Чтение онлайн

Но ничего не произошло. Игра застыла на месте. Человечек всё так же подкидывал бомбу, в нетерпении постукивая ногой. Я почесал подбородок, с отросшей уже щетиной.

– Погодин!- раздался от двери голос Коновалова.- На выход!

Положив игру в карман, я двинулся к двери, с трудом вспоминая, как вообще сюда попал. Но пока шёл по коридору - вспомнил всё.

На улице лил дождь, и в кабинете следователя через открытую форточку были видны, трепещущие под ударами капель листья вяза.

–

Андрей Михалыч, несмотря на замечательную работу адвоката, ему, скорее всего не удастся вас спасти. В вашем деле появились новые доказательства вашей вины. Вы понимаете, о чём я?
– сказал Деньгин с затаённой радостью и уставился на меня, а я на него.

– И что же это за доказательства?- спросил я, вспоминая внушение, сделанное мне адвокатом.

– Самые прямые, вот ознакомьтесь. Копии документов, подтверждающих то, что вы всё-таки вступили во владение собственностью. Все тайное рано или поздно становится явным!
– он торжествующе улыбнулся.

– Я что-то не понял, а где же Михаил Андреич? Кажется, мы договаривались, что без адвоката встречаться не будем.

Деньгин нахмурился. Он был неисправим и всё ещё пытался выловить меня в отсутствие адвоката, которого явно побаивался.

– Что вы заладили, Михаил Андреич, Михаил Андреич! Я же не заставляю вас ничего подписывать, просто хочу кое-что показать и напомнить, что чистосердечное признание облегчает вашу вину.

– Где-то это я уже слышал,- сказал я совершенно искренне, вспомнив многочисленные фильмы и книги, где произносилась эта фраза, но следователь вдруг озверел.

– Что ты мне хочешь сказать?! Что я тут в игрушки с тобой играю? Ты - мошенник, скользкая падла, которая выкручивается, как уж на сковородке! В обмороки падает! А когда людей грабил, в обморок не падал?! Думаешь, адвокат тебя спасёт?! На, смотри!
– и он грубо сунул мне в лицо бумаги с какими-то подписями и печатями.

В этот момент в дверь постучали, и на пороге появился блистательный Михаил Андреич, выглядевший, как императорский сановник, только что получивший повышение. Деньгина чуть не хватила кондрашка.

– Вы что, за дверью всё время караулите?!- вскричал он.

– Нет, я исполняю свою работу, уважаемый Николай Григорьич! Так, что это за новые доказательства? Разрешите?- он взял из руки следователя листы и погрузился в чтение.

Я сидел, наблюдая за обоими. Понимая, какая ситуация складывается вокруг меня, ничего для своей защиты я сделать не мог, всецело положившись на адвоката.

Вызвав образ Михаил Андреича, я увидел, что в этот раз он немного видоизменился. Кувшин, изливающий светящуюся жидкость, теперь был отвёрнут в сторону, и давал начало истоку реки, лентой разрезающей широкие зелёные просторы. Со всех сторон в эту реку устремлялись другие светящиеся потоки, каждый из которых имел свой особенный оттенок. Картина меня настолько заворожила, что я, забыв обо всём на свете, погрузился в её созерцание, чувствуя необычайный душевный подъём, как будто присутствовал при каком-то очень

важном событии.

– Андрей Михалыч, - услышал я обращение адвоката.- Внимательно посмотрите, это ваша подпись?

Я отогнал видение и взглянул на бумаги.

– Эта подпись очень похожа на мою, но я её не ставил.

– Рановато для склероза,- насмешливо сказал Деньгин.- К тому же, вот заявление нотариуса, и его помощника, которые отлично вас запомнили. Не каждый день оформляются дарственные на посторонних людей.

– Ну, что ж Николай Григорьич, значит, нас ждёт графологическая экспертиза,- сказал адвокат.

– Разумеется!- улыбнулся Деньгин.- И много ещё чего интересного, раз ваш клиент не хочет чистосердечно признаться.

– Если бы так просто было узнать, у кого здесь чистое сердце, а у кого нет...
– сказал Михаил Андреич, вызвав этим явное неудовольствие следователя.

– У меня девяносто два процента раскрываемости!- голос Деньгина возвысился. Он встал во весь свой немаленький рост и расправил плечи.

– Никто не сомневается в ваших профессиональных качествах,- адвокат поднялся тоже.- У меня же стопроцентно выигрышные дела, а знаете почему?

– Почему же?

– Потому что когда берусь защищать клиента, я отлично вижу подоплёку дела, но в данном случае она достаточно хитро спрятана даже от ваших зорких глаз, дорогой Николай Григорьич.

Глаза Деньгина затуманились. Ледокол, расколовший льдину, вдруг во что-то упёрся.

– Я привык верить фактам.

– Да, факты - это важно, особенно, когда знаешь, как их использовать...

В этот раз Михаил Андреич не стал приглашать меня в комнату для переговоров, а спросил, когда мы возвращались в камеру.

– Как вы сейчас себя чувствуете?

– Очень хорошо, благодарю.

– Голова не кружится?- в его голосе послышалась лёгкая ирония.

Я сразу понял, о чём он.

– Нет, только оглох немного, - ответил я, и увидел, как блеснули в улыбке зубы адвоката.
– До встречи,- сказал он перед тем, как дверь за мной закрылась.

Серый свято охранял для меня место, пока я отсутствовал. По этому поводу даже завязалась перепалка между ним и горячим кавказцем, который хотел занять моё место на лежаке.

– Не видишь, он больной?!

– Э, я сам больной! Двигайся, давай! Я спать буду!

– Раньше надо было в драку влезть.

– Это почему ещё?

– Тогда бы первый тут был, и место твоё было бы.

Я подошёл к Серому.