Чтение онлайн

— Пусть мальчик выйдет один, и никто не пострадает!

— Почему-то я им не верю, — откликнулась Эмма.

— Определенно нет, — добавил Гораций.

— Даже не думайте об этом, мистер Портман, — произнесла мисс Сапсан.

— Я и не думал, — ответил я. — Ну что, все готовы?

Послышался согласный шепот. Я расставил пуст'oт по обеим сторонам двери, их огромные челюсти раскрывались как на шарнирах, языки приготовились. Я уже собирался начать мою внезапную атаку, когда услышал голос Каула, доносящийся из динамиков в коридоре:

— Они контролируют пуст'oт! Назад, парни! Оборонительная

позиция!

— Да чтоб его! — воскликнула Эмма.

Раздался топот удаляющихся ног. Наша внезапная атака провалилась.

— Не важно! — бросил я. — Когда у тебя есть двенадцать пуст'oт, тебе не нужна внезапность.

Пришло время использовать мое секретное оружие. Вместо того, чтобы ощущать растущее напряжение перед боем, я почувствовал обратное: полное растворение своего настоящего «я», когда мое сознание расползлось и разделилось между пуст'oтами. А затем, пока я и мои друзья ждали внутри, существа метнулись через раскуроченную взрывом дверь в коридор и помчались, рыча и широко разевая челюсти, их невидимые тела бурили туннели в клубах дыма. Твари стреляли в них, я видел вспышки оружейных стволов, затем отступили. Пули свистели сквозь открытый дверной проем, влетая в комнату, где укрывались я и остальные, щелкали по стене позади нас.

— Скажи нам когда! — крикнула Эмма. — Мы выступим по твоей команде!

Мой разум был в дюжине мест одновременно, и я едва мог выдавить из себя хоть слово на английском в ответ. Я был ими, этими пуст'oтами в коридоре, моя собственная плоть отзывалась жалящей болью на каждый выстрел, что рвал их тела.

Наши языки достигли сначала их: тех тварей, что убегали недостаточно быстро или тех храбрых, но глупых, что задержались, чтобы сражаться. Мы колотили их, разбивали их головы о стены, и некоторые из нас остановились чтобы, — здесь я попытался отсоединить свои собственные чувства, — чтобы вонзить свои зубы в них, проглотить их пушки, заглушить их крики, оставить их располосованными с широко раскрытыми ртами.

Перед лестницей в конце коридора образовался затор, и охранники снова начали стрелять. Вторая волна пуль обрушилась на нас, глубокая и болезненная, но мы бежали дальше, хлеща языками по воздуху.

Кое-кто из тварей сбежал через люк. Остальным так не повезло, и когда они перестали кричать, мы сбросили их тела со ступеней. Я почувствовал, как два их моих пуст'oт погибли, их сигналы погасли в моем сознании, связь пропала. И вот коридор был чист.

— Сейчас! — бросил я Эмме, что на тот момент было самым сложным словом, которое я смог произнести.

— Сейчас!!! — крикнула Эмма, оборачиваясь к остальным. — Сюда!

Я вывел своего пуст'oту в коридор, вцепившись ему в шею, чтобы не свалиться с его спины. Эмма вывалилась следом вместе с остальными, используя свои пылающие руки как сигнальные огни в дыму. Вместе мы бросились по коридору, мой батальон монстров впереди меня, моя армия странных — позади. Впереди шли самые сильные и смелые: Эмма, Бронвин и Хью, за ними — имбрины и ворчащий Перплексус, который настоял на том, чтобы взять с собой Карту Дней. Последними шли самые младшие дети, более робкие и раненые.

Коридор пах порохом и кровью.

— Не смотрите! — услышал я голос Бронвин, когда мы пробегали мимо тел мертвых тварей.

Я

сосчитал их на бегу: пять, шесть, семь тварей против моих двух пуст'oт. Это число вдохновляло, но сколько тварей всего? Сорок, пятьдесят? Я беспокоился, что их было слишком много, чтобы убить, а нас слишком много, чтобы защищать, и что на поверхности они легко задавят нас числом, окружат и разобьют. Я должен убить столько тварей сколько смогу, прежде чем они вырвутся наружу, и эта схватка превратится во что-то, что мы не сможем выиграть.

Мое сознание снова переключилось на пуст'oт. Прыгая по спиральным ступеням, первый из них высунулся в люк… затем жгучая боль и темнота.

Он пропал в засаду, как только вылез наружу.

Я заставил следующего схватить тело мертвого пуст'oты и использовать его как щит. Он принял на себя град пуль, проталкиваясь дальше в комнату, пока остальные пуст'oты выпрыгивали из люка позади него. Я должен был быстро вытолкать тварей из комнаты, чтобы оттеснить их от тех странных, что лежали повсюду на больничных койках. Быстрыми хлесткими ударами наших языков мы свалили ближайшую тварь, а остальные побежали.

Я послал за ними пуст'oт, пока мы, странные, выбирались из люка. Нас теперь было так много, так много рук, что отсоединение наших привязанных к кроватям собратьев от выкачивателей душ стало легкой задачей. Мы распределились и быстро справились с ней. Что же до прикованного безумца и мальчика, которого мы спрятали в шкафу, то им было безопаснее здесь, чем с нами. Мы еще вернемся.

Тем временем мои оставшиеся пуст'oты гнались за тварями до выхода из здания. Отступая, твари отстреливались вслепую. Щелкая языками по их ногам, нам удалось свалить двух или трех, и они встретили быстрый, но страшный конец, когда мои пуст'oты настигли их. Одна тварь пряталась за конторкой, где заряжала бомбу. Пуст'oта выковырял его оттуда, и, скрутив и тварь и бомбу в охапку, бросился в соседнюю комнату. Бомба взорвалась секундой позже. Еще один пуст'oта погас в моем сознании.

Твари бросились врассыпную, и больше половины из них сбежала, выпрыгнув в окна и боковые двери. Мы упускали их, и ход боя менялся. Мы закончили отсоединять прикованных к постелям странных и почти нагнали моих пуст'oт, которых теперь было семеро плюс тот, на котором ехал я. Мы уже были у выхода, в комнате с жуткими инструментами, и теперь перед нами встал выбор. Я задал этот вопрос тем, кто был ближе ко мне: Эмме, мисс Сапсан, Еноху и Бронвин.

— Используем пуст'oт как прикрытие и побежим к башне? — спросил я, язык снова вернулся ко мне, теперь, когда число пуст'oт, с которыми я держал связь, сократилось. — Или продолжим сражаться?

К моему удивлению, они все согласились.

— Мы не можем остановиться сейчас, — заявил Енох, вытирая кровь с рук.

— Если мы остановимся, они только будут преследовать нас вечно, — согласилась Бронвин.

— Нет, не будем! — проскулил раненный охранник, съежившийся на полу рядом с нами. — Мы подпишем мирный договор!

— Мы уже пробовали такое в 1945-м, — отрезала мисс Сапсан. — Он не стоил даже той туалетной бумаги, на которой был написан. Мы должны продолжить сражаться, дети. Может быть, нам больше никогда не представится такая возможность.