Будь моим... оборотнем
Шрифт:
В парке при дворце всегда было по-особенному тихо, словно шумы города не прорывались сквозь кроны. В его глубине, у круглого озера, под тенью векового дуба, я и сидела, думая обо всем на свете, только не про одного конкретного оборотня. По центру озера чинно плавили утки, самые обычные, практически российские утки. В ладонь я набрала горсть камешков, которые бездумно кидала к берегу.
Поэтому когда на плечо легла чья-то тяжелая рука, я подпрыгнула от неожиданности. Резко поднялась и развернулась. Нет, ну я всё понимаю, меня знает весь город, все жаждут со мной дружить,
— Знаете что… — начала я и заткнулась, едва увидела нарушителя спокойствия.
К сожалению, этого гада я не смогла бы ударить даже в припадке бреда или истерики. Передо мной стоял и счастливо лыбился Ричард.
Он ничуть не изменился за время нашего расставания. Всё та же светлая пушистая челка, спадающая на один глаз, сверкающие зеленые глаза, довольная ухмылка и острый подбородок. У меня перехватило дыхание.
— Сколько же мы не виделись… — сказал, прищурив глаза.
Боги, этот голос, от которого тело пронзает электрическим током. Негромкий, хрипловатый. Я и забыла, что говорить можно так.
— И вам не хворать. Ты что здесь делаешь? — я нахмурилась, думая о том, стоит ли обругать этого несносного оборотня или лучше попросту обидеться на него за всё, чего между нами не было.
— Ты не рада меня видеть?
Глаза его посерели.
— Ещё как, — неоднозначно прошипела я, наклоняясь к земле и хватая камень размером с монету.
— Анна, как советник Велиции, я вынужден предупредить тебя: закидывание оборотня камнями будет считаться физическим надругательством над личностью. Тебя засудят! — поспешно выкрикнул Ричард, шуточно прикрывая безобразно красивое лицо.
— Да ты что-о?! Я могла бы задушить тебя собственноручно за все те письма из двух строчек, но выбью тебе пару зубов и успокоюсь.
Я прицелилась и кинула камешек, но Ричард ловко увернулся от снаряда и с напускной важностью отряхнул ворот куртки — особо отклоняться даже не пришлось, потому как я не обладала меткостью, и при всем желании камень попал бы разве что в колено. «Лучший друг» в два шага сократил расстояние между нами до минимального, обхватил меня за талию и крепко прижал к груди.
— Как же я по тебе скучал… — прошептал он.
И я зарыдала у него на плече, вдыхая такой знакомый запах трав и солнечного лета. Ричард долго сжимал меня в объятиях, склонив лицо и обжигая дыханием мою макушку. Когда поток слез наконец-то кончился, я отстранилась и хмуро спросила:
— Ну и что за свадьба у тебя такая?
Его глаза вмиг потеряли весь блеск, превращаясь в безжизненно серые. Ричард плюхнулся на землю, прислонившись спиной к излюбленному мною дереву, и расстегнул ворот походной черной куртки. Некоторое время мы провели в молчании, я нарезала круги вокруг дерева, а оборотень разглядывал безоблачное небо. Потом собрался с мыслями и коротко ответил:
— Так надо.
— Не знаю никаких «надо»! — В голосе звучало неподдельное возмущение. — Мы друзья или где?! Как зовут твою избранницу? Рассказывай всё.
— Ривалия. Да и рассказывать нечего. Только разве что про обряд.
— Слушаю.
Я присела напротив,
— Итак, ты знаешь, что на родине я занимаю довольно высокий пост?
— Где-то слышала об этом. Явно не из твоих развернутых писем, — огрызнулась я.
— Не злись, — он помрачнел ещё сильнее, если такое вообще было возможно. — Не стану расписывать тебе все законы нашего мира, но, как и все советники, я являюсь последователем религиозного культа богини Велиции.
Я мгновенно представила Ричарда распевающим сектантские песни и танцующим вокруг костра.
— Вы приносите людские жертвы?
— С чего ты взяла?! — закашлялся Ричард. — Я не фанатик с окровавленным кинжалом. Но наш род чтит богиню Велицию, впрочем, и она к нам благосклонна.
— С каких пор ты поверил в богов?
— С тех самых, как увидел, на что они способны. Анна, наше государство затерялось от взора королевы Орелии на долгие годы. Ни один маг не способен на столь сильное заклятие без божественного вмешательства.
В общем, к жрецам, желающим скрепить себя узами брака, предъявляется всего три требования. Первое: невеста должна быть представителем нашей расы. Второе: у оборотней не существует церквей, и обряды проводятся самостоятельно, при помощи клятв, которые жених и невеста произносят в пещерах Ледяных гор, обращаясь к самой богине. И вместе с брачующимися к горам должны отправиться близкие им люди, в обязанность которых входит засвидетельствование женитьбы. Дороже тебя у меня никого нет — Маделин не в счет, — и я прошу оказать мне услугу — сопровождать меня и мою невесту в этом путешествии. Я больше никогда ни о чем не попрошу тебя и не попросил бы и сейчас, но таковы требования.
Как неприятно было слышать эти слова из уст Ричарда. Неужели я не заслужила малейшего доверия и за время наших приключений не доказала ему, что достойна быть другом? Я сорвала травинку и долго комкала ее, прежде чем задать следующие вопросы:
— А какое третье правило? И почему я? Разве мы друзья, если ты даже не писал мне? Я, помнится, расписывала письма на три листа, а в ответ получала скупое «Спасибо, у меня всё хорошо».
— Прошу, не злись, — повторил Ричард. — Возможно, позднее я расскажу тебе обо всём, но то были причины. А третье… Тебе ни к чему его знать. Анна, честно, прости меня за всё. Я помню, как ты не хотела вновь отправляться в путешествия, но я…
— Да замолчи ты уже! — я скривилась, будто от зубной боли.
Слышать извинения и отправляться на неопределенное время в совместную поездку ради его женитьбы — не об этом я мечтала, вспоминая ночами его лицо.
— Ну а как мы найдем нужное для обряда место? Горы-то немаленькие.
Как же обидно осознавать, что я безоговорочно согласна на любую поездку, в любом направлении и с любыми последствиями. Только бы с ним. И хорошо, что Ричард не знает о моих переживаниях. Иначе бы он сотню раз подумал перед тем, как пригласить меня в новое путешествие, да ещё практически свадебное.