Чтение онлайн

– Пульт один, за которым никого нет. Я, бывший некогда Воробьевым, торжественно заявляю, что с потусторонними видениями, обступившими меня плотной толпой, ни в какие сделки не вступал, а уговаривал их разойтись. Но насколько я понял, у них все наоборот, мертвецы не в шутку зовутся живыми, а законные живчики – тяжелыми вихрями.

Он сделал

еще шаг вниз… Ячеистые сферы домов медленно катились на север. Пси-мембраны возвращенцев под охраной милиции летели разноцветными пузырями над городом. Одна за другой они захватывались сродственными столбовиками и направлялись в приемные порты домов. Там их, нетерпеливо переминаясь, ждали владельцы индивидуальных пси-мембран – денежки-то уплачены. Над гравимостовой порхали незарегистрированные кольцевики знаний, дети их ловили просто руками, авось, попадется что-нибудь ценное, и можно будет загнать взрослым дядям. В небе хороводили псевдосолнца, под их лучами каналы давали прекрасные побеги.

Надо попросить пульт включиться, чтоб полюбоваться действиями руководителя проекта. Он сейчас распространяет свою мембрану на временный пригород. Горсовет попросил. Там часть временно-неживых лимитчиков вылезла из своих успокоителей и устроила беспорядки. Крови им подавай и других энергетических концентратов. Сами вот без пива сидим. Ну ничего, Дмитрий Федорович их всех кристаллизует…

Андрей Воробьев поднял голову от стола, огляделся. Установка БГУ работала, раскручивая счетчик. Экраны рябили от пучков. Обычный кавардак без смысла и толку. В испытательной камере никого. Тронный стул, стоявший посреди, дышал спокойно без седока. Датчики свисали себе смирно с кронштейна, а вот веревка была изодрана в клочья.

– История показала: психу по силам великое, – оценил ситуацию лаборант. – Или рассвирепел Торн, как Самсон без Далилы. Или смылся, будто столбовик, на тот свет, где нас объедают во всех смыслах. Возьмет ли билет обратно, вот вопрос. Ладно, не люблю думать, особенно о грустном.

Воробьев,

разминая суставы, пошел в буфет. По дороге выглянул в окно. Народных масс и след простыл, от них остались только лужи, плакаты, каблуки.

– Кто к нам придет, тот без всего и уйдет, – гордо сказал Воробьев.

Подъехал микробус. Из него выходили молодцы группы здоровья. Выносили спящих ведьмаков в пакетах. Один пакет помельче других.

– Должно быть, девица, – сообразил лаборант. – Знаю таких чаровниц-цирцей. Пока тебя в козла не превратит, не успокоится.

…На север неплотным журавлиным клином летели столбовики в сопровождении верных кольцевиков. Один из столбовиков отличался от своих товарищей повышенной вертлявостью и еще тем, что хотел вернуться назад.

Где побывал психоцентр Торна? Куда исчезло его тело? На эти вопросы нет однозначных ответов. Во всяком случае, гражданина Дмитрия Торна я больше никогда не видел и не слышал. Хотя не исключаю обратного. Безусловно, он поднялся выше действия сил Дерева и Металла. И это сопровождалось выделением большой истинно человеческой энергии, которая ненадолго разъединила враждующие стороны. Наверняка, он сознательно пребывал в поле такого уровня, что ему удалось прекратить вещественную развертку своего тела в нашем мире. Но, без сомнения, своего пространства ему создать не удалось, поэтому он был вынужден опускаться все ниже и ниже в возвращении назад. Путешествие его проходило и через те миры, которые знатоки называют Собраниями душ, и где все мы уже побывали и где нам еще предстоит оказаться, конечно, при других обстоятельствах. Я уверен, что он вернулся в наш мир и продолжил выполнение своей жизненной задачи, которая, однако, не была уже связана со мной, Аней, Биоэнергетическим проектом.