Чтение онлайн

– Не смотрите назад! – снова приказал Мити Матаи.

И никто не оглянулся, пока над миром не воцарилась ночь и тьма не скрыла скалистую вершину, в тени которой они просыпались каждый день и у подножия которой впервые в жизни предавались любви.

Теперь же на свидание к ним пришли вечные звезды. Тысячи миллионов звезд на необозримом небе. Тапу Тетуануи отыскал среди них наиболее знакомые, те, которые ему укажут на таинственные морские пути, пройденные когда-то его самыми знаменитыми соотечественниками.

– Если ты направишься точно на запад, выбери одну из звезд и следуй за ней, а если она скроется за горизонт,

то найди ее возлюбленную, потому что любая звезда имеет возлюбленную, которая сопровождает ее. А за нею последует другая, а за той еще одна… И так до бесконечности, ибо Таароа создал звезды для того, чтобы люди моря могли правильно выбирать путь.

Для хорошего моряка достаточно десяти звезд, дабы не сбиться ночью с курса. Такое сочетание звезд с древних времен считалось священным и получило название авеи’а.

Мити Матаи решил, что его звездный путь этой ночью начнется со звезды Танец Бога Оро, которая должна была скрыться через полчаса как раз на северо-западе. Однако он знал, что до этого времени будет следовать за созвездием Хвост Фрегата, висящим над форштевнем по правому борту. А сзади, как раз между двумя корпусами катамарана, должен был появиться Южный Крест, а справа запляшут, подмигивая, Семь Безумных Вдов.

Каждый опытный моряк, оказавшийся в этой точке океана, с легкостью определит, что в эту пору года он должен пройти как раз между двумя небольшими островами – Маупити и Тупаи.

Мореходы тех времен не нуждались ни в маяках, ни в детальных морских картах, которых у них и не было, они просто знали, что находятся там, где нужно, ведь поколения полинезийских мореплавателей, задолго до их рождения, знали все об океане, так же как все об океане будут знать и их потомки.

Ночная темнота для полинезийцев всегда была союзником, и это отличало их от остальных жителей нашей планеты. Даже в самую темную ночь они никогда не блуждали, потому что их друзья-звезды безошибочно указывали им путь.

Тапу Тетуануи ощутил себя одним из самых счастливых юношей в мире, когда великий Мити Матаи вдруг едва заметным жестом велел подойти к нему.

– Если ты действительно хочешь стать настоящим моряком, ты должен привыкнуть спать днем. Ночь проведешь здесь. – Это были первые слова, которые великий навигатор сказал Тапу.

Чего же еще мог желать ученик мореплавателя?! Провести ночь у ног легендарного героя, который один вернулся из мест, где вода становится твердой, было великой честью.

У кого другого он смог бы столькому научиться? У кого другого слова столь редко срывались с уст и были столь важными, что представляли собой истинную ценность?

Кто мог бы оспорить его звание великого навигатора, кто за многие месяцы, а может быть, и годы видел столько же, сколько видел этот человек? Кому еще можно было заглянуть в глаза и увидеть далекие-далекие земли, о которых никто и не слыхивал?

Тапу Тетуануи глубоко вдохнул влажный соленый воздух, в котором витал аромат победы, и почувствовал себя более чем генералом, более чем принцем и почти более чем полубогом.

Он начал чувствовать себя настоящим мореплавателем из Бора-Бора.

Его устремленные в темноту глаза улавливали малейшие движения Мити Матаи. Он знал, что однажды сам будет командовать своим собственным кораблем. Он знал, что должен научиться отдавать верные команды, ведь от него одного зависит, пойдет

ли судно верным курсом.

Едва заметный жест левой руки – и рулевой перекладывает руль; повелительный сигнал марсовым [9] – они убирают или ставят паруса; наклон головы, прищуренный глаз – нужно внимательнее следить за тем, куда отклонились подвешенные на леерах [10] перья… А еще важна манера держаться – всем должно казаться, что ты буквально прирос к палубе.

Мити Матаи родился на пироге, которая была чуть старше его самого, родился во время одного из долгих походов, которые его отец, тоже великий навигатор, осуществлял к архипелагу Тонга, где отец Мити Матаи и познакомился со своей юной женой. Океан для новорожденного стал повивальной бабкой: как только младенец появился на свет, его тут же обмыли, окунув в соленую воду.

Когда Мити Матаи исполнилось три года, его мать умерла на берегу после тяжелых родов. Потом Мити Матаи стал сопровождать отца в далеких переходах, и никого не удивлял тот факт, что в его венах текло больше соленой воды, чем крови. Потому-то он так уверенно держался на палубе, словно составлял с ней единое целое.

Возникало ощущение, что рядом с ним даже латаная-перелатаная ореховая скорлупа превращалась в самое надежное в мире судно и что самый большой и самый грозный океан любил его и уважал, как собственного сына.

«Кто родился в пироге, тот в пироге и умрет», – гласила народная мудрость. Посему судьба Мити Матаи была четко определена, но его самого это нисколько не волновало. Он был полностью доволен своей жизнью.

Для подавляющего большинства полинезийцев плавание по океану не было тяжкой необходимостью. Они садились в лодки не только для того, чтобы добраться до отдаленного острова. Океан определял их образ жизни, становился их частью, и они с потрясающей легкостью приспосабливались жить рядом с ним и на нем. Полинезийских мореходов не страшили даже тяжелые условия – естественное следствие длительных морских переходов.

Идущий из глубины веков обычай уважать окружающих людей, помогать нуждающимся и сглаживать конфликты помогал им бороться с трудностями, поэтому моряки во время длительных переходов обращались друг с другом подчеркнуто вежливо, даже галантно. Но древний обычай был не главным сдерживающим фактором. Важнее него был закон – все должны слепо подчиняться капитану.

Даже агрессивный Роонуи-Роонуи, суровый и придирчивый на земле, в корне изменил свое поведение, как только вступил на борт корабля. Во-первых, он следовал древней традиции и старался быть со всеми вежливым. А во вторых, он хорошо знал, что, пока не придет время столкнуться с врагом с оружием в руках, он и его люди – лишь пассажиры на корабле, на котором по праву почитали лишь членов команды.