Чтение онлайн

– Давай немного прогуляемся. Я хочу развеяться.

Они прошлись по маленькому пустому городу, с его зажженными фонарями и погасшими окнами. «Это невозможно. Я видела блеск в глазах Лоренса, но, тем не менее, хочу остаться здесь с этим человеком». Она была обычной женщиной, непостоянной, недостойной занятий и опыта, преподнесенных волшебством. Ей было стыдно за себя: несколько глотков вина – и все: Лоренс, Вторая Половина и все то, что она изучила в Традиции Луны, – уже было неважно. На несколько мгновений она подумала, что, возможно, ошибается, что блеск в глазах Лоренса не был

тем блеском, о котором говорила Традиция Солнца. Но она сейчас обманывала саму себя: никто не спутает блеск глаз своей Второй Половины.

Если бы в одном театре было несколько человек и Лоренс был одним из них, если бы она прежде никогда не разговаривала с ним, в тот миг, когда их глаза пересекутся, у нее будет полная уверенность в том, что перед ней мужчина ее жизни. Она смогла бы подойти, он был бы открыт ей, потому что Традиции никогда не ошибаются и Вторые Половинки всегда встречаются.

Прежде чем услышать все это, она слышала, как говорили о Любви с Первого Взгляда, которую никто не мог точно объяснить.

Любое человеческое существо могло узнать этот блеск в глазах, даже не пробуждая какую-либо магическую силу. Она знала этот блеск прежде, чем узнала о его существовании. Она видела его, например, в глазах Мага в тот вечер, когда они впервые пошли в бар.

Вдруг она остановилась.

«Я пьяна», – снова подумала она. Она должна была быстро забыть это. Она должна была пересчитать деньги, понять, хватит ли ей, чтобы вернуться на такси. Именно это было очень важно.

Но она видела блеск в глазах Мага. Блеск, который указывал на ее Вторую Половину.

– Ты бледная, – сказал Маг. – Наверное, ты выпила слишком много.

– Сейчас пройдет. Давай посидим немного, и пройдет. Потом я поеду домой.

Они сели на скамейку, пока она искала в сумке деньги. Она могла встать, взять такси и навсегда уехать; у нее была ее Учительница, она знала, где продолжить свой путь. Она знала свою Вторую Половину. Если бы она сейчас решила встать со скамейки и уехать, все равно она бы исполнила миссию, которая ей предназначена Господом.

Но ей был 21 год. В этот 21 год она уже знала, что возможно встретить две Вторые Половинки в одном и том же перевоплощении, и результатом этого были боль и страдание.

Как она сможет избежать этого?

– Я не пойду домой, – сказала она. – Я остаюсь.

Глаза Мага блестели, и то, что прежде едва ли было надеждой, стало определенностью.

Они продолжали прогулку. Маг видел, что сияние вокруг Бриды несколько раз меняло цвет, и пожелал всей душой, чтобы она была на правильном пути. Он знал о молниях и землетрясениях, которые взрывались в тот момент в душе его Второй Половины, но именно таким был процесс преобразования. Так преобразовывались земля, звезды и люди. Они вышли из деревни и теперь находились в поле, идя по направлению к горам, где всегда встречались, когда Брида попросила остановиться.

– Давай пойдем туда, – сказала она, сворачивая на дорогу, которая вела к пшеничным насаждениям. Она не знала, почему делает это. Она только чувствовала, что ей нужна сила Природы, ее дружественных духов, которые со времен создания мира населяли все красивые места планеты. Огромная луна

блестела на небе и позволяла им видеть дорогу и поле вокруг.

Маг шел за Бридой молча. В глубине души он благодарил Господа, потому что верил. И за то, что не совершил ту же ошибку, потому что был на грани сделать это минутой ранее, чем получить то, что просил.

Они вошли на пшеничное поле. Свет луны делал его морем цвета платины. Брида шла без направления, без малейшей идеи, каким будет ее следующий шаг. Внутри нее голос говорил ей, что она может идти вперед, что она такая же сильная женщина, как и ее предшественницы, чтобы она не беспокоилась, потому что они здесь, они направляют ее шаги и защищают ее Мудростью Времен.

Они остановились в центре поля. Их окружали горы, и на одной из этих гор был камень, с которого было видно солнце, самый высокий охотничий шалаш и место, где однажды ночью одна девушка столкнулась со страхом и темнотой.

«Я отдала себя, – подумала она про себя. – Я отдала себя и я знаю, что я защищена».

Она представила свечу, зажженную дома, – печать Традиции Луны.

– Здесь хорошо, – сказала она, останавливаясь.

Она взяла ветку и прочертила большой круг на земле, пока проговаривала священные имена, которым ее обучила Учительница. У нее не было с собой своего кинжала для ритуалов, не было и других священных предметов, но ее предки были там, и они говорили, что освятили свои кухонные принадлежности, чтобы не умереть на костре.

– Весь мир священен, – сказала она. – Эта ветка священна.

– Да, – ответил Маг. – Все в этом мире священно. Даже песчинка может быть мостом к невидимому.

– Тем не менее, в данный момент мостом к невидимому является моя Вторая Половина, – ответила Брида.

Его глаза наполнились слезами. Господь был справедлив. Они оба вошли в круг, и она ритуально закрыла его. Это была защита, которую маги и волшебники применяли с незапамятных времен.

– Ты щедро показал твой мир, – сказала Брида. – Я делаю это сейчас, с помощью ритуала, чтобы показать, что я принадлежу к нему.

Она подняла руки к Луне и призвала магические силы Природы. Много раз она видела, как ее Учительница делает это, когда они ходили в лес, но сейчас она делала это и была уверена, что все выйдет хорошо. Силы говорили ей, что не нужно было ничего понимать, достаточно было только вспомнить свои прежние жизни и прожитое время. Тогда она стала молиться, чтобы урожай был изобильным, а это поле никогда не перестало быть плодородным. Там была она, священнослужительница, которая в другие эпохи объединила знание земли с преобразованием семени и которая молилась, пока ее мужчина трудился на земле.

Маг позволил Бриде сделать первые шаги. Он знал, что в определенный момент должен взять на себя контроль; но надо было также оставить записанным во времени и в пространстве то, что именно она начала этот процесс. Его Учитель, который теперь бродил в астральном мире, ожидая следующей жизни, точно был на этом пшеничном поле, как, впрочем, и в баре, во время его последней попытки, и, наверное, был доволен, что он учился через страдания. Он молча слушал призывы Бриды, пока она не остановилась.