Бункер
Шрифт:
– Времени валом, он проспит часа три, не меньше. Даже неспеша, мы дойдём за час.
– Я думала вы приехали на какой-нибудь технике из будущего, как на картинках – сказала, улыбаясь, Вера.
Все заулыбались на её слова.
–
– ответил Максим.
Величие корабля поразило Веру.
– Как вам, таким маленьким доверили такое ответственное поручение.
– Каждому по уму детка. – с лёгким надменным юмором, сказал Максим, обогнав её и энергично повернувшись, смотря прямо в лицо, добавил, - Тебе повезло, ты познакомилась с лучшими.
– Иди уже, придурок, - подтолкнула его легонько Маша, - хочу поскорее улететь с этой планеты, где ты чуть не промазал, двоечник.
– Но не промазал же! – последовало возмущение. – Ты вообще должна быть мне благодарна.
– Я благодарна, обязательно упомяну этот случай в рапорте.
Максим был доволен её ответом, прозвучавшим как угроза, ведь это означало, что он попал в цель при неблагоприятных условиях, и скорее всего его ждёт награда по возвращении.
– Что скажем в управлении? – спросил Максим, усаживаясь удобнее за штурвал.
– У нас достаточно видеоматериала с масок, это будет весомым доказательством об асоциальной личности Егора. Кому чай? – Маша стояла у кулера для воды, доставая чашки.
– Мне с ежевикой. – обернулся к ней Максим.
– Спорим, засекретят?
– Засекретят. – согласился Дима. Зачем волновать общественность? Причиной сигнала пропишут готовые к отключению вентиляционные системы. И Вера будет единственной выжившей. Она
– Удивительна всё-таки природа. – сказал Максим, включая двигатели, - Даже для такой обезьяны как он в мире есть место.- Маша вопросительно посмотрела на него.
– Земля. Колыбель зарождения как раз место для обезьян. Пусть живёт, бананы, если что, на пальмах.
Вера стояла у окна и восхищалась заходящим солнцем, которое стало ещё больше. Она с трудом верила в происходящее и постоянно трогала себя, убеждаясь, что это не сон.
– Послушайте, ребят! – сказала Маша, подходя к ним с планшетом, в котором писала рапорт. – «Их затворническая жизнь не проявляла никакого импульса к выходу наружу. Среда, в которой воспитывались последние поколения, не удовлетворяла познавательный интерес.»
– Для начала не плохо. – жестом показав палец вверх, одобрил Максим.
– Бездеятельность и сумасшествие. Истинная смерть заживо. Поймёт ли он?
– Думаю да. – Дима приготовился к старту.
– Какая разница, где ему погибать в одиночестве, среди людей или без них?
– Вообще никакой. – Согласился Максим.
Корабль был уже где-то далеко в просторах космоса, возвращаясь счастливую жизнь, когда Егор очнулся. Не побоявшись радиации, он впервые в своей жизни пошёл наверх. Солнце уже село, в верхних коридорах гулял воздух холодной пустынной ночи.
Он стоял угрюмый и недовольный на краю песков, раскиданных «жучкой» и смотрел на звёздное небо. Усиливающийся ветер начал бить песком его тело, закрывая пылью видимость, начиналась песчаная буря. Егору пришлось укрыться в бункере.
Утром передвинутые барханы вернули прежний пейзаж, скрыв следы происшествия вчерашнего дня.