Будь моим...
Шрифт:
Демонстративно не замечая мужчину, прошла в гостиную и стала раздеваться. " Да мы обидчивые! И обиделись!" Насупившись, я очень усердно высовывала пуговку из петельки.
– Ну, что случилось?
И вопрос был задан, после такого тяжелого вздоха, ну такого тяжелого,... будто это ему обидно!
– Ты еще и обижаешься?!
– решила я выяснить для себя очень важный в данный момент вопрос.
22.08.16.
– Я волновался. А ты приходишь вся такая...
– сделав неопределенный жест рукой, который, видимо, должен был рассказать, какая же такая я пришла, он продолжил -
И такой вопрос в глазах. Не вопрос, а целый ВОПРОСИЩЕ и немного обиды, что моя, просто теряется на этом фоне.
– Раз ты почувствовал, что мне страшно и пришел...
– тут два и два у меня сложилось.
– А почему я тебя не видела?!
– Потому что меня там не было.
– И видя мой ступор и безостановочное клипанье лестницами в попытке что-то понять, всё ж решил объяснить.
– Я видел тебя, но не был там.
" Объяснил, так объяснил! Ничего не скажешь!"
– Тогда почему оставил?
– обида снова поднимала свою голову.
– Тебе не угрожала опасность...
– А то, что я сижу в сумерках под каким-то деревом, тебе ничего не сказало?
– Ну, может тебе захотелось посидеть.
– Робко предложил мужчина и, видя, что я набираю побольше воздуха в лёгкие, для хорошей тирады, быстро заговорил.
– Я ведь не всегда понимаю мотивы твоих поступков, а ты просила побольше свободы действий...
" Уел, так уел. Ничего не скажешь!" - пришлось признать мне.
03.09.16.
– Хорошо.
– Сделав серия вздохов и выдохов, (а то ситуацию что-то идёт не туда и сильно накаляется), я примирительно произнесла.- Спасибо тебе большое, что услышал меня и сделал так, как я просила.
– Ты больше не злишься?
– прощупывал почву мужчина.
– Нет. Извини. Я просто переволновалась.
– Так что же произошло?
– как можно небрежнее поинтересовался боевик. Но потому, насколько неестественно застывшей была его поза, я поняла, он сильно сдерживается.
Разливая свежезаваренный тай, он так медленно и выверено действовал, что не оставалось ни малейшего шанса на то, что он отпустил ситуацию. И тогда я поняла: он сдерживает себя для меня. Выполняя моё пожелание. Идя навстречу моим желаниям. Он пересиливает себя, чтобы сделать комфортно мне. "Разве посторонний мужчина, который хочет от тебя "лишь одного", будет так поступать?" И надежда снова стала расправлять крылья, грозя унести меня выше облаков.
– Что тебе так подняло настроение?
– тут же поинтересовался Виктор.
И я не стала лукавить. Не стала обвинять его в шпионаже.
– Ты...
– единственная правда, которая сейчас имела значение, была озвучена мной.
Поддавшись всем телом к его, в не расстегнутом пальто, в уличных сапогах, с холодным лицом, я встретила радостно приоткрытые губы, которые, не теряя времени, нашли мои и страстно припав, стали пить.
В невозможности устоят против его напора, понемногу отступаю, пока моя спина не вжимается в твердую поверхность. Я зажата между ним и стеной. Почувствовав, что я уже никуда не сбегу, руки Виктора начинают путешествовать по моему телу. Ложатся на плечи и потом, одним резким движением снимают
10.09.16
Мой громкий стон звучит на кухне. Забывшись, я уже не отталкиваю его, я цепляюсь за одежду, в попытке притянуть ближе. Почувствовав перемену во мне Виктор перестаёт терзать мои губы с маниакальной одержимость, переключаясь на моё лицо. Теперь я чувствую горячие, влажные дорожки, что оставляют его губы на моём носе и скулах, подбородке. Опускаясь на шею, он покрывает каждый миллиметр нежной, чувствительной кожи, пока в едином порыве не всасывает быстро бьющуюся жилку. Мелкие спазмы сотрясают мое тело. Я уже не стону от удовольствия, а только быстро хватаю воздух.
Его руки поднимают подол моего платья. Гладя коленки и бёдра, он поднимается все выше, все ближе... Откидываю голову назад, предоставляя его губам шею, руки из последних сил цепляются за одежду, а внутри всё горит огнём.
– Ты так меня хочешь...
– шепчет он, в то время как его пальчики гладят мои набухшие складочки.
Опускаю руку ниже. Провожу по груди, животу, талии... Опустившись к выпирающему бугорку, слегка сжимаю, вызывая его спазмы и стоны.
– Да... я тоже тебя безумно хочу...
Его еле слышный сиплый шепот, как наждак по моим нервам. Я выгибаюсь, трусь своим телом об его. Сильные, нежные пальчики уже опустили мои трусики и задрали подол. Он подхватывает меня на руки и поднимает вверх. Обхватываю его своими ногами...
БАБАХ, Бам, Бац... Невероятный грохот выводит нас из транса. Спрыгнув с его талии, держась крепко за плечи, поправляю своё фирменное платье, в то время как он, уже в боевой стойке, защищает меня своим телом. Быстро справившись с задачей, выглядываю из-за него.
Невероятный беспорядок. Специи и осколки от баночек валяются возле рабочего стола. Застывший кустик стоит рядом и гордо колышет своими веточками. Видно он не в лучшем настроении, ибо он так ими колышет, что и сам чуть ли не прогибается.
– Больно ревнивый он у тебя!
– с тяжким вздохом сказал Виктор.
Я, прям, застыла от такого заявления.
– Может, стоило его сначала выпустить?
– робко предложила уже расслабленной спине мужчины.
– А что он сам не мог?!
– возмущенно отозвался боевик.
– Ну, он же куст.
– Смущенная всей этой ситуацией, пролепетала.
– Раньше его это не останавливало!
– уже рыча, указал на правду боевик.
Ни поза декана боевого факультета, ни его грозный тон, не произвели никакого эффекта на растение Он всё также стоял у доказательств своего поступка и сильно шевелил веточками.
– Пусть он уйдет!
– так и не добившись ничего от моего защитника, воскликнул, уже мне, мужчина.
– Он хочет кушать.
– Сбитая с толку, я бормотала вообще не понятно что.