Босс
Шрифт:
Кимберли еще не решилась приобщить Доджа к сексуальным приемам, почерпнутым ею из «Кама сутры». Даже после шести месяцев этих дневных встреч внебрачная половая связь с чужой женой все еще вызывала у него угрызения совести. С другой стороны, он с удовольствием приходил к Кимберли. Жениться Додж так и не собрался, но, разумеется, Кимберли не была первой его женщиной.
После душа они часто сидели голышом на диванчике в гостиной, примыкающей к большой спальне, и пили шотландское. Когда они зашли туда первый раз, Додж хотел было
— Я получил любопытное письмо. — Доджа отличала скверная привычка заводить разговор не пойми о чем, вместо того чтобы сосредоточиться на главном. — Мой коллега, который сейчас воюет на Тихом океане, руководил разгрузкой стрелкового оружия и обратил внимание, что оно маркировано «Кеттеринг армс, Инк.». Его изготовили по лицензии компании твоего отца. Мой коллега навел справки и выяснил, что отзывы об этом оружии самые положительные. Оно нравится тем, кто им пользуется.
Кимберли улыбнулась и так сильно дернула его за член, что Додж вскрикнул.
— Скажешь об этом отцу. Иначе мне придется объяснять, откуда я знаю об этом письме.
— Харрисон ничего не…
— Естественно, нет. Никто не знает. Может, только Ребекка, моя служанка. От слуг ничего не скроешь. Могла догадаться и Конни.
— Конни?
— Ей можно доверять. Эй… я уже мокрая.
Додж глубоко вдохнул.
— А я сейчас кончу. Но быстро соберусь с силами.
Он кончил быстро… Слишком быстро. Но десятью минутами позже вновь овладел ею, и она получила все, что хотела.
Потом, когда они лежали в постели, Кимберли осторожно предложила внести некоторое разнообразие в их любовные забавы. У Доджа округлились глаза. Но он не сказал, что и слышать об этом не хочет.
Сентябрь 1943 года
Телефон на прикроватном столике в «люксе» Джека в отеле «Парк-лейн» зазвонил в 2.33 утра. Сесили взяла трубку, передала Джеку.
— Алло?
— Полковник? Это Дуренбергер.
— Какого черта ты звонишь посреди ночи, Дуренбергер?
— Чепе, полковник. Слава Богу, я узнал об этом первым.
Джек сел. Сесили зажгла лампу.
— Какое чепе?
— Вы проснулись, полковник? Пусть Сесили даст вам глоток бренди. Дело серьезное.
— Это ты уже сказал. Выкладывай все остальное.
— Два сотрудника «Лир бродкастинг» сидят в каталажке и завтра утром должны предстать перед муниципальным судом на Боу-стрит.
— Кто и почему?
— Один из них Кертис Фредерик. Второй — Уиллард Фредерик, на самом деле Уиллард Ллойд. Кертису он не брат.
Джек знаком попросил Сесили дать ему сигарету.
— Может, ты все-таки объяснишь, что происходит?
— Конечно. Мне позвонил один приятель с Би-би-си. Похоже, Кертис Фредерик и мужчина, выдававший себя за его брата, возвращались
— Заниматься чем?
— Короче, Уиллард начал в такси делать Кертису минет. Водитель, как добропорядочный христианин, не мог позволить, чтобы такими делами занимались в его такси, и поехал в полицейский участок. Сладкую парочку арестовали за аморальное поведение, и утром они предстанут перед судом.
— Показаний водителя…
— Они продолжали заниматься этим и когда подошел констебль.
— Где ты?
— В полицейском участке. Будет неплохо, если вы тоже приедете. У меня сложилось такое впечатление, что еще не все потеряно.
— Я попытаюсь захватить с собой кого-нибудь из Штаба совместных операций.
— Об этом я позаботился. Капитан Харви уже выехал.
— Отлично. Пока я одеваюсь, продиктуй Сесили адрес участка. Она скорее всего знает, где это и как туда добраться.
Город стоял темный, экранированные фары «форда» чуть освещали мостовую. Джек не переставал удивлялся, каким чудом в кромешной тьме Сесили всегда удавалось добраться до нужного места.
Зато парковалась она где хотела: автомобили грязно-оливкового цвета с большими белыми звездами, которые возили старших офицеров, никогда не штрафовали. Вот и теперь она остановила «форд» перед входом в полицейский участок.
Дуренбергер поджидал Джека в компании высокого, статного моряка-англичанина. По выражению его лица чувствовалось, что он не в восторге от ночной прогулки. Но в глазах мелькали насмешливые искорки.
— Полковник Лир, это капитан Харви.
Офицеры обменялись рукопожатием.
— Что мы можем сделать, капитан? Есть у нас шанс?
— Все уже сделано, полковник. Обоих мужчин отпустят под вашу ответственность. Обвинения с них сняты.
— Позвольте вас поблагодарить.
— Это часть моей работы, — чуть более резко, чем следовало, ответил капитан. — Американские офицеры частенько попадают в щекотливые ситуации. — Губы его изогнулись в легкой улыбке. — Но с обвинением в мужеложстве мне приходится сталкиваться впервые.
Джек шумно выдохнул.
— Один из них отправится домой. Как можно скорее. Можем мы это устроить?
— Один из них отправится домой? — переспросил капитан.
— Кертис Фредерик нужен нам здесь, капитан. Он отлично справляется со своей работой. Не так-то просто объяснить американцам, что происходит в Европе, убедить их в том, что англичане — достойные люди, защитить которых — наш долг. Я не думаю, что мы сумеем найти замену Кертису Фредерику. Когда мы сможем усадить второго в самолет?
— Завтра не получится. В среду или в четверг.
— Под мою ответственность… — промурлыкал Джек. — Я бы хотел, чтобы тот, кто отправится домой, оставался в тюрьме, пока его не увезут в аэропорт.