Чтение онлайн

Винтерберга, “Открытые сердца” и “Брат” Сюзанне Биер, “Принцесса”

Андерса Моргенталера и другие.

Одним из самых успешных продюсеров на Zentropа становится Иб

Тардини. С фон Триером обычно работает Вибеке Винделоу.

Фильмы киностудии Zentropa неоднократно получали престижные награды на международных кинофестивалях.

Слоган отсутствует.

Punctum: Я мало чего понимаю в кино, потому что я его почти не смотрю. У меня есть несколько любимых фильмов, которые я пересматриваю постоянно, но новые фильмы я смотреть не люблю.

Мне

больше нравится воспринимать кино, не смотря его. Мои любимые режиссеры – это те, чьи фильмы я не видел или видел очень мало. Мне кажется, что если ты видел очень много фильмов конкретного режиссера, то он не может быть твоим любимым режиссером, потому что в нем не остается никакой тайны. Это почти как с женщинами. Меня гораздо больше возбуждают женщины, с которыми я не знаком. Когда ты близко знаком с женщиной, весь эротизм куда-то исчезает. Вот несколько моих любимых режиссеров, чьи фильмы я не видел вообще или видел только по одной картине (в алфавитном порядке):

Микеланджело Антониони (1 фильм: “Ночь”)

Ингмар Бергман (0 фильмов)

Бернардо Бертолуччи (1 фильм: “Мечтатели”)

Луис Буньюэль (1 фильм: “Скромное обаяние буржуазии”)

Вим Вендерс (1 фильм: “Небо над Берлином”)

Жан Виго (0 фильмов)

Томас Винтерберг (0 фильмов)

Лукино Висконти (1 фильм: “Смерть в Венеции”)

Майкл Винтерботтом (0 фильмов)

Тео ван Гог (0 фильмов)

Жан-Люк Годар (1 фильм: “На последнем дыхании”)

Питер Гринуэй (0 фильмов)

Карл-Теодор Дрейер (1 фильм: “Гертруда”)

Хеннинг Карлсен (1 фильм: “Голод”)

Аки Каурисмяки (1 фильм: “Жизнь богемы”)

Дэвид Кроненберг (0 фильмов)

Эмир Кустурица (1 фильм: “Черная кошка, белый кот”)

Фриц Ланг (0 фильмов)

Серджио Леоне (1 фильм: “Однажды в Америке”)

Фридрих Вильгельм Мурнау (0 фильмов)

Георг Вильгельм Пабст (0 фильмов)

Пьер-Паоло Пазолини (0 фильмов)

Жан Ренуар (0 фильмов)

Лени Рифеншталь (0 фильмов)

Йос Стеллинг (0 фильмов)

Андрей Тарковский (1 фильм: “Солярис”)

Франсуа Трюффо (1 фильм: “400 ударов”)

Энди Уорхол (0 фильмов)

Орсон Уэллс (1 фильм: “Леди из Шанхая”)

Райнер Вернер Фассбиндер (0 фильмов)

Федерико Феллини (1 фильм: “Ночи Кабирии”)

Джеймс Фоули (1 фильм: “Американцы. Гленгарри Глен Росс”)

Вернер Херцог (0 фильмов)

Алехандро Ходоровски (0 фильмов)

Ян Шванкмайер (0 фильмов)

Фолькер Шлендорф (1 фильм: “Жестяной барабан”)

Сергей Эйзенштейн (только отрывки)

Из всего списка я мог бы еще посмотреть по одному фильму тех режиссеров, чьи фильмы я вообще не видел. Но я бы не хотел больше смотреть ни одного фильма тех режиссеров, чей хотя бы один фильм я уже посмотрел.

Мне больше всего нравится скандинавское кино. Я не знаю даже, как это объяснить. На студии Zentropa снят мой любимый современный фильм

“Итальянский для начинающих”. Я не очень люблю современное кино. Оно очень телевизионное, слишком натуралистичное и слишком цепляет. Если я сажусь смотреть самый посредственный современный фильм, то я не могу оторваться. Это плохо. Мне приходится сознательно не смотреть современное кино, потому что на него тратишь время, оно затягивает,

а удовольствия никакого.

Кроме “Итальянского для начинающих” из современных фильмов мне нравится “Fucking Омуль” (потому что скандинавский), “Криминальное чтиво” (потому что хорошие диалоги), “Один дома – 2” (потому что про

Нью-Йорк и Рождество), “Бойцовский клуб” (потому что лучшая экранизация книжки из всех экранизаций, которые я видел) и “Пять препятствий” (потому что можно увидеть Йоргена Лета).

Когда меня спрашивают, кто мой любимый режиссер, то я отвечаю -

Йорген Лет. Это очень удобно, когда фильмы твоего любимого режиссера никто не видел. Это избавляет от длинных киноведческих разговоров.

Хотя вести такие разговоры мне нравится гораздо больше, чем смотреть фильмы. Но сейчас мало кто говорит о кино, сейчас все говорят о фильмах, которые они видели, а видели они по большей части говно.

Мне не удается поддержать эти беседы.

Сейчас выпускается слишком много фильмов. Альфред Хичкок как-то сказал, что “снимать фильмы может каждый. Не снимать – дело избранных”. Наверно, избранных почти не осталось. Разве что Годар.

Современное кино какое-то некинематографичное. На него даже не хочется идти в кинотеатр. Да и кинотеатры больше похожи на развлекательные центры-аттракционы. Я не современен. Я люблю ходить в кинотеатр на старые фильмы, хотя кинотеатров, где показывают старые фильмы, почти не осталось. Аура кино для меня гораздо важнее самого фильма. Я получаю удовольствие не от конкретных фильмов, не от сюжета, не от идеи, а от самой ауры кино.

Мне кажется, чтобы понять, что такое кино, нужно просто посмотреть пару фильмов начала ХХ века, и все. Больше ничего не надо. Вся остальная история кино – это история индустрии кинематографа. Сейчас кино стало технически более совершенным, более зрелищным, более драйвовым, более захватывающим, но оно совершенно потеряло свою ауру. У него, конечно, есть какая-та аура (аура есть всегда), но, скорее всего, это аура массмедиа, а не кино. Кому-то это нравится.

Мне – нет.

Мне нравятся фильмы Энди Уорхола, потому что он внимательно относился к движению в кадре. В его фильмах каждое движение – это событие, каждое изменение кадра – это чудо. В современном кино движение стало обыденностью. До такой степени обыденностью, что ты его даже не замечаешь. Я ненавижу обыденность, поэтому не смотрю современное кино. Когда я смотрю на сайте www.earthcam.com то, что сейчас происходит на улице Нью-Йорка возле TGI Friday’s, то в этом меньше обыденности, чем в большинстве современных фильмов.

Из всех современных фильмов мне больше всего нравятся порнофильмы.

Мне кажется, что порнографические фильмы гораздо в большей степени относятся к искусству кинематографа, чем фильмы Стивена Спилберга.

Порнофильм – это чистое движение человеческих тел, почти без сюжета и без всякой мысли – чистая антропология, если смотреть непредвзято.

Zentropa как-то хотела делать порнофильмы, где режиссерами и продюсерами были бы женщины. Но что-то там не получилось. Мне кажется, это было бы интересно. Это добавило бы порнографии нового смысла, если бы только эти женщины не были феминистками. Хотя в