Чтение онлайн

Покаялся:

— Понял, извини! Теперь, имей ввиду, что, если я говорю немного — используй гораздо меньше одного процента…

Девушка кивнула и, сделав глаза, как у кота из Шрека, спросила:

— А, можно ещё попробовать?

Махнул ей рукой в сторону завала скал — на месте двух пиков:

— Да пожалуйста!

Элия приложила ладонь к подбородку и с задумчивым видом начала ходить туда-сюда, внимательно смотря на огромный завал впереди.

Я ей не мешал, даже под руку не говорил —

пусть делает, что хочет и, при желании, хоть всю ману на это тратит. Это в обычный день в игре всю ману лучше не сливать. Как говорится: "вдруг война, а я уставший?". Так что в её разборках со всякими плохими парнями попрошу её особо не усердствовать по мане, ведь для того, чтобы завалить пачку гопников — локальный армагедец устраивать не обязательно.

Но это — в обычный день. А сегодня — можно всё.

Моя жена наконец остановилась и, с выражением лица "бинго!", замерла.

Практически тут же завал из двух пиков пришёл в движение и начал соединяться между собой, образуя монолитную поверхность, вместо раздробленных гигантских кусков.

Затем, получившаяся гора стала постепенно меняться, и я с удивлением начал узнавать в проявившихся формах передней её части… нас с Элией. Вернее, наши бюсты, где мы стояли в обнимку, и смотрели друг другу в глаза.

Каких-то минут пять — и новообразованная гора, составленная из пиков предыдущих, превратилась лишь в основу для верхних частей наших гигантских статуй.

Выглядело, как будто, наши бюсты были вырезаны из камня — в середине горы.

— Закрой рот, птичка залетит….

Элия, улыбаясь, прикрыла пальчиком мою отъехавшую вниз челюсть.

Я перевёл шальной взгляд с наших бюстов на свою жену.

— У тебя есть навыки скульптора? А… почему ты молчала!?

Элия чуть покачала головой:

— Скульптор — это громко сказано. В юношестве я обожала лепить фигурки из пластелина. Даже анатомией интересовалась ради этого дела. Но, при очередном переезде, вся моя коллекция фигурок была уничтожена завалившемся стеллажом в газельке. — Она развела руки в стороны. — Пластелин — слишком уж ненадёжный материал. Плакала над сплюснутыми остатками своей коллекции дня два. А после, у меня как отрезало. Слишком жалко было сотни своих фигурок, да и некогда уже было — нужно было усиленно готовиться к поступлению в университет…

Я перевёл взгляд обратно на наши бюсты.

Впечатляет.

Обняв свою новоиспечённую жену, посмотрел ей в глаза:

— Нет, громко не сказано, ты — настоящий скульптор. — Поцеловал в губы и подмигнул. — А горы — гораздо более надёжный материал, чем пластелин.

Моя жена аж засмущалась немного. На её щёчках проявился румянец:

— Тут место безлюдное. Я просто хотела оставить пасхалку в память о нашем с тобой тут пребывании. — Затем, она подняла на меня свои

огромные глазищи. — Тебе, правда, понравилось?

Как же миленько она выглядит, когда смущается. Только расшаркивания ножкой не хватает.

Ответил:

— Конечно!

А про себя подумал, что и пасхалка — это прямо, что-то символичное. Я ведь своё появление в Легенде, как раз, с пасхалки и начал.

Девушка потянулась ко мне и чмокнула в губы:

— Спасибо тебе за такой подарок! Я ведь даже со всеми божественными умениями не разобралась, но это УЖЕ гораздо и гораздо лучше, чем предоставление Тузика в “аренду”! — Девушка подняла палец вверх. — А я ведь его люблю!

Я усмехнулся:

— Да кстати, на счёт маунта… У меня для тебя есть кое-то ещё.

Брови девушки взметнулись вверх:

— Что-то ещё? Да ты меня балуешь!

Открыв меню, я вызвал Бобика, и перед нами появился зад единорога…

Жена оглядела зверя и повернула ко мне восторженный взгляд:

— Это кто?

Я улыбнулся:

— Знакомься, это Бобик — твой новый питомец.

Элия расширила глаза, но тут же повернула голову ко мне:

— Бобик?

Я слегка пожал плечами:

— Так вышло.

Жена покачала головой, но, махнув рукой, осмотрела маунта ещё раз.

— Какой красавчик! Настоящий милаха!

Она подошла к Бобику, положила ладошку на круп и провела ей по всему телу единорога, медленно шагая к его морде.

Когда Элия к ней приблизилась, Бобик фыркнула и отвернула свою морду в сторону.

— Ну-ну, ты чего? — Элия начала интенсивно гладить шею маунта. — Краса-авец!

— Это кобыла.

Жена замерла и перевела на меня нечитаемый взгляд:

— Бобик!? Кобыла!?

Я пожал плечами посильнее, чем в первый раз, но объяснился аналогично:

— Ну… так вышло. И было за что.

Жена укоризненно посмотрела, затем, продолжила гладить единорога по шее:

— Бедненькая. Намучилась с Гидраргирумом. Ну ничего, моя хорошая, я не такая!

Я возмутился:

— Это вот эта жопа — бедненькая!? Да она, сходу, ко мне своим задом повернулась и на контакт не шла, вот и стала Бобиков. Вполне заслуженно!

Бобик повернула к Элии свою морду и начала её с интересом рассматривать.

Жена же погрозила мне пальцем:

— Так! Не обижай моего маунта. — И продолжила скользить рукой по морде Бобика. — Не волнуйся, я к тебе буду относиться ласково. Вот, съешь яблочко.

Моя жена достала из инвентаря яблоко и протянула единорогу.

Та втянула пару раз ноздрями воздух, нюхая, что ей подсовывают, и хрумкнула яблоком.

А я вкрадчиво поинтересовался:

— Это ты сейчас Бобику яблоко, которое тебе Идунн отдала, скормила?

— Да.

Я выдохнул и усмехнулся: