Браслет-2
Шрифт:
— Вот как? — удивлённо взметнулись Беевы кустистые брови и он покосился на Кирюшу. — Видишь? Помогло! А ты говоришь!.. — И он застыл на полуслове в нелепой позе, очень неудобно вывернув шею и вытаращив глаза.
Я сразу и не понял, что произошло. Так мне было нехорошо. Тело просто горело нестерпимым жаром! И, только когда прозвучал знакомый чуть насмешливый голос, я понял, что пытка завершена.
«МЧС» подоспело! Вовремя, однако!
В дверях гостиной, прислонившись к притолоке,
— Нашёл ты кого просить о снисхождении! — были первые его слова. — Ему чужие страдания — хлеб! Он же питается ими!
Мы облегчённо выдохнули. Настя без сил опустилась на стул, который ей придвинул услужливый Помогай. Она едва не выронила ребёнка из ослабевших рук. Помогай и тут оказался на высоте: поддержал её за локоть и осторожно прижал к ней мгновенно успокоившегося Витьку. Настя с благодарной улыбкой посмотрела на него. А ещё говорят, что ребёнок плачет просто так, без причины!
— Вы позволите войти? — с улыбкой спросил гость.
— Могли бы и не спрашивать, — обрадовано. подался я ему навстречу, едва передвигая конечностями, и рухнул на подвернувшийся стул.
Он подошёл и внимательно посмотрев на меня, заверил:
— Сейчас всё пройдёт.
— Да знаю… — Я уже и сам чувствовал, что оживший браслет в экстренном режиме принялся восстанавливать порушенное вурдалаками.
Кстати, они так и замерли в тех позах, в которых застало их появление могущественного гостя. Только те неустойчивые силуэты, что клубились перед своим повелителем по стойке «смирно», постепенно истаяли и сошли на нет. Наверное, ушли в своё «жёлтое» пространство, как о них отозвался браслет.
— Мама моя дорогая! — вдруг услышал я ещё один до жути знакомый голос за своей спиной и несказанно обрадовался ему! — Это что за музей мадам Тюссо?
Я через силу обернулся назад. Теперь в дверях стоял Пашка, сунув руки в карманы, и с интересом оглядывал помещение.
— Господи! Ты-то откуда здесь? — удивился я.
— Его заместитель с собой притащил.
— Чей?
— Господа нашего.
Невзирая на упадок сил, я от души расхохотался. Пашка был в своём репертуаре! Мы пожали друг другу руки.
— Заявился ко мне прямо на остров. Там, говорит, твоих друзей в баранки гнут. Не желаешь, мол, поучаствовать в этом приятном занятии? Я, естественно, согласился, поскольку за неделю меня девочки уже — того!.. — Он оглянулся на Настю. — Ну, заездили, короче. Хоть караул кричи! Договаривались-то с тобой до утра! Я и жду сижу. Ну, не сижу, конечно… Домой-то нельзя!
— Сколько-сколько они на тебе ездили? — поразился я.
— Неделю! Не кричи… — опять обернулся он в сторону сюсюкавшейся с малышом Насти. — Вроде бы, к Вовке собирались… А ты опять куда-то испарился. На звонки почему-то вообще не отвечаешь. В чём, думаю, прикол? Неужто опять увидимся через пару тысячелетий? Потом вдруг смотрю, дядечка какой-то незапланированный на моём острове. Хотел уже на рога поднимать. Оказалось,
— Положение обязывает! — улыбнулся Танзу. — Он тут вообще ни при чём.
— Понятно, — вздохнул Пашка. — Все мы, выходит, под колпаком у Мюллера! — И поинтересовался, оглядываясь по сторонам: — Это что за ледовое побоище?
— Да вот, — кивнул я на Бея. — Вурдалаки пожаловали. Хорошо, Танзу вовремя подоспел. А то бы меня Бей…
— Так что? — округлил Пашка свои глаза. — Это и есть тот самый Бей?… А рядом, я так понимаю, Кирюша! Ну, этого засранца я уже видел… Посмотреть-то можно поближе? — спросил он у Танзу. — Не укусят?
— Смотри-смотри, — усмехнулся тот, внимательно ко мне приглядываясь. — Ты как? В норме?
— Да вроде, ничего. Только это всё равно не решает проблемы…
— Знаю-знаю, — задумчиво постучал он костяшками пальцев по столу. — Всё знаю. Для того я и прибыл сюда. Ну, и для этого тоже, — уточнил он. — Маленько припозднился, правда. Дела задержали. Там беда, на ипсилон Цефея… Ну да ладно. Это к делу не относится… Подойди сюда. Сядь. Сейчас я тебя отключу, не бойся. Это для дела надо. Кстати, что с клоном будем делать?
— Как «что»? В расход!
— Хм! — вроде как даже удивился он. — Неразумно. Иногда нужен бывает.
— Ничего не знаю! — возмутилась Настя со своего места. Она, оказывается, уже более-менее пришла в себя и внимательно прислушивалась к нашему разговору. — И без двойника обойдётся! Нормального мне Вовку верните. Без всяких там коробочек-примочек! И одного мне через глаза хватит!
— Ну, если женщина просит…
— Просит, просит! Женщина просто жаждет видеть своего мужа в одном экземпляре и нормального размера!
— Размер, он, конечно, того!.. имеет значение… — вроде как сам себе пробормотал Пашка, насупив брови и с выделанным вниманием разглядывая неподвижную пару вурдалаков, но Настя его услышала.
— А ты как думал? Ишь, грамотные собрались!
— А я чё? — развёл тот руками. — Я ничего Это ему вон не слышно, — указал он подбородком на Бея.
— Так! — призвал Танзу ко вниманию, похлопав в ладоши. — Слабонервных прошу удалиться. Сейчас будет не совсем аппетитное зрелище.
— Ещё чего! — упёрлась Настя. — Никуда я не пойду! Потерплю! Приступайте! И не такого насмотрелась!
Танзу усмехнулся:
— Я предупредил. А там, как знаешь…
— А я не буду смотреть, — сказал Пашка голосом Матроскина. — Я экономить буду. И лучше буду спать…
Когда я очухался, всё «ледовое побоище», как обозвал его Пашка, было уже на ногах. И бурно обменивалось впечатлениями. Один Танзу сосредоточенно молчал и всматривался в моё лицо.
— Ну и как? — первым делом поинтересовался он у меня.
— Вижу, — поморгал я. — И слышу. Всё, вроде, путём.