Борьба
Шрифт:
Я терял каждую секунду, а Эмбер все шла и шла.
Я запрыгнул в «Стингрей» и вставил ключ в замок зажигания. Затем я развернулся и помчался в направлении Эмбер.
Она прошла уже три квартала и дошла до угла, где нужно было повернуть. Если бы я подождал еще минуту, то потерял бы ее из виду.
Я последовал за ней по боковой улице, держась на расстоянии и стараясь быть как можно незаметнее. Каждые несколько минут я останавливался у обочины, прячась за припаркованной машиной или грузовиком. Затем я снова выезжал на дорогу, следуя за Эмбер.
Сыщиком
Но она продолжала идти, не обращая внимания на то, что я за ней слежу.
Что, если бы я был педофилом или насильником? Что, если бы я был похитителем или торговцем людьми? За четыре квартала она ни разу не оглянулась через плечо.
И я неделями отпускал ее домой одну. В понедельник это прекратится. Я не был уверен, какое оправдание придумаю, но с этого момента я буду подвозить ее домой. Понравится ей это или нет.
Я проехал по необычному району, где дома были старыми, но ухоженными. Затем мы миновали парк с бейсбольной площадкой с одной стороны и игровым полем с другой, разделенные лужайкой, такой зеленой, что она казалась неоновой.
Она собиралась домой? К другу домой? Я посмотрел на одометр. Мы уже проехали около мили. Это была долгая прогулка, а Эмбер и не думала останавливаться.
За парком был еще один район, на этот раз не слишком живописный и ухоженный. Через два квартала мы добрались до трейлерной стоянки. Дома выстроились в линию вдоль улицы, их дворы были в основном заставлены автомобилями, а редкие заборы из сетки-рабицы.
«Стингрей» был слишком громким. Двигатель урчал, но это место было похоже на тот квартал, где люди ожидали услышать лязг и рев, а не ровный гул безупречной машины.
И все же, несмотря на шум, производимый моим «Корветом», Эмбер не обернулась. Она была в наушниках? Как она могла не заметить, что я еду за ней, и не услышать звук моей машины? В любой момент я ожидал, что она развернется и побежит от меня, как будто пустилась в погоню за диким гусем.
Но она продолжала идти. Так что я продолжал следовать за ней, на этот раз не в силах спрятаться, потому что мне было нелегко припарковаться.
Мы дошли до конца трейлерного парка, и когда Эмбер не остановилась ни у одного из домов, у меня внутри словно камень упал. Впереди показалась роща. Потрескавшийся тротуар улицы закончился, сменившись гравием.
Эмбер продолжала идти, обходя деревья по проторенной тропинке между стволами.
— Черт.
Дорога изогнулась. Я задержался, ожидая, пока она углубится в деревья, а затем помчался вперед. Там, дальше, должен был быть дом, а это, должно быть, дорога. Она, должно быть, решила срезать путь, верно?
Гравийная дорожка огибала деревья. За окном пассажирского сиденья виднелось поле, покрытое крошечными ростками, урожай только-только начинал пробиваться из-под земли.
Позади меня поднялось облако пыли, когда я нажал на газ, не желая терять Эмбер из виду. Затем, как я и надеялся,
Рядом с первым стоял разбитый грузовичок «Шевроле». Я припарковался рядом с ним, надеясь, что пыль осядет или Эмбер ничего не заметит.
В понедельник я не только подвезу ее, но и поговорю о том, как быть более внимательной к своему окружению. Или мы можем поговорить об этом сегодня, если я смогу ее найти.
Куда она делась? Пока я петлял между деревьями, она исчезла. Я осмотрел каждый трейлер, но ее нигде не было видно.
— Черт. — Я стукнул кулаком по рулю. Я опустил стекло, прислушиваясь к шуму. Вдалеке залаяла собака, но в остальном было тихо. Даже слишком тихо.
Она должна была быть где-то здесь. Думаю, поскольку трейлеров было всего три, я мог просто ходить от двери к двери и молиться, чтобы меня не пристрелили за незаконное проникновение. Поэтому я поднял стекло, заглушил двигатель «Корвета» и сунул ключи в карман. Затем я вылез из машины, еще раз оглядевшись по сторонам.
Запах влажной земли и деревьев ударил мне в нос. К этому запаху примешивался легкий привкус ржавчины, вероятно, от «Шевроле». Трейлеры, видневшиеся за моим ветровым стеклом, выглядели отвратительно, но сейчас они были еще хуже. У ближайшего из них в обшивке были дыры, и кое-где они были заклеены клейкой лентой. Два окна были заколочены досками. Кусты пытались поглотить трейлер в конце ряда. Здесь кто-нибудь жил?
Или это был какой-то заброшенный район, куда Эмбер приходила потусоваться? Может, она встречалась со своим парнем или что-то в этом роде? О, боже, я надеялся, что она не употребляет наркотики.
Или что один из этих трейлеров не был ее домом.
Что ж, если бы мне пришлось выбирать, я бы надеялся, что она живет в среднем. В его окнах все еще были стекла, а жестяная обшивка лучше, чем у других. Не то чтобы на нем не было изрядной доли ржавых пятен, но явных дыр не было.
Я сделал шаг, собираясь начать поиски, когда воздух наполнил голос, напугавший меня почти до смерти.
— Ты мог бы хотя бы подвезти ее.
Я резко обернулся, прижав руку к груди, когда подошла Ларк.
— Черт.
Она не извинилась за то, что напугала меня. Она была не тем человеком, которому нужно было извиняться.
— Что ты здесь делаешь? — спросил я, и мое сердце чуть не выпрыгнуло из груди.
— Я следила за тобой последнюю милю. Время от времени поглядывай в зеркало заднего вида. — Позади нее, примерно в двадцати ярдах, спрятавшись за деревьями, где он был почти незаметен, стоял «4Раннер».
Черт, она была прекрасна.
Ее волосы были распущены, шелковистые каштановые пряди волнами ниспадали на плечи. На ней было темно-бирюзовое платье-рубашка с белыми пуговицами, которое гармонировало с ее чистыми теннисными туфлями. Ее глаза были прикрыты солнцезащитными очками, и я мог видеть в них свое отражение, практически пускающее слюни.