Битва аферистов
Шрифт:
Тем временем разборка в центре психологической разгрузки подошла к концу. Монстры, побросав оружие, стояли около стеночки в ряд. Перед ними взад-вперед с метлой наперевес ходила ведьма. Царевичи стояли там же. Около стенки. Хитрый Алеша успел натянуть на себя халат, и Яга искоса посматривала на побратимов, пытаясь определить, кто есть кто.
– Слюшай, уважаэмая,– подал голос Вано,– зачэм всэх вмэстэ?
– Я их что, делить буду? – огрызнулась Яга, остановилась и в упор посмотрела на побратимов.
Отличия у них, конечно, были.
– Так, ну и который из вас мой сын? – грозно спросила она.
– Он! – Побратимы дружно ткнули пальцами друг в друга.
– Ясно.– Ведьма повернулась к притихшим за игровыми столами монстрам.– У кого есть ремень?
– Мамань, за что? – испугался Алеша.
– Ага! Попался! – Ягуся, страшно довольная, что отсортировала сына, схватила его за ухо и поволокла к ближайшему свободному игровому столику.
Елисей вприпрыжку бежал рядом.
– Я, конечно, понимаю, дело семейное, но мы здесь не просто так, а по поручению…
– Чьему? – сердито буркнула, не поворачивая головы в сторону Елисея, ведьма.
– Твоему,– Алеша выдернул из-под полы халата бумагу,– вот, лично твоей ручкой написано. Пункт четвертый – меч-кладенец.
Яга затормозила, машинально отпустила ухо сына-авантюриста и приняла протянутую ей бумагу. Алеша тут же ретировался за спину Елисея.
– Ну да. Меч-кладенец. Но я ж сказала…– Яга подняла глаза,– хватит меня дурить! Алешка, снимай халат!
– А ты драться не будешь? – хором спросили юноши.
Ведьма вздохнула.
– Не буду… у, поросенок,– не удержалась она от подзатыльника, как только сынок явился ей в привычной кожанке рокера-металлиста,– ведь предупреждала: тебе сюда нельзя. Меч-кладенец только истинному рыцарю или витязю в руки дается. Всех остальных беспощадно режет.
– Это я-то не витязь? – обиделся Алеша, выдергивая из-за пояса Елисея меч-кладенец.
– Уберите его от меня!!! – вновь забился в истерике меч.– И другого тоже!!!
– Гм.– Яга задумчиво посмотрела на рукоять меча, за которую уверенно держался Алеша.– А твой бра… царевич тоже за него хватался?
– Он его и поймал,– честно признался Алексей.
– Да я б ему ни в жисть не дался! – начал разоряться меч.– Если б…
– …Я бы не пинался,– закончил его мысль Алексей.
– Значит, витязи,– успокоилась Яга,– раз вы за него держались, он вам теперь ничего сделать не сможет.
– Не буду я им служить! – уперся меч.
– Как миленький будешь,– заверила упрямца ведьма,– а словами поносными хозяев обзывать начнешь – в кузню на перековку попадешь.
Меч сник окончательно. Он понял, что выхода нет, и безропотно позволил Елисею засунуть себя обратно за пояс.
– Ладно, сынки, давай о деле.– Яга уселась за столик.
Алеша и Елисей сели напротив. В баре стояла непривычная тишина, нарушаемая только стуком кружек требующих добавки кота и Ары да шорохом под стойкой. Это Вий пытался прийти в себя и принять
– Я ить, понимаете, кабинет Кощея вместе с ним того…
– Чего того? – насторожился Алексей.
– Рванула.
– Ну? – В глазах Елисея засветилась надежда.
– Опять выжил, гад.
– Тьфу!
Побратимы сплюнули так дружно и синхронно, что Яга виновато захлопала глазами.
– Зато яичек при нем ни одного не осталось,– успокоила она их.
– Как, совсем ни одного? – ужаснулся Алеша.
– Совсем.– Яга вздохнула.– Взрыв направленный получился.
– Садизм…
Алеше и Елисею стало дурно. И не только им. Монстры, которые в тот момент были ближе к выходу, рванули подышать свежим воздухом. В дверном проеме образовалась пробка. Те, кто были ближе к комнате ужасов, начали искать спасения в ней, не утруждая себя покупкой билетов, причем очухавшийся Вий рвался туда без очереди, по головам своих клиентов. Дверь за очумевшими от страха монстрами захлопнулась и начала замазываться изнутри раствором. Они решили на всякий случай замуроваться.
– Пустите меня!!! Мне дурно!!! – донесся оттуда до команды Алеши и Яги чей-то панический вопль. Похоже, Соловей загнул что-то не менее жуткое, чем только что Яга.
– Тсс…– зашипели на него остальные монстры.
Пробка около двери рассосалась, и команда Алексея и Яги осталась в баре практически одна.
– Так вот я что сказать хотела,– продолжила ведьма,– раз яичек при нем ни одного не осталось, значит, злодей его на том пути положил, по которому вы идете. Перепутал, болван, поддельное с настоящим.
– Ясно… Надо, мамань, время потянуть. Пока мы до дуба дойдем, пока до схрона Кощея… ну ты меня понимаешь.
– Понимаю.– Яга вздохнула.– Да, и еще, сынок. Плешивый-то наш смертью своей направо и налево торгует. Гномы докладывают: не успеете вы пройти, а сзади уже торговля разворачивается. Конями, мечами, жар-птицами, яблочками фальшивыми. Эта сволочь лысая такие деньжищи гребет, несмотря на то что парят его гномы по-страшному, а уж сколько Моня на этом деле заработал, я даже думать боюсь.
– Все,– Алексей побагровел,– наш бессмертный подписал свой смертный приговор. Меня парить? Ладно, хорошо смеется тот, кто смеется последним. А последним будет яйцо Кощея в моих руках.
– Нам-то что с папой делать?
– А где он сейчас?
– На полпути к Кощею сидит. Я плешивого нашего убедила, что он возлюбленный Роксаны, представляешь? И этот придурок поверил.– Ягуся захихикала так радостно, что Алеша с Елисеем невольно улыбнулись в ответ.
– Ма, а зачем это ему?
– Знаю я его планы, ребятушки. Хочет украсть из мира любовь и красоту и через то деяние злое властелином мира стать. Чтоб все только его любили да на плешь его любовались. Для этого ему Ойхо сейчас и нужен. Только ничего у него не получится. Это я беру на себя.