Бикини
Шрифт:
— Стэнли, Стэнли! Наконец-то ты объявился! — повторяла женщина, обнимая и похлопывая его. — Почему не позвонил? Боже, какой ты худой! Артур каждый час звонит из Вашингтона, ждет тебя. И Мэтью. И Адриана. Почему не позвонил? Я испекла бы шарлотку. Стэнли, дружище, как я рада, что ты опять с нами! Я приведу тебя в порядок...
Наконец она выглянула из-за плеча Стэнли. Вытерла слезы, медленно подошла к Анне и, протянув руку, сказала:
— Меня зовут Лайза. Я его секретарь. И с сегодняшнего... Я имею честь общаться с мисс Анной Мартой Бляйбтрой, не
Анна, пытаясь унять дрожь, только кивнула. Женщина крепко пожала ей руку и добавила:
— С сегодняшнего дня я и ваша секретарша тоже.
Стэнли схватил Анну за руку и увлек за собой. Они быстро шли вдоль стеклянной стены. Некоторые части стекла были закрыты опущенными жалюзи. Они вошли в пахнущую розами и табаком комнату. На стенах от пола до потолка висели фотографии. Посередине стояли два письменных стола, причем один был совершенно пустой. Едва они вошли, зазвонил телефон. Стэнли указал Анне на вешалку у входа и подбежал к аппарату.
— Стэнли Бредфорд... — сказал он, подняв трубку.
Анна сняла пальто, медленно подошла к пустому столу. На краю столешницы стояла черная табличка с фамилией. Прислушиваясь к разговору, она медленно ощупывала буквы на черной пластмассе.
— Да, жив. Привет, старик! Нет, Мэтью, сейчас не могу. Забеги позже. Мне нужно посмотреть в окно, прошвырнуться по городу и разобраться с бумагами. Дел наверняка накопилось много. Дашь мне, скажем, два... нет, три часа?.. Я сейчас не хочу об этом, Мэтью. Это очень личное... Мисс Бляйбтрой?.. Рядом. Ты сам оценишь, Мэтью. Зная твой вкус, я уверен, что ты будешь в восторге. Конечно, она хочет с тобой познакомиться, Мэтью. Но часа через два, вернее, через три, не раньше...
Он положил трубку и подошел к Анне. Увидел табличку и радостно воскликнул:
— Не может быть! Это гениально! Они написали твою фамилию правильно. Я уверен, это Лайза постаралась.
— Стэнли, если тебе будет нужно обсудить какие-то личные вопросы, дай мне знак. Я тогда выйду из...
— Из нашего офиса, — прервал он ее, не дав закончить.
— Ты же знаешь, что мне часто нужно выходить по-маленькому, Стэнли...
— Ты выйдешь когда захочешь, — добавил он с улыбкой. — А у меня очень скоро не будет личных дел. С сегодняшнего дня мы с тобой устраиваем здесь коммунальное жилье. Не на все сто процентов, но все же. Для начала я организую для тебя телефон.
Он быстро вернулся к своему столу и протянул руку к трубке.
— Лайза, дорогая, ты не могла бы найти какой-нибудь хороший номер телефона для Анны? Наш, редакционный. Нет, еще нет. Но только не убивай из-за этого техников, прошу тебя! И может, стоит подумать о визитных карточках? Уже есть?! Где? Окей. В правом верхнем ящике ее стола. Слушаю! Что?! Повтори, пожалуйста, еще раз, Лайза... — Анна почувствовала, что он взволнован. — А по какой статье расходов ты это провела, можно поинтересоваться? Ни по какой?! Как это ни по какой? От кого? От Адрианы? В самом деле?
Он положил трубку, затушил в пепельнице сигарету и приблизился к Анне. Подал ей руку и подвел ее
— Адриана оставила здесь кое-что для тебя, — сказал он изменившимся голосом.
Она развязала ленту, быстро развернула бумагу и, подойдя к столу, осторожно вынула из коробки фотоаппарат и положила на середину столешницы. Несколько раз обошла вокруг стола. Из глаз у нее лились слезы.
— Стэнли, ты выпьешь чаю? Скажи, что ты хочешь чаю! — прошептала она.
— Да, выпью. Без сахара. Ты помнишь? — ответил он, подходя к ней ближе. — А теперь пошли, еще успеешь нарадоваться.
Он протянул ей носовой платок. Наконец она успокоилась, они вышли из офиса в огромный, гудящий как улей зал. Шли по лабиринту коридоров между стеллажами и письменными столами. Со всех сторон раздавался треск телексов, звонки телефонов, стук печатных машинок, обрывки разговоров. Стэнли представлял сотрудникам Анну.
— Как поживаешь?
— Позволь представить тебе Анну Марту Бляйбтрой, нашу новую сотрудницу...
— Стэнли! Явился, наконец, вояка...
— Очень рад познакомиться с вами, мисс...
Вдруг Стэнли сказал:
— Я забегу на минутку к Мэтью. Он не простит мне, если встретит нас здесь. Ему нравится всегда и везде быть первым и единственным. Я сейчас вернусь! — и он удалился в сторону кабинета со стеклами, закрытыми жалюзи.
Анна подошла к окну и присела на подоконник. Закурила. Большинство проходивших мимо женщин смотрели на нее с интересом. В их глазах она читала если не враждебность, то неодобрение. Мужчины же, напротив, улыбались. За те несколько минут, что Стэнли отсутствовал, некоторые умудрились несколько раз пройти мимо.
Она не могла запомнить, сколько пар глаз внимательно посмотрели на нее при встрече, сколько рук она пожала. Наконец Стэнли привел ее к дверям с надписью «Фотолаборатория». Они вошли в темный, освещенный только мигающей красной лампочкой коридор и прошествовали до второй, окрашенной красной краской двери с белой надписью: «Даже и не думайте сами открывать эту дверь». Анну это развеселило. Стэнли нажал на красную кнопку звонка.
— Слушаю! — ответил хриплый недовольный голос.
— Макс! Ты нам откроешь? — сказал Стэнли.
— Стэнли, сукин ты сын! Наконец! Сигарету погасил?
— Я не курю. То есть сейчас не курю.
На пороге появился высокий плечистый мужчина в белом халате с большим шрамом на щеке. Он впустил их и тотчас захлопнул за ними дверь. Анна почувствовала знакомый запах химических реактивов. Откуда-то издалека доносилась музыка. Мужчина крепко пожал руку Стэнли и подошел к Анне. Не представляясь, спросил:
— Это вы сделали негатив?
Она молчала, несколько напуганная.
— Это вы автор негатива? Вы снимали Дрезден? — повторил он, повысив голос.