифт:
— Ты не дала согласие? – Алкид мрачно посмотрел на сестру.
— Это ерунда, просто головокружение и женское недомогание. Совершенно не стоит вмешательства. Надо было съесть чуть больше сладкого за завтраком.
Сахана кивнула, не веря ни единому слову, и все они пошли занимать места в кабинках. Во время спуска она отметила для себя важный момент: никто не спросил Айрину, что с ней.
Глава 10. Снова дома
В большой дом они вернулись к вечеру. Айрина сразу ушла к себе – она выглядела бледной и измученной. Сахана, пошла
Через толстую деревянную дверь она не могла разобрать слов. Но слышала, как Айрина ругалась с братом. Повышенным тоном, но все же не переходя на крик, Алкид что-то говорил сестре. Та возражала ему. Сахана поняла, что лезет не в свое дело и поспешила уйти, пока ее не заметили.
За поздним ужином собрались не все. Айрина так и не вышла из своих покоев, Марк поднялся к ней и остался там. Василь готовил комнату для чужеземки – врезал замок, чтобы быть уверенным в безопасности семьи. Так что за столом была Лия, Норман, Алкид и Сахана. Мужчины выглядели хмурыми и расстроенными, а Лия мучила Сахану, указывая на еду, столовые приборы, требуя от нее называть их.
Аппетит у Саханы от такой атмосферы совершенно пропал, она выпила немного вина и ушла к себе, сославшись на усталость.
Алкид пришел уже совсем поздно ночью. Они с Норманом еще долго сидели за столом, потом поднялись в кабинет Алкида и продолжили пить и разговаривать там. Теперь он мечтал добраться до своей кровати и уснуть, отложив все мысли. Но когда уже собрался лечь, то вдруг понял, что кровать пуста – Сахана не решилась остаться в его комнате без разрешения. Мужчина хотел было упасть на кровать, но вдруг понял, что не может так. Не может лечь в пустую постель, зная, что есть Сахана, что она так близко и что ей по-прежнему неуютно в его большом доме. Он был уверен, что она, как всегда, замерзла.
Он вошел к ней в спальню. Сахана спала, завернувшись в одеяло так, что торчал только нос. К местному климату она привыкала с трудом, будто бы за день она накапливала в себе холод и даже в тепле долго не могла оттаять. Алкид откинул одеяло и забрался к ней, прижимаясь к ее нежному телу и зарываясь лицом в волосы.
— Прости меня, – прошептал он. –Я был уверен, что делаю все правильно.
На шее звякнуло звеньями ее ожерелье с его именем, Алкид снял его и положил на столик в изголовье. Мужчина прижался губами к ее шее.
— Ты мой южный цветок, – прошептал он заплетающимся языком и провалился в сон.
Сахана, которая проснулась, как только он вошел в комнату, устроилась поудобнее в его руках. Девушка тут же почувствовала, как озноб уходит, испугавшись жара сильного мужского тела. Рядом с Алкидом всегда было тепло. Ей было очень любопытно, как именно он снимает с нее ожерелье, обходясь без ключа. Видимо, в замке был какой-то секрет, но разгадать его не получалось.
Она лежала рядом с ним почти торжествуя – его тянуло к ней совсем не только для того, чтобы облегчить страсть.
??????????????????????????
Глава 11. Подозрения
Прошла пара недель с их возвращения.
День с самого утра был ясным и солнечным. Снежное покрывало сияло
— Снова будет буря, – хмуро буркнул Василь, загружая в сани коробки. – Не задерживайтесь с Лией в клинике, сегодня надо закончить дела пораньше и вернуться в большой дом.
Сахана кивнула ему в знак согласия. На душе у нее было паршиво уже пару дней. Эйфория влюбленности будто бы отступила. Неясные мысли беспокоили ее, сплетая услышанное и увиденное в картину, на которую ей упорно не хотелось смотреть. Сахана убеждала себя, что это просто ее глупые домыслы. Ей стало бы легче, если бы она смогла поделиться своими выводами с кем-то, кто мог бы их развеять. К сожалению, она никому здесь настолько не доверяла, будучи уверенной, что подобная откровенность приведет к нежелательным последствиям.
Айрина оставалась у себя в комнатах, объясняя это скопившимися хозяйственными делами, что только подлило масла в огонь подозрений. Синеглазая сестра Алкида явно плохо себя чувствовала.
Кроме прочего, Лия ходила за ней по пятам, стараясь овладеть новым для себя языком, совершенно занимая все личное пространство Саханы.
Спасением было лишь то, что Василь теперь возвращался рано, чтобы обучать Лию самостоятельно. Они сидели над книжками с картинками и проговаривали названия предметов и действий. Что руководило Василием – желание отгадать загадку или симпатия к Лие, Сахана не знала. В последнее время ее больше интересовала собственная жизнь.
Лия шла рядом с ней, встревоженно пытаясь понять причины настроения Саханы.
— Тебе грустно? –наконец спросила она.
— Нет, я просто не выспалась.
— Мне тоже грустно, – голос Лии старался выводить звуки правильно и похоже. За счёт этого получался неестественный и напряженный звук. Это тоже сильно раздражало Сахану.
— Василь сказал, бывает секрет.
— Да, у людей есть секреты, – отозвалась Сахана, думая о тайнах Айрины.
— Я тебе скажу, а ты храни, – Лия остановила ее посреди сада и сунула ей под нос свои руки. Узоры начинались на пальцах и тонкими линиями бежали до локтей. Сейчас из рукавов шубы было видно только кисти. – Не работают.
— Что не работает, Лия? – Сахана терпеливо принялась ждать, пока чужеземка вспомнит слово. Она уже знала их достаточно, но не всегда могла верно подобрать. А еще Лия намеренно пропускала «лишние» слова: «что, чтобы, был», а также многие местоимения. Иногда ее невозможно было понять. Вероятно, в родном языке Лии это был смысловой мусор, поэтому она так делала.
— Руки не делают ничего, – шепотом сказала она. –Не возвращается.
— Что не возвращается, добавь еще слов пожалуйста.
— Волк, Сахана, волк не кусает!
Сахана раздраженно вздохнула и пошла к гостевому домику. Через несколько шагов она поняла, что Лия не идет за ней. Обернувшись, женщина увидела, как черноволосая бежит за забор, отгораживающий территорию дома, и помчалась за ней.
— Вернись, куда ты! Остановись! Стоп! Стой, – кричала Сахана все слова, еще надеясь, что Лия просто не понимает их смысл и вернется, когда услышит правильное. Но Лия как бешеная мчалась за границы территории. Сахана перестала кричать, чтобы холодный воздух не застревал в горле комком и молча преследовала ее.