Боташка
Шрифт:
— Они для детей на работе!
— ...и вся эта история с Бексом.
— Какая еще история с Бексом? — спросила я.
— Салли, этот парень — первоклассное имущество для любой девушки, у которой есть глаза. Вы с ним дружите с начальной школы, а ты никогда и слова не говорила, насколько он привлекателен.
— Бекс — это Бекс, — дипломатично произнесла я. — И не думай, что я расскажу ему об этом жутком комментарии, который ты только что сделала. Пожалуйста, продолжай.
— У тебя никогда ничего не было с теми, кого для тебя находила
Как только она произнесла эти слова, я поняла, что именно это и было настоящей причиной.
— Потому что они либо тотальные придурки, либо преступники, — отметила я.
— Неправда, — спорила мама. — Был Оливер Морган...
— Который постоянно обращался к себе в третьем лице.
— Дейвон Спурс...
— Сейчас он временно отстранен от занятий за попытку украсть луковые кольца из школьного автомата.
— Энди Арчер...
— Он не мог запомнить мое имя, мам. Продолжал называть меня Шерри, хотя я и поправляла его. Восемь раз.
— Потом был Кромвель Бейтс.
— Опять ты за свое, — сказала я, и она поджала губы. — Одно лишь его имя ассоциируется с серийным убийцей. Я имею в виду, как знать? Может быть, его родители знают то, чего не знаем мы. Кроме того, когда мы встретились первый раз, он плюнул на меня.
— Он сделал это непреднамеренно. — Мама подняла руки в беспомощном жесте. — Салли, бедный мальчик шепелявил.
Я пожала плечами. Ощущение, которое осталось после того, как на моей щеке побывала слюна Кромвеля, до сих пор вызывало у меня ночные кошмары. В то время я боялась обидеть его, поэтому оставила все как есть, заставляя себя не вытирать свою кожу и чувствуя, как влага оседает в порах. Первое, что я сделала, когда он ушел, — вымыла лицо, три раза, чтоб наверняка.
— Знаешь... меня бы не беспокоило, если бы ты была...
Мама заколебалась, ее голос дрожал, но она говорила искренне.
— Я имею в виду, лесбиянкой.
— Но я не такая, — снова повторила. — То, что я не встречаюсь ни с одним из тех лузеров, которых Хукер подыскивала для меня, вовсе не значит, что я люблю девочек.
Вдруг мама рассмеялась.
— Нет, — сказала она. — Нет, конечно, нет.
Она взяла меня за руку и заглянула в мои глаза.
— Я просто беспокоюсь о тебе, Салли.
Я сжала ее руку. Мама говорила так с того момента, когда я попросила световой меч (прим.: оружие из вселенной «Звёздных войн») вместо куклы Барби, как мне исполнилось пять.
— И не будь слишком жесткой с Лилиан, — добавила она. — Она напоминает мне меня в этом же возрасте, всегда пытается собрать людей вместе.
— Я бы предпочла, чтобы она этого не делала, — пробормотала я.
— У нее благие намерения.
— Я не понимаю, почему она чувствует себя ответственной за мою личную жизнь. Мам, мне всего семнадцать. У меня еще куча времени на то, чтобы найти того самого... и это точно будет парень, — подчеркнула я, чтобы внести ясность.
Она пожала плечами.
— В один
— Мам.
— Знаю-знаю, — сказала она, отмахиваясь от меня. — Полагаю, профессиональный риск. Я служитель настоящей любви - это то, чем я занимаюсь, Салли.
Я уже слышала это раньше. Как организатор свадеб, мама действительно не могла удержаться. Это было свойственно ей — желать соединения родственных душ. Ее работой было организовывать для пар их «долго и счастливо». Они с Хукер были как две горошины в розовом стручке в форме сердца, опьяненном любовью. Я же просто хотела, чтобы они использовали свои таланты во благо других вместо того, чтобы все время пытаться свести меня с кем-то.
— Мам, даже не думай планировать мою свадьбу.
— О, я тебя умоляю. Твоя свадьба была распланирована еще тогда, когда ты была в утробе.
Я не могла скрыть испуганный взгляд.
— Расслабься, я пошутила, — рассмеялась она. — Просто я не хочу, чтобы ты была одна.
Ее глаза из сверкающих превратились в пустые.
— Поверь мне, через какое-то время все это надоедает.
Такие моменты, как этот, напоминали мне, как сильно я презираю своего отца.
— Это куда лучше, чем быть привязанной к лживому, изменяющему сыну б...
— Салли, — предостерегающе произнесла мама.
Я невинно распахнула глаза.
— Что? Я хотела сказать «банкира».
— Даже не сомневаюсь.
Мама покачала головой, глядя на кухонную дверь.
— Бедная Дейзи, мне не по себе из-за всего этого. Думаю, ты на самом деле понравилась ей, Салли. Когда она обо всем узнает, ее сердце будет разбито. Что мы скажем?
Мы с Дейзи хорошо поладили, но я сомневалась, что все это разбило ей сердце.
Я погладила мамину руку.
— Я деликатно откажу ей, — сказала, пока мы шли обратно в столовую.
Дейзи что-то печатала в своем телефоне, скорее всего, писала сообщение. Когда мы вошли, она подняла голову.
— Простите, но я должна идти.
Она встала, и я следом за ней пошла к двери.
— Мама только что подтвердила мой полет. Кажется, он задерживается на несколько часов, поэтому мы будем вынуждены выйти завтра рано утром. Приятно было с тобой познакомиться, Салли.
— И мне, — сказала я, только сейчас заметив, что маме каким-то образом удалось исчезнуть. Очевидно, она все оставила на меня. Полагаю, был только один способ сказать это.
— Итак, Дейзи, это какая-то ошибка. Хотя мне и понравилось общаться с тобой, но я не...
Дейзи положила руку на мое плечо, глядя на меня с симпатией.
— Слушай, давай без обид, ладно? Ты милая и все такое, но немного... заумная, для меня. — Я открыла рот, но она продолжила: — О, не пойми меня неправильно. Я не говорю, что это плохо. Просто это не то, что мне сейчас нужно. Ты ведь меня понимаешь?
Я сглотнула.
— Конечно, - ответила, наконец
Она наклонилась и поцеловала меня в щеку.