Битва королей
Шрифт:
— Вы еще наверстаете свое, когда поселитесь у себя в Харренхолле, — сказал Тирион.
— Безусловно. Вот возьму и переманю к себе вашу кухарку — что вы на это скажете?
— Войны разыгрывались и по менее важным причинам, — сказал Тирион, и оба от души посмеялись. — Только храбрый человек мог избрать Харренхолл своим поместьем. Замок так мрачен и так огромен… дорого станет его содержать. Говорят даже, что он проклят.
— Стану я бояться груды камней. Храбрый, вы говорите? Тому, кто хочет подняться, приходится быть храбрым.
— Вы слишком добры. Еще вина?
— Нет, право же, хватит… а, проклятие богам, будь по-вашему. Почему нет? Храбрый человек пьет до отвала!
— Это правда. — Тирион наполнил чашу лорда Слинта до краев. — Я просмотрел имена тех, кого вы прочите на свое старое место начальника городской стражи.
— Славные ребята. Любой из шестерых подойдет, но я бы взял Аллара Дима. Моя правая рука — отличный парень, преданный. Выберите его, и вы не пожалеете — если король одобрит, конечно.
— Само собой. — Тирион отпил немного из своей чаши. — Я сам подумывал о сире Джаселине Байвотере. Он три года был капитаном караула у Грязных ворот и отличился во время восстания Бейлона Грейджоя. Король Роберт посвятил его в рыцари в Пайке — однако его в вашем списке нет.
Янос хлебнул вина и подержал его во рту, прежде чем проглотить.
— Байвотер… Ну что ж. Он, конечно, храбрец, только… уж больно жесткий. И со странностями. Люди его не любят. Потом он калека — потерял руку при Пайке, за это его и сделали рыцарем. Не слишком выгодная сделка, на мой взгляд, — рука в обмен на сира. Сир Джаселин чересчур много понимает о себе и своей чести, вот что. Его лучше оставить там, где он есть, ми… Тирион. Аллар Дим — вот кто вам нужен.
— Мне сказали, что Дима в городе недолюбливают.
— Его боятся — это лучше всякой любви.
— Я что-то слышал о нем. Какая-то заваруха в борделе?
— Было дело. Но это не его вина. Он не хотел убивать ту женщину — она сама напросилась. Он ее предупредил, чтобы не мешалась.
— Мать все-таки… следовало ожидать, что она попытается спасти свое дитя. Отведайте-ка этого сыра, он хорошо идет с вином. Скажите, почему вы доверили эту тяжелую задачу именно Диму?
— Хороший командир должен знать своих людей, Тирион. Одни годятся для одной работы, другие для другой. Грудной младенец — дело нелегкое. Не всякий на это способен, даже если речь идет о шлюхе и ее отродье.
— Да, пожалуй. — При слове «шлюха» Тирион вспомнил Шаю, и Тишу задолго до нее, и всех других женщин, которые брали с него деньги и принимали в себя его семя.
— Дим — суровый человек для суровой работы, — продолжал Слинт. — Делает то, что ему велят, а после ни слова. — Он отрезал себе ломоть сыра. — Хороший сыр, острый. Дайте мне хороший острый ножик и хороший острый сыр — и я счастлив.
— Угощайтесь, пока можно. Речные земли объяты пламенем.
Лорд Янос, бросив на Тириона подозрительный взгляд, засмеялся и махнул на него куском сыра:
— А вы хитрец, Тирион. Хотели подловить меня, да? Только одного вина и сыра мало, чтобы заставить Яноса Слинта сказать больше положенного. Тем и горжусь. Никаких вопросов — и ни слова после.
— Вы с Димом — два сапога пара.
— Вот-вот. Сделайте его командиром стражи, когда я уеду к себе в Харренхолл, и вы не пожалеете.
Тирион отломил кусочек сыра. И верно острый, весь в прожилках — в самый раз подходит к вину.
— Кого бы ни назначил король, ему нелегко будет заменить вас. У лорда Мормонта такое же затруднение.
— Я думал, Мормонт — это леди, которая спит с медведями.
— Я говорю о ее брате Джиоре, лорде-командующем Ночного Дозора. Когда я гостил у него на Стене, он сетовал, что не может подобрать достойного человека на свое место. В Дозоре нынче мало достойных людей. Он спал бы спокойнее, будь у него человек вроде вас — или храброго Аллара Дима.
— Ну, этого он вряд ли дождется! — заржал Слинт.
— Казалось бы, вы правы — но жизнь порой принимает неожиданный оборот. Вспомните Эддарда Старка, милорд. Едва ли он мог предположить, что его жизнь оборвется на ступенях септы Бейелора.
— Как и кто-либо другой, — усмехнулся лорд Янос.
— Жаль, что меня тогда не было здесь. Говорят, даже Варис был удивлен.
Лорд Янос засмеялся так, что его объемный живот затрясся.
— Паук. Все-то он видит, все знает — а вот этого не знал.
— Да и откуда? — В голосе Тириона впервые пробился холодок. — Ведь это он убедил мою сестру помиловать Старка при условии, что тот наденет черное.
— А? Что? — растерянно заморгал Слинт.
— Мою сестру, — терпеливо, словно недоумку, втолковывая, повторил Тирион. — Серсею. Королеву-регентшу.
— А-а… — Слинт сглотнул, — это так… но приказ отдал король, милорд. Сам король.
— Королю тринадцать лет, — напомнил ему Тирион.
— Тем не менее он король. — Слинт насупился, тряся щеками. — Правитель Семи Королевств.
— Вернее сказать, одного или двух из семи. Можно взглянуть на ваше копье?
— Копье?
— То, которым застегнут ваш плащ.
Лорд Янос недоумевающе отколол булавку и подал Тириону.
— У нас в Ланниспорте золотых дел мастера работают лучше, — заметил тот. — Эта эмалевая кровь ярковата, на мой взгляд. Скажите, милорд, вы сами вогнали ему копье в спину или отдали приказ?
— Отдал приказ — и сейчас поступил бы так же. Лорд Старк был изменник. — Лысина Слинта побагровела, парчовый плащ свалился на пол. — Он пытался подкупить меня.
— Не ведая о том, что вы уже продались.
Слинт со стуком поставил чашу на стол.