Чтение онлайн

– Ага. Он всегда медленнее меня идет… Я вообще боялся, что к ночи он до Уфы не доедет!

– Ну, вообще-то это кто угодно может быть… – Скваер пошел открывать. – Половина десятого… Время детское…

“Кто угодно” оказался, видимо, гостем нежданным и нежелательным – судя по сдавленным интонациям Скваера в прихожей. Вадим напрягся. В принципе, здесь можно было ждать чего угодно, любых эксцессов и потасовок, потому что “вписка” – не жилище и не дом в полном смысле этого слова. Но в любом случае за все надо платить, и за бесплатную ночевку – тоже.

Рискуешь на трассе – рискуй и на койке в чужих местах, по уму-то. Вадим и у “нарков”, бывало, ночевал. Впрочем, какие это наркоманы. Просто люди курят “травку”. Просто они бесятся по ночам. Просто уснуть было – невозможно.

Нет, Вадим был спокоен. Он-то всегда сможет постоять за себя.

А зашел – мент. Да, да, обычный сотрудник милиции, судя по всему, низшего звена. В отличие от многих и многих своего возраста и положения, Вадим, в общем-то, не страдал аллергией на стражей порядка, но этот ему сразу не понравился. Низенький, щербатый.

Китель производит впечатление самого неопрятного: и какой-то бесформенный, и лоснится сильно. Неприятнее всего было то, что мент не снял сапоги. Конечно, им и не положено, мало ли что… Но все-таки! Они-то со Скваером босиком!

– Так, Михаил… Да? Квартирант гражданки Хасановой… Так? Временно проживающий в Уфе студент из Кумертау…

– Из Сибая. Садитесь, пожалуйста.

“Участковый”.

– Михаил, я был у тебя в апреле – так? Говорил, что снятие… съем… факт съема квартиры оформлен неправильно?

– Говорили. Но это все к гражданке Хасановой.

– Хорошо… А как быть с жалобами жильцов?

– А что жильцы?

– Да все то же! Шум, гам, иногда сутками гуляете. Какие-то типы подозрительные к тебе постоянно ходят. У меня четыре сигнала за лето!

При этом инспектор в упор посмотрел на Вадима. “Можно подумать, что я испугаюсь и побегу или брошусь в окно как минимум”. Вадим усмехнулся, скорее даже непроизвольно, но усмешка эта очень не понравилась.

– Документы ваши можно посмотреть, молодой человек?

– Без проблем. – Вадим наклонился к рюкзаку. Добавил, но обращаясь к

Скваеру: – Гаишники ваши тоже заколебали уже. Два раза паспорт проверяли.

– Не местный, что ли?

– Нет.

– Санкт-Петербург! – Участковый и не изумился даже, просто громко прочитал. – В гости, что ли?

– Проездом.

– Ага, понятно. Тоже бесплатно, на попутках… Ненормальные вы. Вы все!

Вадим пожал плечами: не спорю. Инспектор еще помусолил паспорт.

Интересно же. Питерский. И даже отложил документ со вздохом: к приезжему претензий не было. А вот к студенту…

Как-то весь торжествуя и, можно сказать, демонстративно участковый доставал из планшета какие-то бланки, расправил замявшийся угол листа.

– Что же, будем составлять протокол. У меня четыре обращения за лето. Налицо грубое нарушение норм общежития, к тому же совершаемое лицом, живущим с нарушением…

Инспектор запутался в оборотах, задумался, сдулся.

– Я живу с нарушением?

– Вы неправильно оформили съем квартиры.

Так что составим протокол на гражданку Хасанову. Составим протокол и на тебя…

Многоточие в конце фразы было слишком явным, да и медлил инспектор, занеся карающую руку над бумагами… Скваер горько хмыкнул, встал и пошлепал на кухню. Вадим не сразу понял коллизию. Не сразу “въехал” он даже тогда, когда хозяин вернулся с баллоном пива, темным и увесистым.

Участковый смотрел на баллон и на бланк протокола, на баллон и на бланк протокола. Но это были не моральные терзания, нет. Просто часть даты была уже написана. Наконец инспектор плюнул – “блин, бланк запорол все-таки” – и смял листок. Смял и бросил в угол, как у себя дома. Вот вам и все “терзания”.

Перед уходом (с баллоном пива под мышкой) как-то даже повеселел.

Отпускал реплики самым добродушно-покровительственным тоном.

– Из Питера, говоришь? – в частности, усмехнулся он, хотя никто и ничего не говорил: ощущение было такое, что он вообще обращается к паспорту, по-прежнему лежавшему на диване. – Ну и как там у вас?

– Никак. – Вадим пожал плечами. – Как всегда.

– Эх, был я в Питере… в Ленинграде! Школьником, с экскурсией.

Понравилось. Все таки – ого-го! Эрмитаж, “Аврора”…

Как-то вдруг погрустнев и несколько задумавшись, он добавил с расстановкой:

– Вы ребята молодые… Можете поездить… Э-эх!

Впрочем, перед уходом опять был принят самый официальный вид:

– А вы с гражданкой Хасановой того… Факт съема правильно оформите!

– Обязательно…

Вадим ожидал, что Скваер расстроится. Не для того же он пиво держал, в самом деле! Гость даже чувствовал себя немножко виноватым. Ибо вся эта катавасия с участковым если и не из-за него, то из-за таких, как он… В общем, Вадим немало удивился, когда Скваер вернулся в комнату и вдруг – расхохотался:

– Вот вампир! Он ведь в третий раз так приходит, в тот раз я пузырем отделался, теперь вот… Видал, какой хитрый? Глазами так и шьет.

Татарин!

– Я думал, здесь все башкиры…

– Ага, вот драйверы как узнают, что я отсюда, тоже постоянно: ты башкир? А башкир-то здесь, кстати, мало, татар – больше, да и кто вообще их различит по большому-то счету…

Скваер пошел на кухню. Стоит ли ставить чайник? Где он вообще?

– …Гад какой! Оставил нас без энзэ! Придется бежать в киоск, за два квартала. У тебя деньги-то есть?

– Вообще-то есть, конечно, но… Во-первых, мало. Во-вторых, в Уфе я их не собирался оставлять.

– А много и не надо! Там у меня девка знакомая работает. Она мне продает просроченные баллоны из расчета по десятке за литр. Не помрем ведь?

– Нет, конечно! Клево…

– Вот и ладушки. Заодно и зачетку мою выкупим!

– В смысле?

– У нее моя зачетка уже полгода лежит. В долг что-то брал… То есть как что… Пиво, конечно!

Они посмеялись. Скваер полушутя ворчал:

– И чего ты забыл в этом своем Е-бурге? Оставайся здесь! Как славно побухали бы…