Шрифт:
Памяти моей любимой бабушки, Рин Грэм Бейли
Пролог
Великий сказал быть в «Обочине» в 5.30 утра. Том приехал в 5.20 – опаздывать на встречу, которую назначил тебе Великий, просто нельзя. Том думал, что приедет первым, попьет водички и соберется с мыслями, но Великий уже был там. Тренер Пол «Медведь»
– Привет, Тренер.
Великий поднял глаза от газеты, но ничего не сказал, даже не улыбнулся. И только через несколько секунд он осклабился и протянул руку:
– Когда вес наберешь, черт тебя дери? Прямо мешок с костями! Или твоя дамочка тебя не кормит?
Том улыбнулся: здорово, Великий решил растопить лед. Они пожали друг другу руки, Том сел, официантка подошла принять заказ. Великий заказал два яйца, бекон, овсянку, сухое печенье и еще кофе. Том попросил себе то же самое – для его желудка это чересчур, но тратить время на меню просто не хватило духу.
Официантка шаркающей походкой удалилась, и Великий, глотнув кофе, наклонился:
– Ну, как дела в Бирмингеме?
– Отлично, Тренер, – сказал Том, стараясь унять предательскую дрожь в голосе. – Работаю в небольшой фирме по защите интересов страховых компаний. Иногда выступаю в суде.
– Слышал, слышал. Три дела в суде присяжных, три победы за четыре года, верно?
Том кивнул, польщенный, хотя чему тут удивляться? У Великого в судебной системе столько связей – одного звонка достаточно, чтобы узнать обо всех достижениях Тома на ниве юриспруденции.
– Да, сэр, мне повезло. Джордж Макдафф – таких партнеров еще поискать. Ведь он…
– Э-э, нет, какое тут, к чертям, везенье, – возразил Великий, слегка прищурившись. – Мне ведь доложили: Макдафф всю работу взвалил на тебя. Может, и помогает с подбором присяжных, а дальше за все отдуваешься ты.
От такой похвалы Том даже вспыхнул. Великий основательно подготовился к их встрече. Но зачем? Когда он вчера позвонил, о причине этой встречи не сказал. Мол, надо поговорить о серьезном деле – и все.
– Послушай, – сказал Великий, зажигая сигарету. – Во вторник ко мне заглянул Джим Хикок. Ты его знаешь?
Том сдвинул брови.
– Декан Хикок?
Великий кивнул, выпустив дым в сторону.
– Джим сказал, что преподаватель курса «Доказательства» на прошлой неделе ушел, место освободилось. Декан также хочет запустить пробную программу и собрать команду, чтобы конкурировать с другими юридическими школами. То есть хочет влить свежую кровь. Нужна способная молодежь. Среди преподавателей подходящих кандидатов он не видит, вот и спросил меня: нет ли у меня на примете достойных юристов, которые трудятся в нашем штате и смогут стать неплохими преподавателями? – Великий сделал паузу, стряхнул пепел в стоявшую на столе пепельницу. – Первый, кто пришел мне в голову, – ты.
– Я? – переспросил Том ошарашенно. Мысль о карьере преподавателя не приходила ему в голову никогда. Адвокат в суде – вот что ему интересно. Только на прошлой неделе Лоренс Батлер из компании «Джонс и Батлер» пригласил его на ленч –
– Ты, – подтвердил Великий. – Зарплата – пятнадцать тысяч в год. – Он положил сигарету на край пепельницы, отхлебнул кофе. – Все просто. Хочешь получить эту работу – я говорю Джиму, и он тебя берет.
Том смотрел на тлеющую сигарету. Пятнадцать тысяч в год? Это чуть больше, чем он зарабатывает сейчас, но ведь у него свои планы. Он хочет стать судебным адвокатом.
– Тренер, честно говоря… не знаю. В жизни не думал о преподавании. Надо поговорить с Джули. Когда нужен ответ?
– Свяжись со мной через неделю. С женой надо поговорить, согласен. Но подумай вот о чем. – Великий замолчал, сделал последнюю затяжку и смял сигарету о дно пепельницы. – Я всегда считал, что людям и заведениям, которые что-то дали тебе, надо вернуть долг. Мне университет Алабамы дал очень много. Там я играл в футбол, там понял, что хочу быть тренером. Там я защитил диплом и встретил будущую жену. Я никогда не жалел, что вернулся. – Сложив руки шалашиком, он добавил: – И ты не пожалеешь.
Том взглянул Великому в глаза и вдруг вспомнил событие десятилетней давности, когда тот сидел за другим столом, а напротив сидел не только Том, но и его родители. В голове зазвучали слова, которые тогда произнес Тренер:
– Сынок, ты никогда не пожалеешь, что выбрал мою команду, что выбрал учебу в нашем университете в Алабаме. – Повернувшись к маме Тома, Великий сказал: – Уважаемая, ваш сын – прекрасный футболист, мало этого, он – прекрасный парень. Мы сделаем из него настоящего мужчину. Он будет учиться, получит диплом. – Перевел взгляд на отца и добавил: – А если будет колобродить, мы его приструним, приведем в чувство. – Отец при этих словах улыбнулся, взгляды мужчин встретились. Перед прощанием Великий сказал: – Родители, если пошлете сына к нам в Алабаму, он пойдет дорогой победителя. Мы научим его побеждать на футбольном поле, и этот успех останется с ним на всю жизнь, чем бы он ни занимался.
Тогда Великий ушел, не получив ответа, но Том уже принял решение. Как и его родители, он подпал под обаяние Пола Брайанта, его прельстила карьера футболиста в университете Алабамы.
Через несколько минут официантка принесла заказ, они заговорили о прошлом, вспомнили команду 61-го года, ребят из той команды; Великий спросил, поддерживает ли Том с ними связь. Свой завтрак Тренер съел быстро, все время поглядывая на часы. То, ради чего он сюда приехал, было сделано, и он уже был нацелен на следующий пункт своей дневной программы. Встреча закончилась, Великий оплатил счет – и они пошли к машине Тома.
– Подумай как следует, сынок, – попросил Великий, сжимая плечо Тома. – Буду очень рад, если ты вернешься.
– Хорошо, Тренер, я…
Но Великий уже уходил и все равно бы не услышал. Солнце нещадно палило, тень от двухметровой фигуры Великого покрывала почти половину парковки. Том улыбнулся и открыл дверцу своей машины.
Он обязательно поговорит с Джули. Потом с Джорджем Макдаффом. Можно составить список плюсов и минусов: что ему даст работа преподавателя права? Но, еще не доехав до Бирмингема, Том принял решение. Как и десять лет назад.