Чтение онлайн

Бергман взял мои трусики и провел ими по моей промежности, а затем положил в карман своего пиджака.

— Это останется со мной, — он с предвкушением сверкнул глазами. — А теперь одевайся. Очень-очень медленно.

Бергман выпустил меня из своей машины совершенно растерянную, возбужденную и без трусиков. Казалось, меня разорвет от желания к этому мужчине. Поэтому, вопреки всякому здравому смыслу, мне хотелось только одного: демонстративно усесться на пути

Бергмана и как маленький ребенок устроить истерику дабы получить желаемое. Но я уже далеко не ребенок, а Бергману только дай повод меня наказать!

Так что, закусив губу и стыдливо прикрывая попу сумкой, чтобы случайный порыв ветра не задрал мне юбку, я вновь села в свое такси и заставила себя проглотить всю горечь. А еще через пять минут до меня дошел весь ужас своего поступка.

Как я могла позвонить Марго и сказать такое?! Почему у меня отключается мозг каждый раз, когда Арон начинает говорить? Мужчина словно обладает даром внушения! Я готова беспрекословно выполнять все, что он мне говорит, совершенно не задумываясь о последствиях! А что теперь? Бергман улетает, а я остаюсь один на один со своими мучительницами без права склонить голову в поражении. Еще и должна давать агрессивный отпор! Нет, теперь мне точно конец! Может, купить больничный на пару дней? А лучше на неделю? А может и вовсе забрать свои документы? Ведь после такого Алина от меня и мокрого места не оставит!

За своими мыслями я вдруг вспомнила с каким безразличием Бергман тогда ответил на мой вопрос о том, что в зале может находиться кто-то из его знакомых. И действительно, одно дело иметь тайную любовницу на стороне и совсем другое, когда мужчина заселяет эту самую любовницу в свою квартиру, водит ее по публичным местам и деловым ужинам.

Мама говорила, что пресса нередко ловит Бергмана с его пассиями, но его семейной жизни это никак не угрожало. Почему? Его жена готова мириться с таким отношением ради сохранения семьи или денег? Или может быть Бергман настоящий домашний тиран и все члены его семьи настолько у него в кулаке? Ведь слухи о садизме не рождаются на ровном месте!

Черт!

Именно в таком отчаянном положении меня и нашла Мел, когда подсела ко мне в машину. Но обсуждать что-то при водителе было не вариантом, поэтому я лишь положила голову на колени Мел и тихо разрыдалась.

— Мел, я не хочу никуда ехать, — шмыгнула я. — Я хочу домой.

Домой… Куда домой? Фактически сейчас у меня не было места, где бы я чувствовала себя в безопасности. Квартира Бергмана для меня домом не являлась. А ехать к маме означало выслушать огромную порцию недовольства от того, что у меня снова что-то не получилось, что мне нельзя ничего доверить, и все в таком духе. К ещё одному нападению в свой адрес я не была готова.

— Сель, ну ты что? — Мел погладила меня по волосам. — Бергман, наверное, старался тебя порадовать. Такие моменты нужно ценить! Что бы ни случилось, я уверена, мы сможем это решить. А отдых тебе сейчас очень нужен.

Щекой я крепче прижалась к коленям Мел и кивнула.

Наконец мы приехали на место получения моей награды. Как оказалось, Бергман снял один из самых роскошных SPA салонов в городе только для меня и Мел.

Не могу сказать, что я любила подобный

вид отдыха, мне было скорее по душе одиночество в собственной комнате, но я была рада провести время с Мел.

Пока мы переодевались в одноразовый халат, я рассказала Мелите обо всем, что произошло за это время и стыдливо опустила глаза от воспоминаний. В подробности разговора я, конечно, не вдавалась.

— Сель, ну ведь с этим и правда надо что-то делать, — вкрадчиво ответила Мел. — Тебе еще три года с ними учиться.

— Надо, — мрачно согласилась я. — Но… Мне кажется Бергман не будет держать меня при себе все три года. И что мне делать потом? Когда я потеряю его защиту? Меня просто в порошок сотрут!

Я тяжело выдохнула, не узнавая саму себя. Почему-то вдруг для меня все резко перестало иметь значение. Я осознала, что во мне горит сейчас не страх изменений, а непонятная агрессия. Чувство обиды и унижения за то, что Бергман так обошелся со мной. И хоть он вроде бы не сделал ничего неприятного, но неудовлетворенное желание так и бурлило во мне.

— А знаешь? Плевать! — окончательно нахмурилась я. — Достали! Пусть делают что хотят!

— Я тебя не узнаю, — кокетливо улыбнулась Мел. — Бергман, что, наказал тебя?

Теперь я покраснела до корней волос. Неужели мне придется признаться в этом Мел?

— В этом нет ничего плохого, — Мел обняла меня за плечи. — Если он смог так быстро вытащить тебя из твоей ракушки, значит, он действительно хороший психолог. И смотри как много он для тебя делает! Думаю, тебе стоит его во всем слушаться и… ну ты понимаешь, ничего с ним не бойся.

Я закивала, соглашаясь с каждым словом Мел. Как бы я хотела сейчас, чтобы Бергман был рядом и завершил начатое в машине! Но для этого я снова не должна его разочаровать и выдержать удар от своих сокурсниц, а в том, что он вскоре последует я была уверена.

Награда Бергмана была просто незабываема! Я никогда не думала, что простой поход в SPA может быть таким волшебным.

Все началось с сауны с аромомаслами, затем маленький бассейн с живыми цветами. Сидя в этом бассейне, мы наслаждались ароматом плавающих в воде цветов, пока девушки из салона делали нам маникюр. Затем пришла очередь массажа. Сначала традиционного, а затем массажа горячими камнями, сопровождаемого медитативной музыкой тибетских поющих чаш. Девушка в просторной тунике цвета полуденного солнца водила молоточком по окружностям чаш, выдавая самую восхитительную мелодию, немного похожую на глубокие звуки колокола. Все это неимоверно расслабляло и погружало в какое-то пограничное состояние.

Финалом дня стали косметические процедуры для лица и волос, в огромном зале с шезлонгами, больше напоминавшем оранжерею. Посреди зала красовался шикарный фонтан, а под потолком, в густой зелени плюща, пели не то соловьи, не то скворцы, наполняя зал восхитительным эхом, приятно резонирующим в и без того расслабленном разуме.

За все это время мы с Мел не проронили ни единого слова. Мы просто были не в праве нарушить этот потрясающий вечер, который показался нам одним бесконечным моментом блаженства и релакса.