Бой «быков»
Шрифт:
– Рад тебя видеть, рядовой, – майор говорил тихо, но Лебедев отлично слышал каждое слово. – Живой, значит?
– Живой, Николай Васильевич, – Лебедев снова поправил сползающий халат.
– И я живой. Вот только покромсали немножко. Но сколько раз меня так кромсали. Подумать страшно... Ну, как все прошло, Дима? Как Ира?
– Все в порядке, – сдержанно произнес Лебедев. Он прекрасно видел, насколько слаб его бывший командир и уже успел пожалеть о своей настойчивости, уговаривая медсестру пропустить его в палату. –
– Ну, добро, – согласился Верпаховский. – Скажи только... Ты расправился с ними со всеми? Никого не оставил?
– Ни одного человека.
– Хорошо.
Майор снова закрыл глаза. Грудь его мерно вздымалась в такт дыханию. Минуты две Лебедев стоял молча. Затем решив, что Верпаховский заснул, он на цыпочках двинулся к выходу. Однако Дмитрий не преодолел и метра, как майор сам окликнул его. Бывший собровец оглянулся. Глаза Верпаховского по– прежнему были закрыты.
– Было приятно поработать с тобой снова, рядовой, – глухо произнес майор.
– Мне тоже, – Лебедев улыбнулся.
– Когда меня выпишут, зайди в Управление. Думаю, нам будет о чем поговорить.
– Так точно!
Пользуясь тем, что Верпаховский не может видеть его жеста, Дмитрий шутливо козырнул бывшему командиру. Затем покинул палату и осторожно прикрыл за собой дверь. Снял белый халат и повесил его на руку.
Медсестра сидела на том же месте за столом. Лебедев подошел к ней и остановился напротив. Девушка подняла глаза.
– Как вас зовут? – спросил Дмитрий.
– Людмила.
– Очень приятно, – Лебедев откашлялся, прочищая горло. – У меня к вам огромная просьба, Людочка. Вы приглядывайте за ним. Ладно? – он качнул головой в сторону четвертой палаты. – И если будет что-то нужно. Ну, лекарства там или еще что– нибудь. Вы не стесняйтесь, обращайтесь ко мне. Я оставлю номер телефона.
Дмитрий взял с ее стола чистый лист бумаги и ручку. Быстро записал номер и протянул девушке.
– Хорошо, – теперь и она улыбнулась ему в ответ. Мужчина не казался уже Людмиле таким грозным и подозрительным. – Я сделаю все, что необходимо.
– Спасибо вам.
Дмитрий попрощался и покинул отделение реанимации. Спустился на лифте вниз, вышел из здания и сел в свою машину. О минувших событиях бывший собровец старался не думать. Жизнь научила его отметать негатив и безвозвратно оставлять его в прошлом. Тем более что на будущее Лебедев уже наметил для себя кое-какие определенные планы. И мысль об этих планах, как это ни странно, заставляла его сердце биться чаще, чем в момент смертельной схватки с противником...
Пятница. 8 часов
С началом рабочего дня в кабинет Ярандина пожаловала
– Вы не будете возражать? – Ярандин показал на дверь в углу кабинета, ведущую в смежную комнату.
– Павел Олегович, как скажете. Хозяин – барин, – высокий худощавый мужчина в темно-синем костюме строгого покроя сдержанно улыбнулся и повернулся к своим спутникам. – Я думаю, господа, ни у кого не возникнет возражений на этот счет?
– Да, конечно, – отрывисто бросил коренастый с густой кудрявой шевелюрой мужчина, вошедший в кабинет последним.
Генерал остановился перед дверью и пропустил перед собой гостей. Только после этого плотно закрыл тяжелую дубовую дверь.
Зал для неофициальных приемов представлял собой довольно внушительную по размерам комнату. Высокий стеклянный потолок придавал помещению дополнительный объем. По центру зала вокруг низкого стеклянного стола располагалась мягкая кожаная мебель.
Ярандин жестом предложил гостям присесть.
– Думаю, что все уже в курсе... – генерал опустился в кресло, развернутое спинкой к оранжерее с экзотическими растениями.
– Да, думаю, нет смысла детально освещать все события, – вновь заговорил человек в синем костюме.
– Хорошо, – Ярандин потянулся к столу. Взял три папки и вручил их присутствующим. – Пожалуйста, здесь есть вся информация.
Пока гости знакомились с документами, Ярандин встал и направился к высокому фуршетному столику около оранжереи. Взял с подноса хрустальный графин, наполнил водой один из стаканов, а затем незаметно положил в рот таблетку валидола. Вернулся на свое место. Помещение наполнилось характерным запахом сосудорасширяющего препарата.
Те, кто хорошо знал Ярандина, заметили, что выглядел он крайне изможденным. Было видно, что статная генеральская выправка давалась ему усилием воли.
Мужчина в синем костюме первым захлопнул папку. В гробовой тишине генеральского кабинета заскрипела кожаная обивка кресла.
– Спасибо, Павел Олегович, вам за эту операцию, – худощавый снял очки и поместил их в нагрудный карман пиджака. – Безусловно, подобная информация не должна была выйти за пределы страны. Что вы думаете по этому поводу, господа?
– Это однозначно. Тут все сказано, – третий из посетителей, самый молодой из присутствующих, закончив чтение, показал на документ. – Думаю, вопрос не принадлежит к разряду спорных. Павел Олегович?..
– Безусловно, – подхватил генерал. – Сведения, которые содержатся на данном электронном носителе, согласно закону Российской Федерации составляют государственную тайну. А, следовательно, должны быть засекречены с присвоением соответствующего их статусу грифа секретности.