Бриллиант
Шрифт:
Даже сейчас, когда ее карьера понемногу налаживалась, жизнь была для Даймонд пыткой. Потребовалась вся ее сила воли, чтобы забыть о личных переживаниях и выйти на сцену перед сотнями людей. Душа Даймонд в этот момент разрывалась от невыносимой боли.
Во время выступления Даймонд пристально вглядывалась в лица своих слушателей, надеясь, что их заинтересованные, внимательные взгляды рано или поздно станут влюбленными взглядами настоящих поклонников ее таланта. Эта мысль заставила ее вспомнить о собственном одиночестве, о том, что она потеряла.
Даймонд
«О Господи, девочка. — Даймонд приложила дрожащую руку к сердцу. — Если ты не умеешь держать себя в руках, отправляйся назад в Крэдл-Крик и умоляй МортонаУайтлоу, чтобы он взял тебя на прежнюю работу».
Рассуждения с собой, впрочем, не улучшили ей настроения. Даймонд подошла к столу Мелвина и тут только обратила внимание на прозрачную стеклянную стену: стало быть, Мелвин имел возможность из офиса обозревать все происходившее в клубе.
Даймонд сосредоточилась, пытаясь вспомнить, было ли над сценой какое-нибудь окно. Да, сейчас она припоминала, что вставленное высоко в стене зеркало показалось ей скрытым окном, через которое Мелвин, оставаясь невидимым, мог смотреть на посетителей.
— Интересно, Мелвин, какие еще сюрпризы можно встретить в твоем офисе? — вслух сказала Даймонд, оглядывая кабинет.
У противоположной стены стоял ряд одинаковых сине-золотых стульев. Даймонд подняла голову и оглядела полки, повешенные над ними. Она ожидала увидеть спрятанную камеру или что-то в этом роде. Но тут взгляд ее упал на какой-то предмет, лежавший на одном из стульев, на том, что стоял ближе к двери.
Сердце ее пропустило очередной удар; Даймонд, затаив дыхание, уставилась на черную шляпу с широкими полями. Шляпа выглядела такой знакомой, что трудно было обознаться.
Сделав три шага, Даймонд подошла к стулу. Ей показалось, что это были самые трудные шаги в ее жизни. Взяв черный стетсон, она заметила, что у нее сильно дрожат руки. Даймонд нервно сглотнула и часто заморгала, стараясь сдержать слезы, готовые пролиться.
Машинально поправив ленту на шляпе, Даймонд нежно провела пальцами по эмблеме — золотому орлу. Ей казалось, что она спит и видит сон. Эту шляпу она не могла спутать ни с какой другой. Опустив голову, Даймонд глубоко вдохнула, желая ощутить знакомый запах одеколона. Этот запах прочно связывался у нее в памяти с человеком, которому принадлежала эта шляпа.
И тут ее осенила догадка! Широко открыв глаза, Даймонд уставилась на прозрачную стену офиса. Затем вновь перевела взгляд на шляпу. Наверняка он был здесь и наблюдал за ее выступлением!
— Джесс?!
Даймонд судорожно прижала шляпу к груди; колени ее сразу ослабели.
Войдя, Дули обнаружил девушку лежащей на полу.
— Даймонд?! О Господи, что случилось?!
Она ничего не слышала. По ее бледному как мел лицу Дули сразу понял: произошло что-то весьма серьезное. Не догадываясь,
В дверях с ними столкнулась Твайла. И вынудила Дули остаться в кабинете.
— Нельзя, чтобы кто-то увидел ее в таком состоянии, — тихо, но решительно проговорила она. — Через день весь город будет об этом знать.
Дули сразу подчинился и уложил Даймонд на диване в офисе Мелвина.
Казалось, прошла целая вечность, прежде чем Даймонд пошевельнулась. Как только к ней постепенно стал возвращаться прежний цвет лица, Твай-ла облегченно вздохнула.
— Дорогая… ты, случайно, не заболела? Если нужно, только скажи, и я отправлю тебя в больницу. Здесь совсем рядом, — сказал Дули.
Даймонд вздрогнула. Уж кого-кого, а Дули она никак не ожидала здесь увидеть. Она, конечно, могла скрыть свои чувства от Твайлы, но что касается Дули, настоящего преданного друга, — от него скрыть было гораздо труднее. Почти невозможно.
Видя выражение нежности и озабоченности в его глазах, Даймонд внезапно заплакала.
Он приподнял ее и прижал к груди.
— Что случилось? Что с тобой? — спрашивал он. Его внимательный голос, его горячее дыхание обжигали ей ухо.
— Он был здесь, — произнесла она, в отчаянии хватаясь за отвороты пиджака Дули и прижимаясь к его груди. — Он смотрел, как я выступала.
— О черт! — выдохнула Твайла. — Значит, тут замешан мужчина! Мне очень жаль, Дули, однако ты и на этот раз оказался прав.
Дули бросил на нее сердитый взгляд и неуклюже принялся гладить Даймонд по плечу.
— Я слишком часто оказываюсь прав, — сказал он. — Хотя далеко не всегда понимаю это.
Твайла вздохнула, а Дули опять склонился над Даймонд.
— Расскажи мне, детка, кто именно смотрел, как ты выступала? Кто этот человек, которого ты боишься? Если он причинил тебе зло, только скажи, и я убью этого гада!
— Он никогда не делал мне ничего плохого, — прошептала она.
Ей сейчас больше всего хотелось уснуть без сновидений и проспать всю жизнь — до начала следующей. В этой жизни одиночество Даймонд стало невыносимым.
— Девочка! — Дули нежно встряхнул ее за плечи. — Очнись, скажи мне. Потому что если ты не расскажешь, чем я смогу помочь тебе?
Даймонд вздрогнула и заморгала, глядя на Дули и Твайлу: казалось, она выходила из состояния транса.
— А что, собственно, случилось? — спросила она.
— Думаю, некоторое время ты пробыла без сознания, — объяснил ей Дули. — Я нашел тебя вон там, возле стены.
В этот момент Даймонд вспомнила о шляпе и принялась оглядывать кабинет в поисках стетсона. Увидев его возле стола Мелвина, Даймонд освободилась из объятий Дули и каким-то деревянным шагом направилась к нему.
Несколько удивленные таким странным поведением, Твайла и Дули молча наблюдали, как она подняла стетсон, сдула с него пылинку и аккуратно повесила шляпу на спинку стула.