Бич
Шрифт:
– На Земле.
– Что же до Земли, то речь идет о сумашедшей горячке, которая пожирает континенты и миллионами губит людей. Как вы теперь ее называете
– Чума?
– Да, чума! Понятие, полностью объясняющее создавшуюся ситуацию. Земля содрагается и горит,- плодящиеся вулканы извергают огненную лаву? Нет. Расползается радиоактивная чума. Множатся дикие оргии, непохожие ни на что сцены... Конвульсии и бред чумных больных! Массовое вымирание, муки, сожжение на кострах. Растерзанные женщины и дети. Репрессии, резня. Самоубийства, вызванные страхом перед злом. Чума, чума, говорю я вам. И спрашиваю себя: а не является ли чума,
– Ну хорошо,- сказал Карол. Теперь он сидел лицом к узнику и слушал его внимательно, как равный равного, пытаясь вникнуть в суть дела. Префект был сама настойчивость. И сосредоточенность.
Возбуждение, на краткий миг овладевшее молодым человеком по имени Эрт Рег, внезапно спало. Две живописные луны приближались к своему зениту. Черная пленка облегала лицо адмирала.
– Ну хорошо, - повторил он.- Вы допускаете существование ночи, "МРАКа", бича. Но я снова вас спрашиваю: кто такие Ноктюрны?
– О,Боже!- выдохнул Эрт, проводя судорожно сжатыми пальцами по отяжелевшим векам.- Вы хотите, чтобы я назвал народ, ночную планету? Их не существует! Стоит только нашей воле ослабнуть или отклониться в сторону, как мы сразу переступим ту воображаемую грань, которая отделяет нормального человека от чудовища. Ноктюрном может стать любой - и я, и вы. Они были у меня на борту, я ухаживал за ними! Если хотите это просто больные люди!
– Чумой?
– Хуже: одержимостью. Такое древнее определение лучше всего подходит к ним. Живые трупы в заторможенном состоянии, захваченные какой-то посторонней сущностью, управляющей ими по своей воле. Как объяснил мне один человек, разбиравшийся в этом, заболевание для Земли не ново. Позже он добавил, что ни в коем случае нельзя истреблять больных. Тогда-то я и покинул Сигму, уехал, чтобы сражаться, чтобы научиться...
– Чему?
– Бороться со злом!
– И вам удалось? Вы знаете, как его победить?
Прозвучавший вопрос был единственным, поставившим Эрта в тупик. По крайней мере - пока.
– Известно ли вам,- продолжал Карол с железной непреклонностью,- что Сигма получила недавно ультиматум с Земли. Мне передал его кто-то из ваших. Догадываетесь, что в нем?
– Думаю, что знаю, да .
– "Мы, законные земные власти,- процитировал адмирал,- в полной мере представляя себе последствия, приняли решение. Вот оно, ужасное, но справедливое. Коль новая война угрожает космосу, раз провокациям нет конца, а наши эмиссары подвергаются нападениям на звездных дорогах, пусть недруги знают, что Земля будет уничтожена термоядерным взрывом. Ибо лучше гибель одной планеты, чем всей Вселенной. Подпись: исполнительный комитет "МРАКа".
Слова упали, как капли расплавленной бронзы, потом негнущимися пальцами адмирал сорвал с себя маску и провел рукой по влажному белому лбу, по налившимся тяжестью векам. У Эрта мелькнула мысль:"Все-таки он человек..."
– Конечно,- добавил адмирал Карол,- нам уже приходилось сталкиваться с подобными "классическими" заявлениями. Несомненно,такое кажется лишенным здравого смысла, алогичным. Но раз вы утверждаете, будто Земля во власти одержимых, приходится опасаться, что это не просто угроза!
–
– К тому же вы информированы не хуже меня.
– Вы осмеливаетесь утверждать...
– Да, осмеливаюсь. Они подорвут Землю, если сочтут такую акцию необходимой. А другие планеты, где согласятся их принять, найдутся.
– Но цепной взрыв уничтожит и те!
– Цепной взрыв уничтожает только материю.
– Для вас зло нематериально?
– глухо спросил Ингмар Карол.
– Нет. И я повторяю: вы знаете это не хуже меня. Ситуация выглядела невероятно, невообразимо,- учтивая беседа на грани метафизики между судьей и приговоренным к смерти, между бесспорным властелином космоса и молодым корсаром, попавшим в западню. Эрт резко вкинулся - так бросают и проигрывают последнюю ставку:
– Вы задаете вопросы, заранее прекрасно зная ответы. Вы - великий адмирал, а я всего лишь человек, ожидающий смерти. Но как раз поэтому я имею право крикнуть вам в лицо: тот рапорт, который я отправил вам два года назад - рапорт, скрепленный двумя подписями: Морозов и Карол - что вы с ним сделали? Вспоминайте! Я прибыл для его вручения в день выпуска учащихся потока "Земля". На вас было совершено покушение.. .
– Я не забыл того дня.
– Мне пришлось тяжело в толпе у эскалаторов. Раненному. Но вам передали тот рапорт, содержащий всю правду о Земле!
– Подумайте, что вы говорите!- отрубил Ингмар Карол. И внезапно Эрт дрогнул, услышав не обычный начальственный голос префекта, но голос воина-адмирала! Они еще могли прийти к взаимопониманию...
– Вы утверждаете, что был рапорт о положении Земли, подписанный Каролом и Морозовым?
– Утверждаю. Я получил его из рук самого Морозова. Но почему вы спрашиваете у меня об этом?..
– Потому,- ответил адмирал с необыкновенным беспокойством в голосе,- что такой рапорт должен был существовать! Но вы не могли знать о нем, так как его авторы покинули Сигму в момент, когда ваш астероид с маяком был еще цел! Не перебевайте меня, ради Бога! Отправления и прибытия - единственные вещи, лучше всего регистрируемые на Сигме! Невероятно! Вы держали в руках документ, который мог все изменить. Где он?
– Вы сами должны знать.
– Остерегайтесь!
– Не смешите меня, адмирал-префект. Истекает моя последняя ночь. Мне нечего бояться... к тому же и раньше немногое пугало меня. Я клянусь, я подтверждаю, что передал вам этот документ. Если не собственноручно, вследствие болезни, то, в любом случае, через посредника, который выше подозрений...
– Кто был посредником?
– Валеран д'Орафрик, последний владетельный принц Земли.
– Если так,- проговорил Ингмар Карол отрывисто,- то я клянусь, в свою очередь, что никогда не получал такого рапорта. Воцарилась тишина, глубокая и тяжелая. Оба с удивлением слушали глухие, еле различимые равномерные удары: биение своих сердец.
– Мироздание!- нарушил молчание Эрт. В первый раз с самого начала разговора он побледнел, и ему пришлось опереться на стену.
– Не может быть! Не могу поверить! Валеран, мой друг, мой старший брат...
– Послушайте,- сказал Карол, поднимаясь,- если вы играете, то вы, вне сомнения, лучший актер во вселенной. Но когда смерть так близко, не вижу смысла в подобной игре. Итак, я вам верю. Но тогда Валеран... Нет, невозможно. В любом случае я должен спросить самого Валерана.
– Он на Сигме, да?