Чтение онлайн

Лицо Иры, его тонкие черты, загар, обветренные губы и, самое главное, ироничный взгляд ее серых глаз, таких любознательных, живых, – все это не выходит у Игоря из головы и он готов отдать многое, чтобы она снова посмотрела в него, заставив почувствовать смесь робости и желания узнать её лучше, глубже проникнуть в ее мир. Он останавливается напротив дома с зеленой крышей, осматривается. Иры не видно, за невысокой изгородью в глубине двора можно разглядеть только пожилую женщину, которая, похоже, пропалывает грядку. Солнце припекает всё сильнее, кровожадные слепни то и дело пытаются сесть на его шею, голени, предплечья и ему приходится энергично от них отмахиваться. Присев на скамью, сколоченную из распиленных пополам бревен,

он терпеливо ждет минут двадцать, делая вид, что чинит цепь на велосипеде, но Ира не появляется, вместо нее к изгороди подходит женщина и, одарив его оценивающим взглядом, спрашивает:

– Чего тебе?

– Здравствуйте! – набравшись смелости, говорит он, – А Ира дома?

– Ирка то, нет, не дома. Укатила с утра куда-то, небось, в соседнюю деревню. А она тебе зачем?

Слегка опешив от такой прямоты, Игорь надувает щеки, опускает глаза на свой велосипед, потом всё-таки отвечает, но произносит слова слишком тихо:

– Хотел предложить ей покататься вместе…

– Чего? – не расслышав, переспрашивает женщина.

– Думал, покатаемся вместе! – на этот раз громко говорит он, разворачивает велосипед, запрыгивает на него и, перед тем как уехать, добавляет: – Передайте ей, что я заезжал.

– Хорошо, хорошо. Тебя хоть как зовут?

– Игорь!

– Ну, хорошо, Игорь, я все передам, – с многозначительной улыбкой говорит женщина.

По пути назад Игорь корит себя за то, что сразу не попросил у Иры номер ее телефона или контакт в социальной сети.

В течение недели Игорь каждый день приезжает к дому Иры, останавливаясь чуть поодаль, чтобы его не заметила та женщина, её бабка, которая явно только и ждет повода, чтобы подшутить над ним, над его влюбленностью. Он с ужасом представляет, в каких словах описала она его первый неудачный визит, каким дураком выставила перед Ирой, и как они вместе смеялись над ним. Впервые он всерьез задумывается о своей полноте как о недостатке, вспоминая, как его дразнили в детском саду и в начальной школе, пока он не стал давать отпор. Их пронзительные голоса, их искаженные смехом лица. Тогда он воспринимал все издевки как незаслуженные и дрался с любым до тех пор, пока тот не забирал свои слова назад, теперь же он и сам был готов согласиться с этими глумливыми голосами, поселившимися внутри него и ставшими неуязвимыми для его кулаков. Толстяк Игорь, так его называют друзья, считая, что это главная его черта, и теперь, став подростком, он боится, что его тело никогда не будет привлекательным для женских глаз. Но он старается не поддаваться этим голосам и этому страху, и настойчиво ищет встречи с Ирой, чтобы проверить, сможет ли она ответить ему взаимностью, сможет ли разглядеть в нем что-то кроме излишне развитой жировой прослойки.

Через восемь дней его попытки венчаются успехом, упорство и настойчивость приносят свои плоды. Подъезжая к их дому, он видит, как Ира открывает калитку, выкатывает на дорогу свой старый велосипед, седлает его и катится в противоположную от Игоря сторону. Он налегает на педали и догоняет ее в конце улицы. Они останавливаются.

– О, привет! – говорит Ира и хитро улыбается.

– Привет! – отвечает Игорь, борясь с одышкой и чувствуя, что выглядит сейчас довольно жалко, – Ты где пропадала? Я заезжал сюда несколько раз, хотел покататься вместе.

– Да, я знаю, ты тут каждый день отираешься, мне бабушка говорила, – ее глаза гипнотизируют Игоря и он тоже расплывается в улыбке, – Ты такой настырный, я специально пряталась от тебя, а ты все-таки меня выследил, да?

– Ну, да, но зачем ты пряталась?

– Не знаю, так было интереснее…

– Давай съездим в ту сторону, я тебе покажу, где я живу, – предлагает Игорь.

– Я знаю, где ты живешь и какие дома в том поселке. Что еще ты хочешь мне показать? – несмотря

на грубость ее слов, Игорь видит, что всё-таки вызвал в ней интерес, пусть он и объясняется простым любопытством.

– Ну, я мог бы взять виски из отцовского бара, ты когда-нибудь пробовала хороший виски? – Игорь сам совсем недавно его попробовал, чуть-чуть пригубив и едва смочив свое горло: напиток показался ему отвратительным, хотя он знал, что отец не жалеет денег на хороший алкоголь и это один из лучших сортов. Теперь же, перед Ирой, он хочет выглядеть знатоком – друзья говорили ему, что девочкам нравится, когда парни ведут себя как взрослые.

– Украсть, ты имеешь в виду? Папаша явно не разрешает тебе пить, тебе ведь всего… Сколько тебе?

– Через месяц будет пятнадцать, а что?

Когда они проезжают через автоматические ворота на территорию поселка чекистов, когда, проехав по широкой, идеально заасфальтированной улице с множеством иномарок класса люкс, припаркованных на обочине, и раскинувшимися, словно райские кущи, фруктовыми садами, они оказываются напротив дома, в котором живет Игорь, за напускным равнодушием Иры он угадывает изумление, для нее это словно оказаться в другой, почти волшебной стране. Его дом действительно большой, с богатым декором – колоннами, пилястрами, балюстрадами и прочим. Он огорожен забором с причудливо отлитыми узорчатыми решетками из чугуна и похож на особняк одной из голливудских звезд первой величины.

– Неплохо устроились!

– Это все отец, он служит государству, – с гордостью говорит Игорь. Он действительно восхищается своим отцом, тот кажется ему сильным и справедливым, хотя Игорь в точности не знает, чем именно он занимается и как заслужил право перенаправить некоторые денежные потоки так, чтобы часть их оставалась у него.

Игорь решает зайти через гараж, и видит, что машины матери нет – скорее всего, она уехала в город, чтобы встретиться с друзьями. Жизнь в деревенской глуши довольно быстро ей надоедает. Полумрак, тусклое сияние полированных деталей автомобиля отца, запах солярки. Они проходят в дом, оказываясь в коридоре у ведущей на второй этаж лестницы из массива дуба. Игорь оборачивается, смотрит в просторную гостиную, в которой после обеда любит сидеть отец, читая газету или смотря новости и часто погружаясь за этими занятиями в дремоту. Но сейчас его там нет, возможно, он уехал вместе с матерью или заперся в своем кабинете. Игорь жестом показывает Ире, что им нужно подняться наверх – там его комната, и они могут уединиться в ней.

Зайдя в комнату, Ира обегает ее взглядом, замечая большого плюшевого медведя, какие-то глупые книжки, написанные специально для подростков дамочками среднего возраста, обертки конфет на прикроватной тумбе.

– У тебя уютно, – улыбается она, – А кровать заправляет твоя мама, или у вас есть служанка?

– Нет, я сам заправляю. Папа требует, чтобы был порядок во всем. «Порядок в комнате, порядок в голове», так он говорит. Садись в кресло, я пошел за виски.

Травянистый, дымно-торфяной привкус, горечь спирта. Они выпивают по пятьдесят грамм, закусывают темным шоколадом.

– Какая гадость! – морщится Ира и отламывает еще кусок от плитки шоколада, чтобы быстрее избавиться от вкуса теплого виски. Шорох и блеск фольги, ее тонкие длинные пальцы, испачканные подтаявшим маслом какао.

– Да, как они его пьют? – смеется Игорь, – Будешь еще?

По телу Иры разливается тепло, пухлое лицо Игоря кажется ей довольно милым. Она кивает, продолжая жевать горький шоколад, в ее глазах, еще детских, появляется что-то новое, чего Игорь раньше не замечал. Он пытается разгадать значение этого взгляда, но не может, так как еще не знает этот тайный язык – он прерывает неловкую паузу, начиная болтать о чем-то второстепенном, потом они идут на улицу и он провожает ее домой.