Битва троллей
Шрифт:
— Тихо, — приказала Висиния, обернувшись назад. — Дорога не очень длинная.
Ее юбка постепенно промокла, и даже в высоких кожаных сапогах ногам стало неприятно холодно, хотя перед этим она специально смазала сапоги жиром. «К счастью, сейчас лето. Такое длинное путешествие станет для многих очень утомительным. О духи, сохраните нам солнечную погоду последних недель, чтобы наши мокрые одежды могли обсохнуть в пути». Внезапно влахака подумала о том, что Саньяс, который шел рядом с ней, наверняка сейчас посылает похожую молитву
Здесь, глубоко под землей, на пути в неизвестность, различия между влахаками и масридами вдруг показались Висинии не такими уж и большими.
Хотя она знала, какой длины туннель, у нее все равно возникло ощущение, будто они брели по холодной воде уже несколько часов. Люди следовали за ней; за исключением стонов раненых и всхлипов детей, больше не было слышно никаких звуков, будто чудовищность бегства отняла у всех голос.
Наконец далеко впереди она увидела слабый свет, который через некоторое время оказался маленькой переносной лампой, стоявшей в нише. В свете лампы Висиния разглядела несколько кривых ступеней, ведущих наверх.
— Подождите, — спокойно приказала она, и колонна остановилась.
Пригнувшись, Висиния подбежала к лестнице и посмотрела наверх. Однако, кроме веток, она ничего не увидела. Неожиданно занавес из листьев разошелся, и в просвете появилось лицо.
— Все спокойно, — сообщила воительница и усмехнулась. Ее белые зубы блеснули на грязном лице.
Махнув рукой, Висиния позвала беженцев к себе и начала подниматься по ступенькам наверх, в ночь. Взглянув на восточный горизонт, с облегчением констатировала, что предательский для них рассвет еще не начался.
Вокруг был лес, в котором, однако, не было густых зарослей, что было бы типичным для Влахкиса. От имения не осталось фактически ничего, кроме нескольких стен высотой до пояса, заросших плющом. Выход из полуразрушенного подвала туннеля также весь зарос вьющимися растениями, которые очень удачно скрывали его.
С большими усилиями удалось поднять тележки по ступенькам, которые стали скользкими после множества грязных и мокрых ног. Люди поднимались наверх маленькими группами, дрожа от страха, в то время как Висиния ходила меж них, успокаивая и подбадривая. Когда наконец все поднялись наверх, она отдала приказ отправляться в путь, как бы ей сейчас ни хотелось дать им отдых.
Даже несмотря на то, что лес был редким, дорога была трудной, отчего колонна продвигалась довольно медленно. Еще до того, как они вошли в небольшую рощу рядом с туннелем, небо начало светлеть — медленно, но неумолимо. Влахака шла во главе колонны, которая растянулась за ней. Два воина побежали вперед для разведки пути, в то время как два других следовали сзади на некотором расстоянии.
Незадолго до того, как они достигли края леса, один из лазутчиков прибежал назад и остановил Висинию.
— Всадники, — едва переведя дух, сообщил он и показал на запад.
— Спокойно, —
Послушавшись, мужчина сделал несколько глубоких вдохов и выдохов, после чего взволнованно продолжил:
— Всадники. Три дюжины. Возле мели.
— Вы можете разглядеть их знамя? — спросил Саньяс, незаметно подошедший к ним.
«Может, это авангард отрядов Бекезара. Может, подмога ближе, чем мы думаем. Может…»
— Дракон, — ответил сцарк, разрушив ее надежды. Висиния с трудом подавила желание переспросить, уверен ли он в этом. Вместо этого она спросила:
— Мы можем их обойти?
— Вокруг только чистое поле. И они настороже, — все так же с трудом дыша, воскликнул воин.
— Сцилас знает, что войско стоит на западе. Поэтому он наверняка отправил несколько подобных разведывательных групп, чтобы узнать о приближении подмоги осажденным, — высказал предположение Саньяс, и Висиния согласно кивнула.
— А где следующая мель? Есть ли мосты?
— Сейчас уровень воды очень низкий из-за жаркого лета. Так что мы можем пойти на переправу в Консати. Это два дня конного пути на север, пешком до ближайшей мели идти пять дней.
— Это слишком далеко, — решила Висиния. — Но мы и здесь не можем долго торчать. Три дюжины противников — слишком много для того, чтобы вступить с ними в битву. Это обернется для нас кровавой резней.
— Что же нам делать? — спросил Саньяс и посмотрел на Висинию.
«Что делать?… Стен точно знал бы ответ, да и Флорес тоже. Отправиться на север? Но таким образом мы отклонимся от запланированного пути, да и у Сциласа там могут быть лазутчики. Кроме того, на севере Соркаты. Нам нужно перебираться через Илт, так мы быстрее окажемся в безопасности. А на западе мы рано или поздно наткнемся на воинов Тамара».
— Нам нужно изменить план, — решила влахака и посмотрела на восток. — Солнце встает. Скоро Сцилас возобновит атаку на крепость. Тамару придется сдать крепость и привести сюда своих воинов. Нам нужна защита.
— Но марчег хотел выиграть время для того, чтобы мы могли уйти как можно дальше, — возразил ей Саньяс.
— Если мы не сможем продвинуться вперед, то выигранное время нам больше не поможет.
Как только Висиния произнесла эти слова, то сразу поняла, что сказала правду. Она решительно вынула свой кинжал из ножен и взялась за подол юбки.
— Саньяс, вы пока спрячьтесь здесь, в лесу вместе с беженцами. Позаботьтесь о том, чтобы люди помогали друг другу.
Она резко вонзила кинжал в ткань и потянула его. Саньяс удивленно спросил ее:
— Что вы делаете?
— Я приведу марчега и солдат… Как только я отрежу юбку!
Висиния увидела удивленные взгляды солдат и священника, но ее это не волновало. Укоротив юбку, Висиния обернулась к Саньясу.
— Молитесь своему свету, чтобы марчег и я скоро вернулись, а вас до этого времени не обнаружили.