Чтение онлайн

– Да что же это такое? К концу отпуска у меня талия пропадёт!

– Не ешь, – усмехнулся Володя.

– Невозможно! Я в отпуске, хочется всего попробовать – когда ещё удастся в Крым попасть…

– Я знаю одно волшебное средство, чтобы твоя фигура не испортилась.

С этими словами Володя обнял Оксану и опрокинул её на кровать.

Рано утром – по отпускным меркам, конечно, – в восемь часов раздался звонок телефона. Володя чертыхнулся. Вечером он хотел выключить сотовый телефон, но закрутился и забыл.

Звонил Пётр.

– Здравствуйте,

Володя! Не разбудил?

– Именно так. Вчера легли поздно и думали отоспаться.

– Помощь ваша нужна. Я тут с Василием Лукичом советовался, по спецсвязи – он вроде ваш куратор, так много интересного о вас узнал.

– И ради этого вы не даёте мне выспаться?

– Нет, конечно, встретиться надо.

– Я сюда отдыхать с девушкой своей приехал, и у нас сегодня по плану канатная дорога.

– Думаю, она от вас никуда не денется.

– Хорошо, считайте, уговорили. Где и когда?

– В десять, я к вашему дому подъеду. – Пётр отключился.

Володя стал тормошить Оксану:

– Вставай, засоня!

– Ну не трогай, дай поспать… утро же ещё…

– Восемь часов, между прочим, а в десять Пётр придёт. У него ко мне небольшое дело, и нам надо успеть позавтракать.

Четверть часа Оксана бродила по комнате, как лунатик, но всё же собралась, и они пошли в кафе украинской кухни. Салат греческий, компот из свежих фруктов с пирожками… Оксана от пирожка отказалась, и Володя съел её пирожок следом за своим. Пирожки – пальчики оближешь!

Переодевшись в квартире, Оксана ушла на пляж – Володя пообещал при первой же возможности созвониться с нею.

Ровно в десять к дому подъехал Пётр, распахнул пассажирскую дверцу, и Володя уселся.

– Я по нашему фигуранту, что с загипсованной рукой, – начал разговор Пётр.

– Честно говоря, он меня не очень волнует.

– Понимаю, отдыхать приехали. Однако это же вы нам наводку на него дали, дело закрутилось. Человек этот оказался перевозчиком. Посетил он вчера одного из местных, заранее созвонившись. Мы уже за звонками следили: надо все связи выявить. Гипс с него сняли, по всей видимости, он и деньги получил. И, как мне кажется, не в первый раз. Потом последовал звонок в Москву, и только одна фраза: «Всё в порядке, сдал». Сейчас по номеру наши московские коллеги устанавливают абонента.

– У меня такое впечатление, что вы отчитываетесь перед начальством.

– Нет, просто ввожу вас в курс дела.

– Зачем, позвольте полюбопытствовать? Хотите меня подключить?

– С местными дельцами пообщаться надо.

– Как вы себе это представляете? Я заявляюсь к нему домой и говорю: дайте поковыряться в вашей голове? Смешно!

– Было бы смешно, если бы не было так грустно. С меня начальство спрашивает.

– Я дал вам зацепку, ниточку. Это вы должны размотать клубок, а я не кадровый сотрудник ФСБ.

– Понимаете, после присоединения Крыма служба наша находится в стадии становления. Сотрудники новые, переведённые из других регионов, налаженной агентуры нет, в местных

особенностях ориентируемся недостаточно.

– Расклад откровенный.

– Василий Лукич сказал, на вас можно положиться.

– Для помощи нужны определённые условия. Например, близкий контакт, чтобы я рядом был, его мысли прочитать мог. Да и то не факт, что сумею. Вот сможете вы сделать так, чтобы я рядом был, полметра буквально – на полчаса. В пять минут не получится.

– Сложно. Надо подумать, как организовать.

– Только быстро надо, камешки могут дальше уйти. Надеюсь, вам понятно, что под камешками я подразумеваю бриллианты?

– Конечно.

– И что в Крыму только перевалочная база?

– С чего такие выводы?

– Народ здесь бедно живёт, хуже, чем в России. Олигархи, если и были, вовремя свалили на Украину, если не в дальние страны. Кто сможет купить бриллианты? Вот вы сможете?

– Свят-свят-свят! Откуда такие деньги?

– На золото есть металлодетекторы, да и то не все могут работать с цветными металлами. Бриллианты ни одним аппаратом не обнаружишь. Полагаю, их не так много, но по объёму в спичечную коробку поместятся. Зато стоимость их велика, очень удобный товар для вывоза за границу.

– Да вы просто аналитик!

– Оставьте. Канал этот работает, скорее всего, уже давно. Для вывоза бриллиантов – в ту же Голландию, Бельгию – серьёзный, проверенный канал нужен. Такой за три месяца не создать.

– Хотите сказать, что всё было организовано ещё до присоединения Крыма?

– Именно так.

– И погранцы сменились, и таможенники…

– Простите, не понял…

– Украинские пограничники и таможенники часть архивов вывезли, часть уничтожили. И потому нельзя проверить, кто, сколько раз и куда выезжал.

– М-да, действительно. И с соседями говорить нельзя, тут же могут фигуранту донести.

– Доктор, вам бы оперативником работать.

– Мне моя работа нравится.

– Так, задачу понял, поеду к начальству. Будем думать, как организовать вашу встречу.

– Тогда до встречи. «Наружку» установили?

– И «наружку», и телефон прослушиваем, и интернет-адрес под контролем. Обложили плотно.

– До свидания.

Пётр уехал, а Володя созвонился с Оксаной.

– Искупалась, на пляже загораю, – отозвалась та. – Подойдёшь?

– Пожалуй, загорать уже поздно: одиннадцать часов, сгорю только. Выходи на набережную, встретимся у мола, ну, где маяк старинный.

– Ага, поняла. Через пять минут буду.

Оксана была весёлой, волосы после купания мокрые.

– Куда направимся?

– Мы же хотели на канатке покататься, с высоты красотами полюбоваться.

– Едем!

Нижняя станция канатки была в Мисхоре, посёлке городском. Протяжённость канатки с одной промежуточной станцией была почти три километра, разница в высотах нижней и верхней станций – тысяча двести метров. Перед самым плато Ай-Петри кабинка шла круто вверх, и женщины от избытка чувств взвизгивали.