Чтение онлайн

Фаина Семеновна вздрогнула, вскинула глаза на лицо Арта и… поплыла. Она утонула в его глазах, воля полностью потерялась, захотелось стать маленькой, заплакать и прижаться к маминой юбке.

— Что ты себе позволяешь?! Кто ты такая, чтобы мне противоречить!

Немедленно все оформи и предупреди горничных, что надо обеспечить обслуживание по высшему классу! И сама за этим проследи!

Фаина Семеновна непроизвольно щелкнула каблуками своих туфель и вскрикнула:

— Яволь, герр генерал! Все будет сделано!

После этих слов у Арта невольно отвисла челюсть.

“Не проста эта Фаина Семеновна, что же она делала в войну? Ей сейчас на вид 50-55 лет, а тогда, в начале войны, было 17-21 год”.

— Немедленно

делай!

Фаина Семеновна оформила все бумаги в течение десяти минут, вызвала горничную и приказала проводить уважаемых гостей в их номера.

Когда она осталась одна, лицо ее стало бледным, дрожь пронзила все ее тело.

“Что я наделала! Как я назвала этого гада? Герр генерал! Ну, теперь все! Если он настучит на меня в органы, мне конец! Все узнают, и про мою жизнь в Одессе в оккупацию, и про связь с Абвером и про Валерия Викторовича, который приказал сидеть здесь тихо и не привлекать к себе внимания, а только передавать информацию: кто приехал, что сказал, с кем водил шуры-муры, а я… Но как я могла так проколоться? Этот гад так посмотрел на меня, что я ничего не могла с собой поделать – только благодарить и кланяться!

Фаина Семеновна тяжко вздохнула и взялась за телефон. Надо немедленно сообщить Валерию Викторовичу о случившемся.

Арт со всем семейством в сопровождении горничной отправился заселяться в номера. В полулюксе поселилась теща с Надеждой, в люксе – он с Аней и Алешей. Номера были прекрасными! Конечно, не было того шика, что видел Арт при поездках на отдых в Эмираты и на Лазурный берег во Францию на второй линии жизни, но по сравнению с общим гостиничным уровнем 1984 года – сверх всяческих похвал.

Пока жена разбирала чемоданы в спальной, Арт из гостиной люкса позвонил по местному телефону по полученным в Москве номерам и сообщил о своем приезде, заселении в гостиницу и странном поведении Фаины Семеновны. Последним сообщением очень заинтересовались и попросили поподробнее рассказать о встрече и разговоре. Посоветовали вести себя как обычно, не проявляя нервозности. Все под контролем!

Арт прекрасно знал, что стоит за этими словами, и решил ни в коем случае не расслабляться и держать ухо востро. Он переложил поближе игломет и сказал Ане, что надо быть внимательнее, смотреть за детьми, не оставлять их без внимания и предупредить об этом тещу. Также он позвонил по телефону, переданному ему Водопьяновым, и проинформировал абонента о происшествии.

Перед обедом все семейство Арта решило прогуляться по территории санатория. В 150 метрах от корпусов было море, чистое-чистое, голубое-голубое. Берег – галька, местами крупная. Пляж оборудован лежаками и навесами от солнца.

Вокруг корпусов разбит дендропарк с редкими и экзотическими видами растений. Содержится в очень хорошем состоянии. Много цветов, скульптур и скамеек.

На территории санатория имеется бассейн круглой формы, метров 15-20 в диаметре с морской водой. Когда на море шторм или температура воды опускается ниже 20 градусов – отдыхающие посещают бассейн. Также имеется большой клуб, где проводятся выступления артистов и показывают кинофильмы.

Столовая работает в две смены, все очень чисто и красиво. Их семейству выделили отдельный стол на шесть персон.

Посещение врача закончилось назначением физиотерапевтических процедур для каждого члена семьи.

Все остались очень довольны началом отдыха.

Валерий Викторович, переговорив с Фаиной Семеновной по телефону, немедленно покинул Гагры, предупредив свою подельницу о необходимости рубить концы пока не поздно. Но Фаине Семеновне некуда было податься, никто и нигде ее не ждал. Знала и имела дела она только с Валерием Викторовичем, получала от него ежемесячно вознаграждение, равное зарплате в санатории, что позволяло ей безбедно жить в собственном маленьком домике в Гаграх. Семьи у нее не было, постоянного мужика – тоже. Пробавлялась

ласками отдыхающих в санатории, приехавших без жен и подруг. Такая жизнь настолько озлобила Фаину Семеновну, что даже сослуживцы по санаторию ее сильно побаивались. Спасала только работа в партийной организации санатория, где всего было 15 коммунистов. Будучи замсекретаря парторганизации, она отвечала за идеологическое направление деятельности и постоянно доставала ее членов различными инициативами. Вроде борьбы за чистоту рядов, изучения материалов Пленумов и съездов КПСС и т. п. Несмотря на свою антисоветскую биографию, она очень ревностно относилась к своим партийным обязанностям, вступив в партию десять лет назад по рекомендации Валерия Викторовича, и нисколько об этом не жалела.

“Что же делать? Если в органах что-нибудь станет известно о моем непростительном срыве перед этим гадом, то они начнут копать и накопают столько, что мало не покажется. И про мои дела в оккупированной Одессе, когда по заданию гестапо я сдавала подпольщиков. И про мою работу на Абвер, когда немцы оставили Одессу, и я передавала им информацию о работе морского порта. Да и потом, работая на Валерия Викторовича, снабжала его компроматом на партийных работников и передавала ему их разговоры. А уж кому эту информацию переправлял он сам – я и не знаю!”

Она посидела еще немного в своем кабинете и решила, сказавшись больной, отправиться домой, где и принять окончательное решение.

На выходе из санатория ее уже ждали. Подхватив под белы ручки, посадили в “Волгу” и отвезли в местный отдел КГБ.

Запираться Фаина Семеновна не стала и обо всей своей жизни честно рассказала сотрудникам органов.

В санатории отдыхалось очень хорошо. Питание – отличное, бытовые условия – превосходные, море – теплое, процедуры – полезные и необременительные, по вечерам – или кинофильмы, или выступления артистов. От экскурсии на озеро Рица Арт осознанно отказался. Путешествие по горному серпантину его женщины бы не выдержали, не говоря об Алеше. Дети с большим удовольствием посещали через день цирк-шапито, расположившийся на базарной площади. Они могли смотреть представление хоть ежедневно, но взрослые больше двух раз подряд просмотр выдержать не могли, поэтому по очереди через день водили детей в цирк. Дни отдыха пролетали быстро и незаметно.

Как-то Арт спросил горничную, которая убирала их номер, про Фаину Семеновну, мол, что-то ее не видно. Та ответила, что Фаина Семеновна заболела и в санатории не показывается. Больше этот вопрос Арт не поднимал.

Отдыхать ни о чем не думая, Арт смог только неделю. Потом начал продумывать концепцию построения технократического государства на базе СССР. Взять с собой ноутбук он не мог, поэтому приходилось все мысли заносить в специальный блокнот, который постоянно находился у него в кармане. Аня несколько раз интересовалась, что такое он записывает, но, услышав несколько научных терминов, сразу потеряла интерес и больше Арту не мешала заниматься наукой. К концу срока нахождения в санатории, Арт смог в первом приближении разработать стратегию и тактику преобразования СССР. Конечно, еще требовалась большая работа по разработке этапов и сроков, наполнению их конкретикой, подбор желаемых руководителей и исполнителей, да еще многое другое. Но начало было положено!

“Срок пребывания в санатории заканчивается. Завтра сразу после обеда на такси и в аэропорт”.

Арт оглядел свое семейство – отдых на море всем пошел на пользу: дети загорели и поздоровели, Аня стала значительно спокойнее, укрепила свою нервную систему, теща подлечила свои болячки и стала выглядеть бодрее.

Но что-то начало царапать сердце у Арта.

“Опять предчувствие неприятностей? Но если раньше это чувство было очень сильным, то сейчас оно как бы говорит мне: “Будь осторожен, неприятность приближается, но не предопределена, в твоих силах ее предотвратить”.