Чтение онлайн

Естественно, он этого не знал. Возможно, все мы в глубине души убеждены в том, что бессмертны. Рано или поздно. Каждый из нас все узнает.

Ничто не взволновало его сильнее, чем мой рассказ о 1586 годе. О моем участии в заговоре Уолсингема против Марии. Шотландской королевы. В то время я был Томасом Фелиппесом. В самом эпицентре бури… оба увлечены. Я рассказывал о нем будущему Тьюрингу. Так, будто не о себе. Но Тьюринг чувствовал, что я достаточно осведомлен о событиях того времени. Я говорил ему. Что я не был им. Но так или иначе принимал участие. В исторических событиях.

Электрический

муравей. Зачем-то оказавшийся в Рио-Фугитиво. Время бежит…

Марию обвинили в заговоре против ее двоюродной сестры Елизаветы, королевы Англии. Мария сама хотела править королевством. Она убежала из Шотландии. Она была католичкой, и знатные протестанты организовали против нее мятеж. Посадили в тюрьму. Вынудили отречься от престола. Год спустя она бежала из заключения. Хотела вернуть трон, но преданные ей войска потерпели поражение в битве, произошедшей недалеко от Глазго.

Бесчисленные даты. Имена, имена… Все можно представить в виде кода. Историю можно зашифровать. Возможно, вся наша жизнь – не что иное, как закодированное сообщение, ожидающее своего дешифратора… Так можно толковать отклонения от заданного пути…

Охранник оставил окно открытым. Возможно, это сделала медсестра. Горячий ветер проникает в комнату… Ласкает мою кожу… Чирикают птицы на деревьях. Точно так же они чирикали в той зеленой долине. Которую я помню.

Какая долина. Из какой эпохи моей жизни. Средневековые башни. Колибри порхает в воздухе. Секунды. Которые кажутся минутами. Время не движется… Или движется…

Погода изменится. Скоро пойдет дождь. Так было все эти дни.

Мария нашла убежище в Англии. Но Елизавета была протестанткой и боялась ее. Английские католики видели в Марии, а не в Елизавете свою королеву. Она решила посадить Марию под домашний арест сроком на двадцать лет. Бедная Мария. Говорят, она была очень красива… Умна… Несчастлива… Помню ее черное бархатное платье в день ареста. Приятный акцент. Изысканные манеры. Но она была уже не та… Поблекшая кожа. Продолжительная болезнь… Религия, войны… Потеря королевства…

Будущий Тьюринг находился во власти моих слов. Стоя под проливным дождем, он слушал меня, широко открыв рот. Его всегда прельщала внешняя оболочка. Возможно, он искал какие-либо секретные сообщения, скрытые в рассказе. Тот, кто познал работу с шифрами, всегда находится в состоянии поиска. Берегись своих собственных сообщений… Быть может, кто-то внутри тебя посылает их без твоего ведома. Опасайся самого себя… Никто не говорил, что эта профессия привлекает уравновешенных людей. Это патология – быть криптоаналитиком. Своего рода паранойя.

Тот, кто убивает кодом, от кода и погибнет.

Когда исполнилось двадцать лет со времени ее заключения. Сэр Фрэнсис Уолсингем. Министр Елизаветы… Создатель секретной полиции, которая состояла из пятидесяти трех агентов, рассеянных по всему европейскому континенту. Макиавелли… Если бы это имя нарицательное не было так затаскано… Но с годами всестановится таким. Уолсингем проник в окружение Марии. Стал ее правой рукой. Ее посланником.

Один из приверженцев Марии. Бабингтон. Всего лишь Двадцати пяти лет от роду. Разработал смелый план. Освободить

Марию… Потом – убить Елизавету и с помощью восставших английских католиков посадить Марию на трон их страны… Мария отправляла своим сообщникам шифрованные сообщения. Но ее посланник… Прежде чем передавать письма. Он делал копии и отдавал их Уолсингему. Сэр Фрэнсис имел в своем распоряжении опытного криптолога. Он знал, что империи завоевываются не только с помощью оружия. Необходимо также и умение читать шифрованные сообщения.

Расшифровать их. Раскодировать их. Обезоружить их. Уметь прочесть слова, находящиеся по другую сторону слов. Для этого мне и нужен будущий Тьюринг. Тот, кто поможет удержать это правительство у власти. Нам нужны как военные, так и штатские. Люди, обученные убивать. Но нужны и криптологи. Люди, обученные думать. Или расшифровывать мысли других… Идеи, скрывающиеся за туманными буквами.

Шел дождь. Мои слова были убедительны. Я видел, что будущий Тьюринг никогда меня не покинет.

Я харкаю кровью. Сплю с открытыми глазами. Меня бьет озноб по ночам. Мое тело восстает. Могут ли умирать бессмертные? Умрет ли Рио-Фугитиво?

Видимо, я совершил какой-то проступок, если был послан в эту страну. После работы в самых центрах цивилизации… Метрополии… Мне не раз приходилось решать судьбу планеты… И теперь меня задевает за живое необходимость жизни в этом захолустье. Но такие вещи не обсуждаются. Я сделал все так, как надо. Нужно исполнять свой долг. Теперь я могу спокойно продолжать свой путь. Это государство имеет достойную тайную службу. Сейчас демократия… Но кое-кто мог бы продлить время своей власти, если бы захотел этого.

А я тем временем кашляю кровью.

Мне хотелось бы знать, что такое – думать то, что думаешь, решать то, что решил… Очень трудно думать так. Как думает кто-то другой.

Кусать самого себя за хвост.

Письма шифровались с помощью символов, соответствующих буквам алфавита. Тридцать шесть символов складывались в слова и фразы. Исключая J. V. W. Плачевно. Уолсингем верил в действенность криптоанализа. С тех пор, как в его руки попала книга Джироламо Кардано [23] … великого математика и криптолога. Автора первого труда по теории вероятности. Создателя тайнописи и первой системы автоклавирования…

Уолсингем создал в Лондоне школу, в которой обучали расшифровке кодов. Каждое уважающее себя правительство должно поддерживать работу таких заведений. Фелиппес был лингвистом. Невысокий. Бородатый. Лицо изрыто оспой. Около тридцати лет. Владел французским, итальянским, испанским и немецким языками. К тому времени уже был известным в Европе криптоаналитиком. Фелиппес. Все это я рассказывал Тьюрингу, а вокруг бушевала буря. Мне было сложно говорить в третьем лице. Но такова моя жизнь. Первое и третье лицо одновременно. Всегда.