Бунтарка
Шрифт:
Мальчик, доставивший сообщение в Вудфилд-Хаус, сказал также, что солдаты пришли в ветхую лачугу вчера пополудни и забрали мать, оторвав ее от плачущих детей. Крошек бросили на попечение старой слепой женщины, жившей с ними под одной крышей. В чем обвиняли мать, Джейн не представляла, но опасалась, что это могло быть связано с деньгами, которые Джейн вручила женщине три дня назад.
Дорога на Баттевант начиналась сразу за мелким ручьем, который она переехала. Небо на востоке слегка посветлело.
У Джейн имелась и другая причина не привлекать пока товарищей по группе. Она знала, что прямой вызов Масгрейву и штурм казармы, полной драгун, не обойдутся без кровопролития. Видимо, именно на это и рассчитывал магистрат, когда приказал арестовать несчастную женщину.
Спустя примерно полчаса после отъезда Джейн поняла, что не одна движется спозаранок на север. На вершине холма она по привычке обернулась и увидела мчавшегося за ней всадника.
Лишь немного погодя Джейн узнала Николаса Спенсера.
Мимолетная радость уступила место досаде. Прогнав с лица улыбку, она позволила себе дать волю гневу. Раньше за ней никто не следил, не отправлялся за ней в погоню, в какое бы время дня и ночи она ни покидала Вудфилд-Хаус.
Она знала, что без труда оторвется от него, если захочет. Но Джейн приняла другое решение. Закипая от ярости, она повернула Мэб навстречу бездельнику, сунувшему нос не в свое дело, желая бросить ему вызов.
Ждать его приближения было невмоготу, но Джейн терпела, представляя, каким ужасным наказаниям подвергнет его за это. У нее даже возникла мысль спуститься вниз и спрятаться в роще следующей лощины, чтобы испугать его внезапным появлением. Но времени было мало. Дети Кэтрин нуждались в помощи, и она не могла позволить себе отвлекаться, какой бы сладостной ни казалась награда.
– Добрый день, Джейн. – Николас улыбнулся.
– Вы допустили две неточности, сэр, – произнесла Джейн, когда Николас поравнялся с ней. – Еще не день, сэр. И я попросила бы вас сохранять официальную манеру обращения, сэр Николас.
– Прошу прощения, мисс Пьюрфой.
Однако виноватым Николас не выглядел. С суточной щетиной на щеках и разметавшимися по плечам длинными светлыми волосами, он был особенно привлекательным. Но Джейн старалась этого не замечать. Она видела перед собой светского повесу, а не благородного джентльмена, каким его считали.
– Сэр Николас, объясните, пожалуйста, что вы здесь делаете?
– Катаюсь, мисс. Мне нравятся прогулки.
– Лучше приберегите свое остроумие для гостиных, сэр. Объясните, пожалуйста, почему вы меня преследуете?
– Я…
– И скажите, почему ваши мотивы не должны вызывать у меня подозрений?
– Дело в том, что я…
– Ибо вы неустанно твердили мне, сэр, что не имеете намерения выдать
– Теперь…
– Я должна предупредить вас, что считаю ложь великим грехом в ситуациях, подобных этой. – В его голубых глазах появилось выражение удивления. – И сейчас не время для ваших остроумных замечаний.
– Джейн…
– Я не желаю, чтобы ко мне относились как к какой-нибудь дурной, неотесанной упрямице, сэр! – выпалила она, угрожающе наклоняясь в его сторону. – Самое малое, что вы можете сделать, – это придумать какой-нибудь достойный ответ.
Он улыбнулся:
– Если…
– Но если не можете, я категорически советую вам немедленно повернуть и двинуться в обратном направлении…
Он действовал молниеносно. Не успела Джейн и глазом моргнуть, как его большая ладонь легла на ее затылок, а губы припали к ее губам. На мгновение все вокруг замерло. Желание бороться пропало. Когда второй рукой он привлек Джейн к себе, ее злость превратилась в пожар. Ее пальцы отчаянно вцепились в лацканы его куртки, и она застонала от удовольствия.
– Вот так-то лучше, – сказал Николас бархатным тоном и, помедлив, провел пальцами по ее губам. – Надеюсь, что на этот раз не оставил синяков. У вас такая нежная кожа. Если бы кто-нибудь увидел вас сейчас, то не усомнился бы, что мой поцелуй был крепким.
Выпрямившись в седле, Джейн с тревогой подумала, что не в силах устоять перед его чарами.
– Обещаю, что эти синяки исчезнут гораздо быстрее. – Он пробежал рукой по своему небритому лицу, и в его голубых глазах заплясали смешинки. – Но в следующий раз я подготовлюсь лучше.
Ей захотелось дать ему пощечину, чтобы сбить с его лица усмешку, но она посчитала такое наказание слишком тривиальным. Нужно придумать что-нибудь более болезненное. Чтобы не поддаться искушению выхватить из-за пояса кинжал, она накинула на руки поводья, обмотав их несколько раз вокруг запястий.
– Я не имел намерений следовать за вами на расстоянии, – сообщил он, наблюдая за ее руками. – Я хотел проводить вас в Баттевант. Но вы скакали столь быстро…
– Как вы узнали, куда я направляюсь?
Его взгляд снова остановился на ее лице.
– Я…
– Вы следили за мной?
– Я…
– Другого способа узнать нет.
Когда он вновь попытался дотянуться до нее, она заставила Мэб сделать шаг в сторону.
– И не смейте меня больше целовать.
– А мне показалось, что вам понравилось. Что ж, тогда дайте мне возможность объясниться.
Джейн открыла рот, но тут же закрыла, осознав правду. Она не могла этого отрицать. В глубине души ей хотелось, чтобы он поцеловал ее. Она заставила Мэб снова попятиться, чтобы остудить свою страсть.