Шрифт:
Bernard Cornwell
SHARPE’S BATTLE
Copyright © Bernard Cornwell, 1995
SHARPE’S COMPANY
Copyright © Bernard Cornwell, 1982
ООО «Издательская Группа „Азбука-Аттикус“», 2022
Издательство АЗБУКА®
Оформление обложки и иллюстрация на обложке Сергея Шикина
Карты выполнены Юлией Каташинской
Битва стрелка Шарпа
Посвящается Шону Бину
Часть
Глава 1
Шарп выругался и раздраженно перевернул карту вверх тормашками:
– Ну и на кой черт нам эта бумажка? Толку никакого.
– Можно костер разжечь, – предложил сержант Харпер. – Хорошую растопку в этих холмах найти трудно.
– Ни на что другое она и не годится.
Нарисованная от руки карта показывала разбросанные тут и там деревеньки; тонкие, словно оставленные паучьими лапками, линии обозначали дороги, речки и ручейки, а неясная штриховка – холмы. Шарп же видел повсюду только горы. Ни дорог, ни деревень – одни лишь серые, унылые горы с каменными осыпями и кроющимися в тумане вершинами да узкие долины, выточенные потоками, полноводными, с шапками белой пены в весеннюю пору дождей. Придя на это взгорье у границы Испании и Португалии, Шарп сбился с пути. Его роту из сорока солдат с мешками, ранцами и подсумками данный факт нисколько, похоже, не беспокоил. Радуясь возможности отдохнуть, они сидели или лежали на травянистой тропинке. Одни раскурили трубки, другие уснули, а капитан Ричард Шарп снова повернул карту правильной стороной вверх и затем в сердцах смял ее в комок.
– Мы заблудились, черт возьми, – проворчал он и тотчас, отдавая дань справедливости, поправил себя: – Я, черт возьми, заблудился.
– Мой дед тоже как-то заблудился, – услужливо заметил Харпер. – Купил быка в приходе Клакенили и решил, чтоб покороче, пройти через горы Дерривиг. А там туман накатил, да такой, что дед дальше своего носа не видел. Заплутал, как ягненок несмышленый. И тут бык рванул в сторону да и свалился со скалы в долину Барра. Бедная животина ревела, пока летела, а потом грохнулась с таким звуком, будто волынка с колокольни упала, только громче. Дед говорил, слышно было даже в Баллибофи. Мы потом частенько над ним потешались, но только потом, не тогда. Тогда это была трагедия. Потерять хорошего быка – такого мы себе позволить не могли.
– Да господи ты боже мой! – оборвал его Шарп. – А вот я могу позволить себе потерять чертова сержанта, который только и знает, как языком молоть про какого-то чертова быка!
– Не какого-то, а дорогущего! – возразил Харпер. – Кроме того, мы же заблудились. И делать тут больше нечего, сэр, как только ждать.
– Так мы заблудились, сэр? – Шедший в арьергарде колонны лейтенант Прайс прошел вперед, к командиру роты.
– Нет, Гарри. Это я сюда притащился. А сюда – это куда, и сам не пойму. – Шарп угрюмо оглядел сырую, открытую ветру долину. Он всегда гордился своим чувством направления и умением ориентироваться в незнакомой местности, но теперь заблудился окончательно и бесповоротно, а густые тучи затянули солнце так, что он не мог определить даже, где север. – Нужен компас.
– Или карта? – радостно предложил лейтенант Прайс.
– Да есть у нас эта треклятая карта. Вот. – Шарп сунул в руку лейтенанту комок. – Ее майор Хоган нарисовал, а для меня это китайская грамота.
– Я сам в картах не силен, – признался Прайс. – Вел однажды новобранцев из Челмсфорда в казармы, да и то заблудился, а ведь там дорога прямая. И карта была. Должно быть, талант такой есть – теряться в трех соснах.
– Вот и мой дед такой был, – с гордостью сказал Харпер. – В ворота не мог пройти, чтобы не застрять. Я тут рассказывал капитану, как дед быка потерял на горе
– Заткнись! – сердито бросил Шарп.
– Думаю, мы после этой вот порушенной деревушки не туда двинулись, – сказал Прайс, пытаясь разобраться в знаках на смятом листке. – Полагаю, сэр, нам следовало остаться на том, другом берегу речки. – Лейтенант показал Шарпу место на карте. – Если это деревня. Трудно сказать. Но речку переходить точно не стоило.
Шарп и сам подозревал, что лейтенант прав, но признавать ошибку не хотел. Речку они перешли два часа назад, и где находились теперь, о том ведал лишь Господь. Шарп даже не был уверен, что они в Испании, а не в Португалии, хотя и пейзаж, и погода больше напоминали Шотландию. Предполагалось, что он выйдет к Вилар-Формозу, где его легкая рота Южного Эссекского полка будет передана в распоряжение коменданта города для несения гарнизонной службы. Перспектива эта приводила Шарпа в уныние.
Караульная служба стояла лишь на ступеньку выше службы в военной полиции, а провосты считались низшей формой армейской жизни, но Южный Эссекский понес потери, из-за чего был отведен с передовой и направлен для исполнения административных обязанностей. Большая часть полка сопровождала запряженные быками повозки с припасами, доставлявшимися на баржах вверх по реке Тахо в Лиссабон, или конвоировала пленных французов в порт для отправки их в Британию. Но рота Шарпа заблудилась, а все потому, что он услышал далекую канонаду, напоминающую раскаты грома, и повернул на юг – с опозданием обнаружив, что слух сыграл с ним злую шутку. Шум боя – если то и впрямь был бой, а не настоящий гром – стих, и Шарп оказался неизвестно где.
– Уверены, что это разрушенная деревня? – спросил он.
– Клясться я бы не стал, поскольку читать карты не умею. Может, эти крестики что-то и значат, а может, и ничего.
– Тогда на кой черт вы мне их показываете?
– В надежде на озарение, сэр, – обиженно сказал Прайс. – Просто пытался помочь. Обнадежить. – Он снова посмотрел на лист бумаги. – Может, это не очень точная карта?
– Растопка добрая выйдет, – повторил Харпер.
– Одно ясно. – Шарп забрал у лейтенанта карту. – Водораздел мы не пересекали, а значит, все эти речушки должны течь на запад. – Он помолчал. – Может, они так и делают. Если только чертов мир не перевернулся, что очень даже вероятно, но на случай, если он все же не перевернулся, пойдем вдоль чертовых речек. Лови! – Шарп бросил карту сержанту. – На растопку.
– Вот и мой дед так, – сказал Харпер, засовывая бумагу под линялый и рваный зеленый мундир. – Шел за водой да и…
– Заткнись, – оборвал его Шарп, но уже не зло, как в прошлый раз, а довольно спокойно, и сделал жест левой рукой, заставив товарищей пригнуться. – Чертов лягушатник, – добавил он негромко, – или еще кто. Впервые такую форму вижу.
– Чтоб ему!.. – выругался Прайс, опускаясь на тропинку.
Дело в том, что впереди, не далее как в двухстах ярдах, появился всадник. Британских пехотинцев он не видел, да и высмотреть противника, похоже, не старался. Лишь выехав из долины, седок устало спешился и, намотав поводья на руку, расстегнул мешковатые штаны и помочился у тропинки. В сыром воздухе поплыл, покачиваясь, дым от трубки.
Щелкнула винтовка – Харпер взвел курок. Люди Шарпа, включая тех, кто успел уснуть, насторожились и замерли в траве, так что, даже если бы всадник повернулся в их сторону, он бы вряд ли кого-нибудь увидел.
Рота состояла из стрелков-ветеранов, обученных не хуже любых других европейских солдат и закаленных двумя годами боев в Португалии и Испании.
– Узнаёте форму? – негромко спросил Шарп у лейтенанта.
– Никогда прежде не видел, сэр.
– Пэт? – спросил Шарп у Харпера.