Чтение онлайн

Сано попросил Хирату:

— Пожалуйста, очистите улицу, пока я допрашиваю свидетелей.

Толпа любопытных увеличилась, некоторые, с татуировками, походили на бандитов. В беспокойном Нихонбаси что угодно могло спровоцировать шумную ссору, а этого ни Сано, ни городу вовсе не было нужно.

С неожиданной расторопностью Хирата с помощниками принялся разгонять толпу. Сано повернулся к свидетелям. Жавшихся друг к другу пожилых людей легко было принять за брата и сестру — оба маленького роста, худые и согбенные, без зубов, седые, морщинистые, со старческими пятнами на коже. Оба в темно-синих кимоно и соломенных сандалиях.

Третий свидетель был лет на двадцать их моложе, полный, с отвислыми щеками и короткими волосами, стоящими торчком. Копье с бамбуковым древком и кожаный панцирь выдавали в нем стражника, местного жителя, охраняющего ворота Нихонбаси.

Сано обратился к пожилому человеку:

— Как вас зовут?

— Таро, господин. Хозяин этой аптекарской лавки. — Он указал на магазин. — Мы с женой нашли тело.

— А вы? — спросил Сано у стражника.

— Удогуши, — прошептал тот. Будучи явно не в себе, он непрерывно вытиралруки о короткое серое кимоно. — Я нашел голову.

Несмотря на усилия Хираты, вокруг них собрались любопытные. Сано повернулся к пожилому свидетелю:

— Давайте поговорим в вашей аптеке.

Обменявшись испуганными взглядами с женой, тот кивнул:

— Конечно, господин. — Он приподнял выкрашенный индиго кусок материи, который, свисая со ската крыши, наполовину закрывал вход в магазин.

Сано вошел.

Аптека ничем не отличалась от большинства магазинов Эдо: центральный проход между дощатыми приступками, застекленная крыша. Свет сверху дополнял освещение от открытого на улицу прилавка. Помещение заполняли керамические горшки с экстрактами растений; подносы с сушеным корнем женьшеня; плетенки с травами, орехами, разделанными рогами северного оленя и какими-то порошками, коробки с лекарствами. В воздухе витали горький, сладкий, кислый и мускусный запахи. Осмотревшись, Сано присел на край приступки и пригласил свидетелей последовать своему примеру.

Аптекарша сказала:

— Отец, где твои манеры? Мы должны предложить гостю освежиться! Господин, пожалуйста, окажите нам честь, отведайте чая в нашем жалком магазине.

Сано отметил: должность дает преимущество, которого он не имел при первом расследовании, а именно — готовность свидетелей сотрудничать.

— Прекрасно. — Он сделал глоток женьшеневого чая. Хозяева вроде успокоились и разулыбавшись уселись на полу. — Таро-сан, при каких обстоятельствах вы обнаружили тело?

— Ну, — Таро наморщил лоб, — когда мы открыли двери сегодня утром, оно лежало на улице в луже крови. — В отличие от стражника аптекарь не выказывал потрясения. Вероятно, за долгую жизнь всякого насмотрелся.

— Который был час? — спросил Сано.

— О, тогда не рассвело. Наш магазин всегда открывается самым первым на улице, а закрывается ночью, самым последним. Потому и дела идут неплохо. — Таро махнул рукой на вход, где Хирата объяснял покупателям, что аптека временно закрыта.

— Вы не видели или не слышали чего-нибудь подозрительного прошлой ночью?

Супруги приняли до смешного одинаковые позы: палец приложен к щеке, глаза прищурены. Поразмыслив, они с сожалением покачали головами. Аптекарь сказал:

— Нет, господин. Мы много работали днем, а потому ночью спали очень крепко.

Его жена вздохнула:

— Бедняга. Надо же, такой ужас случился с таким безобидным человеком.

— Вы знали Каибару? — насторожился Сано. Откуда торговцам известен хатамото Токугавы, который

скорее всего за покупками отправлял слуг?

— О да, — сказал аптекарь. — Не по имени, конечно, имя нам сказали только сегодня. Но с прошлого года он часто ходил по этой улице. И ночью и днем.

Сано задумался: было ли убийство Каибары, как считал сёгун, нападением на клан Токугава, или Каибару прикончил кто-то, знавший его привычки и следивший за ним прошлой ночью?

— Не говорил ли Каибара, зачем приходит сюда? Он появлялся здесь в определенное время?

Аптекарша потрясла головой:

— Он не заговаривал с людьми. Он просто улыбался и кивал. Мы никогда не знали, увидим ли его в следующий раз. То он приходил каждый день, то исчезал на месяц. Но он всегда возвращался. — Она вздохнула. — Теперь больше не придет.

«Данные о Каибаре сейчас очень важны», — подумал Сано, поворачиваясь к стражнику.

— Всего несколько вопросов, Удогуши-сан, и я вас отпущу, — сказал он, заметив, что у мужчины нездоровый цвет лица и сильно дрожат губы. — Где и когда вы обнаружили голову Каибары?

— Я шел домой со службы, — заговорил Удогуши сдавленным голосом, словно что-то задерживало звук у него в горле. — Туман рассеивался. Я посмотрел на небо и тут... — Стражник сглотнул. — На пожарной вышке... Я поднялся по лестнице и нашел... — Одной рукой он провел по губам, другой продолжал тереть по одежде.

— Вы заметили кого-нибудь? — с надеждой спросил Сано.

Стражник помотал головой, но скорее в растерянности, чем отрицательно:

— Не думаю. Я... я был так напуган, что даже не помню, как слез оттуда. Все, что я помню, это как бежал по улицам и звал на помощь. И еще, как люди выходили из домов посмотреть, в чем дело. — Голос Удогуши упал до шепота. — Кто-то, наверное, вызвал полицейских, потому что потом, помню, они задавали мне вопросы и требовали, чтобы я показал им... — Ею замутило.

Наблюдая за руками Удогуши, Сано понял: стражник пытается стереть след смерти, оставленный бундори, избавиться от ужаса находки. Сано обратился к аптекарю:

— Принесите, пожалуйста, для Удогуши воды.

Он подождал, пока стражник прополоскал рот, вымыл руки, смочил щеки. Скоро Удогуши обрел нормальный цвет лица, стало быть, успокоился.

— Потом я каким-то образом оказался здесь и увидел тело и кровь, — сказал стражник. — Я сказал полиции, что не знаю, кто его убил.

— А я знаю. — Аптекарша убежденно кивнула. — Это призрак. Дух самурая, который бродит по земле, считая, будто битва, в которой он убит, продолжается.

— Она права, — воскликнул Таро. — Кто, если не призрак, может убить и исчезнуть без звука и следа? И кто, кроме древнего самурая, станет делать трофей из головы убитого врага?

Сано испугался. Действительно, минуло восемьдесят девять лет со дня сражения у Сэкигахары. Тогда воюющие кланы в последний раз отрубали головы у поверженных противников в качестве военных трофеев. Теперь же в Эдо происходят обычные, незамысловатые преступления, часто при свидетелях, с большим количеством улик, очевидными мотивами, доступными следами. Невежественные, суеверные люди ухватились за историю с призраком, чтобы как-то объяснить себе то, чего не понимают. Они посеют панику среди легковерных горожан, возникнут массовые волнения. Реакция Удогуши показала, что может произойти, если слуха распространятся.