Чтение онлайн

Задние колеса впереди идущего грузовика вильнули в сторону. Берни приблизила губы к микрофону:

— Ты слишком близко подошел к грузовику…

— Проклятие! — раздался голос в наушниках. — Теперь ты будешь давать мне советы по вождению?!

Она отключила микрофон и спустилась в кабину, чтобы разговор не был слышен на канале радиосвязи.

— Придурок, ты должен дать ему возможность попятиться, если впереди что-то случится. Тягач не сможет здесь развернуться, он будет идти задним ходом.

Бэрд

немного отстал, но Берни, даже не видя его лица, понимала, чего это ему стоило. Маркус слишком распустил этого парня. Для такого вывода Берни потребовалось не больше часа общения.

— Теперь ты довольна? — буркнул Бэрд.

Хороший мальчик…

— Да, бабуля.

Если бы это сказал Коул, она просто посмеялась бы. Но говорил Бэрд, и это ей не понравилось.

— Сынок, если я перекину тебя через колено и отшлепаю, ты целую неделю не сможешь сидеть. Так что заткнись.

Коул разразился смехом:

— Дэмон, тебе грозит трепка. Веди себя хорошо и открой носовой люк.

Он выбросил в люк несколько сухих пайков для стайки оборванных и худых ребятишек, которые выглядывали из-за угла, словно дикие зверьки. Дети тотчас набросились на еду. Наблюдая за ними, Берни отметила степень человеческой деградации.

"Наверное, это самое страшное, что сделали с нами черви. Они вернули нас в первобытное состояние".

Бэрд раздраженно фыркнул:

— Коул, что ты творишь? Калории нужны тебе самому, парень. Не стоит поощрять этих паразитов.

— Брось, они же еще дети.

— Но ты знаешь, кто из них вырастает.

— Дэмон, тебе никогда не приходилось голодать? Ты вырос в богатой семье. Ты не понимаешь, что это такое. — Словно для усиления своей тирады, Коул порылся в карманах и выбросил в люк что-то еще. Бэрд ничего не сказал. Кажется, он прислушался к мнению Коула, и это было довольно странно. — Наши рационы гораздо богаче, чем у них, и они нас за это ненавидят. Посмотри на себя. Посмотри, сколько мяса на наших костях по сравнению с ними.

— Но мы же должны сражаться с противником. Они могут надеть броню и получат те же пайки.

— Да, приятель, я так и скажу следующему восьмилетке…

Коул по-прежнему говорил благожелательно и спокойно, но все же его слова задели Бэрда. Тот замолчал.

Берни мысленно отметила этот факт: пригодится для будущих перепалок.

Теперь настало время ей прояснить ситуацию.

— Бэрд, ты испугался, потому что я вернула свои сержантские нашивки?

— Ну, не могу сказать, что я в восторге от престарелого вояки, просидевшего где-то на задворках с самого Дня-П.

И тут она не сдержалась:

— Да ты, наверное, не ладил со своей матерью. А как насчет отца? Ты хоть знал его? А мать?

"Чудесно, теперь ты дала ему понять, что он тебя достал".

Но на этот раз

Бэрд не клюнул на провокацию. И Берни знала почему. Она нарушила границу, проведенную войной; все шутки насчет семьи — добродушные или, как сейчас, злые — были под запретом. Каждый из людей лишился кого-то из близких. Новое социальное табу возникло очень быстро.

Хотя легко было поверить, что Бэрд совершенно нечувствителен.

Берни не собиралась извиняться — по крайней мере пока. В конце концов, она не сержант этого отделения, а лишь откомандирована на время поездки, так что нет смысла добиваться взаимопонимания с этим напыщенным пустомелей. Это проблема Маркуса.

В этот миг в наушниках раздался треск, затем послышалось сообщение:

— Контрольный пульт — «Дельте». Мы получили новые донесения об активности Саранчи. Оставайтесь на связи, передаю новые координаты. — Голос принадлежал женщине, и Берни никак не могла его узнать. — Ближайший прорыв в двух километрах к юго-западу от вашей цели.

На канале связи раздался голос Хоффмана:

— Сколько времени у нас остается на погрузку, лейтенант?

— При вашей скорости передвижения около двадцати шести часов, сэр. Команда в месте назначения вас ждет.

— Понятно.

Коул зашелестел своей картой, отмечая полученные координаты. Берни все еще пыталась вспомнить голос, прозвучавший по радио, но была вынуждена признать поражение.

— Коул, кто это был? — спросила она.

— Лейтенант Аня Штрауд.

— Ах да… — Теперь она вспомнила. Светловолосая малышка вдвое ниже и вдвое тоньше своей мамы. — Дочка майора Штрауд.

— Она, кажется, заглядывается на Дома, — добавил Бэрд. — Похоже, вы знаете абсолютно всех еще с пеленок. Она всегда очень приветлива с ним.

Значит, Бэрду ничего не известно о Маркусе. Это неплохо.

— К Дому все относятся хорошо. Парни Сантьяго всегда были отличными ребятами.

— Вы намерены преподать нам урок истории? О том, как наш сержант-уголовник стал героем?

Даже если бы она и захотела, Берни не знала бы, с чего начать. И в этой истории до сих пор не все было так ясно, как казалось, даже если она присутствовала там лично и все хорошо помнила.

— Нет, — ответила она. — Не намерена.

ДОМ САНТЬЯГО, ХАСИНТО; ВОСЕМНАДЦАТЬ ЛЕТ НАЗАД,