Чтение онлайн

– Сука тощая, – наконец выдал он, не сумев удержаться.

Она попыталась пнуть его в пах. Пришлось снова ее хватать и оттаскивать назад. Громила резво отскочил и злорадно добавил:

– И сисек нет. Да кто на тебя плоскую доску позарится вообще.

Лерка зашипела и попыталась вырваться из моих рук. Насчет сисек кстати Шуша не прав, сиськи у нее были, когда тянул на себя и приставлял нож, сумел случайно убедиться. А вот насчет худобы в самую точку. Кожа да кости.

– Все закончили! – я дернул ее обратно, но не пошутить не

смог: – Тебя там свои не кормили что ли? Чего такая худая?

Как ни странно, успокоилась.

– Да какие свои, – пренебрежительно не сказала, а сплюнула. – Так, приблуды залетные.

– Ну да. Или скорее это ты у них на положении приблуды залетной, – ехидно поправил я, но вдаваться дальше не стал.

Не мое дело. Точнее догадываюсь, что деваха явно занимала то же положение в банде, что и я в группе Ржавого. Не трогали пока приносила пользу, но все равно на птичьих правах.

– Ладно, закрыли тему. Пора двигать отсюда, – я отпустил Лерку и оглянулся, ища взглядом пакет с тушенкой.

И не нашел. Волосатик, что так ловко поймал его в первый раз, смирно лежал в отключке с вывернутыми карманами у мусорного контейнера, но пакета поблизости не было.

Вот же гадство. Видимо кто-то из сбежавших приятелей лохматика успел подцепить своими липкими ручонками и свалить. Фига себе шустрые, на ходу подметки сметают.

– Тушню свистнули, – удивленно сообщил Шуша тоже заметив отсутствие пакета.

– Казлы, – с чувством выдохнул я.

Девка хихикнула.

Это что же получается, у нас стащили консервы? На сколько одна банка тянула? Примерно на двадцатку. Сколько там еще оставалось? Не меньше пяти или шести. Мы взяли сорокет из карманов. Значит по итогу минус шестьдесят.

Хрена себе математика. Вроде и одержали победу, а в результате чистый убыток. Нам бы тушенки еще на парочку дней хватило. Я зло пнул пустую бутылку из-под шипучки, неудачно попавшуюся на глаза. Эхо удара прокатилось по узкому переулку.

– Казлы, – согласился Шуша, тоже подсчитав исход утренней стычки после пропажи консервов.

Мы мрачно уставились друг на друга.

– Здесь фуд-трак есть через пару кварталов, – сказал вдруг Лерка, махнув куда-то в сторону рукой. – Там неплохо кормят.

Да, немного деньжат осталось. Как раз думал при случае пожрать чего-нибудь нормального.

– Пошли, – все еще недовольный я мотнул головой.

Мы направились по улице, обгоняя прохожих и обходя по дуге столпотворения людей на общественных остановках. Автобусы подходили и уходили, развозя угрюмый народ по работам.

Фуд-трак стоял на перекрестке впритык к узкой парковке. Обшитый листами нержавейки, побитый жизнью прицеп радовал тусклой иллюминацией и облезлой краской с едва видимой надписью, сообщающей, что закусочная относится к сети ресторанов быстрого питания «Масленица».

Ага, из этой будки такой же ресторан, как из меня оперный певун.

Судя по всему, прицеп привозили и увозили каждое утро и вечер. Обслуживал

один человек, сидящий за забранным мелкой металлической сеткой окошком.

Участие живого продавца выглядело иронично, учитывая, что рядом находился магазин-автомат дешевой одежды с полным циклом самообслуживания. Похоже зарплата несчастного парня за решетчатым стеклом стоила настолько мало, что даже блок кухни-фабрики машинной готовки обходился дороже.

Перебежав дорогу и подойдя ближе к меню, висящим за все тем же зарешеченным окошком, мы убедились, что нам хватало лишь на два неполноценных завтрака: жаренные кольца лука, бургер, картофель фри (маленький) и шипучка со вкусом смородины (сама дешевая ноль тридцать три).

– Блин, не хватает на всех, – повторный пересчет не прибавил лишних купюр.

– Да бери что есть. А эта коза обойдется, – Шуша пренебрежительно цыкнул на Лерку.

В любой другой ситуации я бы скорее всего так и поступил. Чего кормить какую-то приблуду. Но нам с ней еще дела делать надо, а значит необходим нормальный контакт, чтобы когда все начнется, не было срывов. Если сейчас обделим и в одну пачку сожрем хавчик, девка наверняка затаит обиду и потом это припомнит.

– Ничего, поделимся, – решил я.

Шуша ничего не сказал, только сердито засопел, снова потрогав покрасневший кадык. А рука у девчонки тяжелая. Или удар хорошо так поставлен?

Лерка стояла в стороне, словно разговор ее не касался.

– Слышь, тощая, а у тебя случайно бабла нет? – спросил я.

– Неа, – легкомысленно прилетело в ответ.

– Кто бы сомневался, – проворчал я и повернулся к окошку фуд-трака.

Ладно, обойдемся что есть. Говорят голодание полезно для здоровья. Я принялся диктовать заказ.

Окраины технограда «Брянск»

Улица Старомихайловская. 08:30

Так толком и не наевшийся, а потому голодный и злой, я шел позади Шуши и Лерки, мрачно размышляя на тему, где в короткие сроки добыть еще денег. Мордатый вряд ли расщедрится на аванс, и никто не знал, насколько затянется дело.

И лежку надо найти, безопасную, чтоб ни одна сволочь не знала и не смогла подобраться. Желательно где-нибудь вдали от жилых кварталов.

А еще из головы упорно не желало уходить произошедшее утром.

Телекинез… чтоб меня… гребанный телекинез… это могло создать серьезные проблемы в будущем… как будто без этого нам их не хватало… или нет… непонятно…

Умение расшвыривать людей могло пригодится. Особенно в драке сразу против нескольких противников. Но имелся и минус, неочевидный, но вызывающий тревогу – пойдут слухи о парне, который силой мысли расшвыривает всех направо-налево.

К чему это приведет? Правильно, в конечном итоге это докатится куда надо, и придут серьезные дяди задать парочку вопросов, чтобы потом уволочь в Распределитель.