Чтение онлайн

— Это не они… — Студент прикусил язык. — То есть все равно не понимаю, о чем вы толкуете!

— А может, тебе в ухо дать? — пробасил Ефимыч, сжимая-разжимая кулак. — Чего дурочку-то корчишь?

— А ты, дядя, давно в стукачи к СЭБу записался? — взвился Ник.

— Сядь, припадочный, чего дергаешься? — Бородач произнес это еще спокойнее и оттого весомее.

Племянник сразу увял и спрятал оскал голодного волчонка за нервно-снисходительной улыбочкой.

— Твой дядя человек опытный и сразу рассмотрел, что я вам не враг, — мягко

сказал Волк. — Прислушайся к его мнению.

— Мой дядя всегда так делает, — холодно усмехнулся Ник. — Если ты реальный перебежчик, он тебя в местное общество введет и будет с тебя пожизненный процент получать, а если ты крыса, придушит, и все дела. Думаешь, откуда у него это? — Ник обвел широким жестом убранство комнаты. — Через его саркофаг половина беглых проходит. Они же сначала прячутся, думают, что в других кварталах ненадежно. А тут такой бункер! Да еще с пансионом и самогонкой. Вот и жмутся к Ефимычу. Потом соображают, что из Свиней выдачи нет, где бы ты ни обосновался, да поздно. Борода уже данью обложил.

— Все это очень интересно, но меня волнует другое. — Боковым зрением Волк видел, что если не смерть, то нокаут Нику светит в самое ближайшее время. Ефимыч уже сжимал кулачище и оценивал дистанцию. — Мне нужен Новак и его архив. Что в этих бумагах?

— Ну так идите к нему самому да спросите. Тут недалеко! А заблудитесь, к полицейским обращайтесь. Они там сейчас у каждого столба стоят.

По идее, следовало бы двинуть ему в зубы, но Волк решил быть стойким до конца.

— Кто, кроме моих коллег, охотится за документами Новака?

— А мне откуда знать?

— Ясно. Диалога не получается. — Волк откинулся на спинку стула. — Ефимыч, ты сколько процентов берешь?

— Два. — Бородач смущенно улыбнулся. — Правильно ввести в общество… сам понимаешь. Клиенту это важно. Вся жизнь его от этого зависит… дальнейшая. Или ты тут улицы мести будешь, или сразу в контору приличную каким-нибудь менеджером устроишься. Есть разница? А два процента… При среднем доходе это мизер. Ну тыща в год, ну полторы…

— Даю пять тысяч сразу. И не надо никаких контор. Просто отведи к Новаку.

— Так бы и сказал! — забеспокоился Ник.

— Цыц, щенок, ты свою мазу профукал. — Бородач махнул рукой. — Провыкобенивался. Сиди теперь и сопи вон в титьку. А ты, Володя, запомни: ежели Ефимыч обещал сделать задаром, значит, сделает. Здесь тебе не Сидней. Слово держим. Кончится облава — отведу.

— Нет, дядя, погоди. Поговорить-то нам можно?

— Ты же не хотел!

— Я передумал!

— Вот жлоб…

— Северяне в этом деле замешаны. — Студент разволновался. — У Новака с ними раньше какие-то дела были. Они его от Управления прикрывали, а он им научные расчеты делал. На основе архивных данных. Больше мне ничего не известно.

— Северяне? — Волк прищурился. — Кого ты имеешь в виду?

— Джерри Нуриев, Аарон Освальд, Иван Соло, Мария Штерн… северяне, понимаете теперь?

Все перечисленные

граждане работали ведущими мыслеэфира. И все были голубоглазыми, русоволосыми мулатами. «Расовая теория» Волка получала развитие. Уроженцы северного Дарвина все больше противопоставлялись остальной части населения континента. Пока непонятно, на какой почве и из каких семян прорастали колючие побеги, но игнорировать уколы их шипов становилось все сложнее.

— Зря вы за это дело взялись, — неожиданно подала голос Линда. — Лузовое оно. Северяне этого так не оставят. Поймают вас и пустят на липучку.

— Куда пустят?

— Не куда, а на что. На липучку, которая по трубам под Черным течет.

— На переработку отправят, — пояснил студент.

— А-а, Володя, не слушай ты их! — Ефимыч махнул ручищей. — Балаболки! Это все басни, вроде той, что про саркофаг сочинили. Детишек пугать.

— Басни? — Ник загадочно ухмыльнулся. — А про старое Зубаревское кладбище тоже басни? Про могилы бездонные, из которых на следующий день после похорон трупы исчезали, тоже басни? Про коллектор кладбищенский, про сторожей и про черные лампы, которые вместо света тень дают…

— А это вообще бред, — отрезал Ефимыч. — Был я в том коллекторе. Сухой он. И не коллектор вовсе, а система каких-то подземных ходов и убежищ. Говорят, это дело еще с кенгурячьих времен осталось.

— С каких? — не понял Володя.

— Ну, с тех, с доисторических, когда туг повсюду кенгуру скакали, овцы паслись и эти… кипарисы росли.

— Эвкалипты.

— А-а, ну да.

— В те времена люди здесь еще не жили, — возразил Волк. — Это любому школьнику известно. Джеймс Кук сюда только в две тысячи двадцатом первых поселенцев из Буэнос-Айреса привез.

— На подводной лодке. — Ник громко рассмеялся.

— На субмарине «Индевор». — Володя недоуменно пожал плечами.

— И за год построил на континенте десяток городов, сеть монорельсовых дорог и вообще превратил Австралию в центр цивилизации.

— Ну да. Исторический факт. А что в этом смешного?

— Нет, ничего, это я так. — Студент махнул рукой. — Вспомнил одну забавную статейку в «Невер-майнд»…

— Это самая желтая газетенка из всего бульварного чтива, — скривился Волк. — Удивляюсь, что ее вообще допустили в мыслеэфир.

— Вот именно. — Ник стал неожиданно серьезным. — И знаете, почему все так думают? Потому что она пишет чистейшую правду!

— Ну-ну… — Теперь пришла Володина очередь усмехнуться. — Правду о чем? О вампирах, пришельцах и оборотнях? О том, как зомби пируют на кладбищах, а из северного полушария приплывают корабли-призраки?

— И привозят в трюмах массу вещественных доказательств, — повышая голос, закончил Ник. — Например, целые бумажные архивы! Вот только береговая охрана Дарвина успевает перехватить и потопить эти корабли еще до того, как они войдут в Тиморское море. Вы слышали о военной базе на Новой Гвинее, лейтенант?