Чтение онлайн

Потом я вспомнила свой первый день в новой школе и подумала, что люди с таким характером, как у меня, просто не могут быть ничьими подшефными. Потому что, если мы раскиснем от всеобщей жалости, мы вообще черт знает что можем запихнуть кому-нибудь в рот.

Например, размокшее мыло.

Или грязные носки.

Или ящерицу плащеносную.

– Ты прав, пап, - сказала я.

Он кивнул и полез в холодильник за газировкой.

– Но, знаешь... я все-таки пойду.

Папа усмехнулся:

– Молодец, Тонто!

Я так и думал.

Я же говорю, садоводы - люди простые. Что на уме, то и на языке.

– Никогда еще не был на вечеринке в честь общественной работы, - добавил папа.
– Обожди, я мигом, только чистую рубашку надену.

В животе у меня заныло.

Хотелось бы надеяться, что садоводы умеют держать слово. Особенно насчет своего поведения на людях.

Когда Аманда открыла дверь и увидела меня, она остолбенела.

– Не подвезете на собрание?
– спросила я.
– А то папа уже уехал.

Ну да, знаю, получилось немножко театрально. Может, это у нас семейное.

Аманда просияла.

Мистер Косгроув тоже. Ну, что-то вроде.

Он почти перестал хмуриться и, когда мы подъезжали к зданию клуба, даже улыбнулся мне и сказал, что не надо нервничать, потому что все там будут ко мне добры.

Все и впрямь были страшно добры.

Аманда водила меня по залу и знакомила с людьми.

– Это Ровена Бэтс, - говорила она.
– У нее проблемы с речью, но она успешно с ними справляется.

И все сочувственно кивали.

Где-то на пятом знакомстве я засунула в нос коротенькую сосиску, какие подают к коктейлям. Теперь было не так похоже, что я успешно справляюсь со своими проблемами, но они все равно кивали.

Когда Аманда заметила сосиску, она ее выдернула и испуганно оглянулась на отца. Но он ничего не видел, так что она успокоилась.

– Ро, - хихикнула она, - перестань!

– Только если ты перестанешь, - ответила я.

Аманда призадумалась. Но она ведь чуткая и понятливая, да и вообще хороший человек, так что довольно быстро сообразила, что я имею в виду.

Представляя меня еще каким-то людям, она просто сказала: «Познакомьтесь, это Ро», - а я поздоровалась жестами, предоставив им самим догадываться: то ли у меня проблемы с речью, то ли я работаю в аэропорту на взлетном поле, а там все так разговаривают.

Мы болтались по залу уже минут десять, когда я наконец-то вспомнила о папе. Огляделась по сторонам: вроде бы все спокойно, никто не скандалит. Папа стоял у стола с закусками, занимая разговором какую-то пожилую даму. Судя по движениям папиных рук и по выражению лица дамы, речь шла о том, как гусеницы плодожорки оставляют в яблоках свои какашки. Но, может, ей просто резала

глаз папина ярко-оранжевая рубаха.

Аманда сжала мне руку и показала на сцену.

У микрофона стоял мистер Косгроув.

– Леди и джентльмены, - начал он, - добро пожаловать на первое собрание Ассоциации прогрессивных предпринимателей, посвященное молодежному движению «Добровольцы на службе общества»!

Мне стало смешно, потому что сейчас он не басил и не рявкал, а как-то поскрипывал и подвизгивал от волнения.

– У него проблемы с речью, но он с ними успешно справляется, - сказала я Аманде, но она даже не улыбнулась.

Не все знаки разобрала, наверное.

Тут я прислушалась повнимательнее и тоже перестала улыбаться.

– Теперь, - продолжал мистер Косгроув, -я попрошу наших юных помощников по очереди вывести на сцену своих подшефных и немного рассказать нам о каждом из них, чтобы мы все могли объединить усилия и сделать жизнь этих людей более интересной и полноценной. А начнем мы с мисс Аманды Косгроув!

Я посмотрела на Аманду с ужасом.

А она на меня - виновато. Потом взяла за руку и повела на сцену.

Все зааплодировали, а один человек одобрительно свистнул. Вот такой он у меня раскованный.

Целое море лиц уставилось на меня из зала.

Почти все смотрели сочувственно.

Кроме папы, который так и сиял от гордости.

И кроме других подшефных: однорукого дяденьки, паренька в инвалидном кресле, горбатой старушки и девчонки с металлическими каркасами на ногах. Эти со страхом ждали своей очереди.

И вдруг случилась странная вещь.

Когда мистер Косгроув отдал Аманде микрофон и спустился в зал, весь мой ужас куда-то испарился.

Ком в животе растаял, и, бороздя взглядом это море сочувствия, я вдруг поняла, что надо делать.

И я должна была это сделать, пусть даже Аманда потом отказалась бы со мной разговаривать.

Аманда откашлялась и жалобным голосом заговорила в микрофон:

– Леди и джентльмены, это Ро, сейчас я вам о ней расскажу...

Я похлопала ее по плечу. Она замолчала и уставилась на меня.

– Я сама расскажу, - сказала я руками.

Мне пришлось повторить это дважды. Наконец до нее дошло.

– Э-э... Ро хочет сама рассказать вам о себе, - пискнула она в микрофон. Вид у нее был испуганный.

Я заговорила, медленно выводя руками крупные, четкие знаки.

– Мы не подшефные, - сказала я.
– Мы просто люди.

Я посмотрела на Аманду. Так и есть, она все поняла.

Она стояла рядом, судорожно сжимая микрофон.

Сердце у меня стучало как бешеное. Если она настоящий друг - значит, скажет, твердила я себе.

– Ро говорит, - начала Аманда, и голос у нее окреп, - что она... что они - не подшефные, а просто люди.