Битва судьбы
Шрифт:
Крики на миг смолкли, потом начали приближаться. Ни слова не говоря, Ратан кивнул на упавший ствол, что перегородил путь. Люди быстро перебрались через него, скинули мешки. Хорт приготовил лук, выложил стрелы. Ратан обнажил оба меча.
Ждать пришлось недолго. Ветви зашелестели, пропуская родича убитых хищников. Увидев людей, зверюга радостно взвизгнула и кинулась вперед. Свистнули стрелы, и тварь забилась на земле в предсмертной судороге.
Но тут из леса выметнулись еще четыре зверя одновременно. Хорт успел выпустить три стрелы. Попал или нет – не увидел, сразу
Вскочил охотник уже с топором. По эту сторону огромного бревна оказался один зверь. Кроме стрелы в плече его украшала рана поперек живота – Ратан постарался. Сизые внутренности волочились по земле, распространяя зловоние. Лапы чудища подгибались, а угли глаз гасли.
Пользуясь тем, что раненая тварь не сможет напасть, Хорт огляделся.
Бревно тряслось. Ратан, ловко балансируя на нем, отбивал атаки двух зверей, наседавших с разных сторон. Еще один хищник готовился к прыжку. Но высунувшийся из-за ствола охотник показался ему куда более привлекательной добычей. Хищная бестия взвилась в высоком прыжке и щелкнула зубами уже по эту сторону бревна.
Хорт крепче сжал топор, надеясь прекратить дрожь в руках. И тут тварь вполне членораздельно прошипела:
– Ты мой! Хррр...
Охотник даже не успел удивиться. Он просто махнул топором и, к собственному удивлению, попал. Что-то хрустнуло под лезвием, точно ветка под ногой. Отскочил, но чудище и не подумало нападать. Стояло, покачиваясь, глаза его горели злобой и обидой, почти детской. Узкая багровая щель на переносице выглядела странно, и Хорт не сразу понял, что это след от его топора.
– Хрррр, победил, – устало вздохнуло говорящее чудище и упало вперед, ткнувшись мордой в землю.
Охотник торопливо развернулся к бревну. Там сражение продолжалось. На Ратана наседала уже одна тварь, но сил у воеводы, судя по замедленным движениям, оставалось немного. Он лишь отбивался, а одежда его была вся в крови.
Хорт решительно подскочил и ударил, целясь в поросшую густой черной шерстью лапу. Топор дернуло, он вырвался из рук, словно обрел собственную волю. Охотник упал, слыша, как где-то в стороне ревет и беснуется чудовище. Но рык быстро прервался, послышался звук падения. Воевода, судя по всему, воспользовался заминкой противника.
Хорт встал, готовясь ликовать. Но радость исчезла, как только увидел Ратана. Белее мела, воевода медленно заваливался набок. Не подоспей вовремя охотник, так и рухнул бы рядом с поверженными врагами.
Хорт аккуратно уложил соратника. Ран у того оказалось множество, самая страшная обезобразила бок. Как мог Ратан сражаться с такими ранениями, не знал, наверное, и он сам.
– Не умирай, не умирай, пожалуйста, – шептал Хорт, понимая, что воевода обречен и он ничего не может сделать.
Словно повинуясь его словам, Ратан открыл глаза, произнес раздельно и четко:
– Все, отвоевался. Не грусти. Ты остался один, и тебе идти в Храм.
– Мне? Нет, я не могу! – воскликнул Хорт в ужасе. – Я недостоин, я даже Дара не имею! Почему я?
–
– Мне идти в Храм? Я же простой охотник! Последняя ночь – дело магов и князей. – Хорта трясло. Так ощущает себя, должно быть, меч, который из горна суют в ледяную воду.
– Кто знает, чье это дело? – Ратан нашел силы улыбнуться. – Не нам судить. Иди от моего имени, и от имени Родомиста, и даже Леслава. Иди, чтобы наша смерть не была напрасной. И возьми мой меч...
Резким движением воевода вложил Хорту в ладонь покрытую кровью рукоять, и в тот же миг лицо его застыло, глаза остановились. В один миг исчезли следы усталости. Ратан стал выглядеть спящим и совсем молодым.
Хорт заскрипел зубами, яростно и отчаянно. Преодолел недостойное мужчины желание выразить навалившуюся боль в крике. Деловито и спокойно вырыл могилу и, насыпав над телом друга холмик из земли, двинулся далее.
Меч оттягивал книзу пояс, но тяжесть эта была приятна для бывшего, теперь точно – бывшего, охотника.
Государь
Их оказалось трое, в равной мере свирепых, сильных и злых. Одинаково черные, зубастые и хвостатые, они вышли из леса и уселись на пути Брана. Случилось это в тот момент, когда государь Эрина поверил, что дойдет до Храма без препятствий.
Три Стража – это много, даже для опытного и сильного воина. Следя за хищниками, Бран осторожно снял мешок. Рукоять меча показалась шершавой, словно на нее налип песок. Лезвие тускло сверкнуло, отразив багрянец вечернего светила. Стражи на появившееся оружие никак не отреагировали.
Один невозмутимо ковырял в ухе. Таким длинным когтем делать это было наверняка удобно. Второй с деланой скукой оглядывал лес, третий зевал, демонстрируя острые клыки.
– Ну что, ребята, поиграем? – спросил Бран, водя мечом из стороны в сторону. – Или вы меня пропустите?
– Гррр. – Средний из Стражей поднял голову. Глаза, неправдоподобно умные для зверя, смотрели настороженно. – Игррры? Да, мы любим игррры...
И тут же, без паузы, прыгнул вперед. Бран ждал именно такого броска и отреагировал, как надо. Отскочил в сторону и нанес резкий удар в то место, где только что стоял. Но меч зря разрезал воздух. Прыжок Стража оказался обманным – черная тварь приблизилась всего на сажень.
Мерзкое хихиканье огласило лес. Смеялись Стражи, тряся высунутыми языками, повизгивая и смешно дергая ушами.
Бран ощутил злость. Давно его так не оскорбляли! Владыка Эрина издал боевой клич и сам бросился в атаку. Выпад его оказался молниеносен. Ни Волосатый, ни Полурослый, никто не смог бы уклониться от разящего лезвия. Но Страж ушел от него легко, одним движением. Нападать почему-то не стал. Клацнул зубами у самого уха альва и отскочил в сторону.
Бран ударил еще и еще. Меч разочарованно завибрировал после очередных промахов. Черные бестии хитро изворачивались, пропуская лезвие рядом, пригибались и отпрыгивали. Когда пот стал заливать глаза, государь Эрина остановился. Руки его слегка гудели.