Чтение онлайн

– Без меня тебе его не найти, – негромко заметил Рэйн. – А если ты убьешь драконицу, я нипочем не стану тебе помогать.

Бендир скрестил на груди руки. Янни очень хорошо знала этот жест. Бендир гневался на младшего брата, но старался сдержаться. Рэйн, ученый и мечтатель, слишком часто выводил из себя деловитого и земного Бендира. До сих пор Янни надеялась, что со временем братья начнут дополнять качества друг друга. Теперь она страшилась, что они всегда будут на ножах.

– Никакой драконицы не существует, – медленно и окончательно проговорил Бендир. – То, что заключено в бревне, умерло много столетий назад. А перед тем как умереть,

скорее всего, еще и свихнулось. Все, что сохранилось от него, – это память, заключенная в диводреве. Настоящей жизни тут не больше, чем в живых кораблях. Диво-древо впитывает воспоминания и хранит их, вот и все. Если бы дело обстояло иначе, мы никогда не смогли бы потрошить эти бревна и предоставлять жителям Удачного набивать их новыми воспоминаниями. Всякий, кто говорит с живым кораблем, на самом деле беседует с собою самим да еще с фамильными воспоминаниями, заключенными в диводреве. И все, Рэйн! Когда ты «разговариваешь» со своим бревном, ты слышишь отзвуки своих собственных мыслей, преломленных безумной памятью какого-то несчастного создания, умершего задолго до того, как мы открыли этот город! – И Бендир добавил почти умоляюще: – Право, Рэйн!… Не позволяй мертворожденной памяти говорить твоими устами. Не поддавайся!

На лице Рэйна в самом деле отразилась некая неуверенность… Но потом его черты снова отвердило упрямство.

– Все очень легко опровергнуть или доказать, – проговорил он. – Помогите мне вытащить бревно на свежий воздух, на солнечный свет. Если ничего не произойдет, обещаю раскаяться в своей нынешней глупости!

– Ничего себе легкое доказательство! – всплеснул руками Бендир. – Да оно же громадное! Всю макушку холма пришлось бы срывать! Или пытаться пробиться сбоку, к бывшему входу… рискуя всю постройку обрушить. Ты видел трещины в стене над воротами? Даже если бы мы разгадали замок и открыли створки, стена немедленно рухнет. Рэйн, это даже не смешно!…

– Драконица существует, и она жива, – упрямо повторил Рэйн. – И она говорит, что с радостью поможет Малте и ее семье. Подумайте об этом! Подумайте, какого могучего союзника мы могли бы приобрести!

– Или неимоверно могучего врага, – сердито возразила Янни. – Рэйн, неужели надо в тысячный раз одно и то же тебе повторять? Даже если внутри бревна вправду таится нечто живое, мы не можем его выпустить… а если бы и могли, это было бы величайшим безумием. Ну все! Хватит об этом! Разговору конец! Ты понял меня? Мы это больше обсуждать не будем. Я запрещаю!

Рэйн приоткрыл рот… Его челюсть ходила ходуном, нижняя губа дрожала – прямо как когда-то в детстве, когда он собирался истошным ревом объявить о нанесенной ему обиде. Но Рэйн больше не был ребенком. Он закрыл рот, лязгнув зубами. А потом молча поднялся и направился прочь от стола.

– Мы еще не кончили говорить! – предостерегла Янни.

– А я кончил.

– Нет, ты не кончил. Немедленно вернись за стол и расскажи нам, что именно ты вычитал в пергаментах на сегодняшний день. Я требую!

Он повернулся к ним лицом. Его глаза налились ледяной тьмой.

– Требуешь? – спросил он. – Ну тогда и я кое-чего потребую. А то как бы у меня желание не пропало всем этим заниматься. Если так уж не хотите отдать мне драконицу, отсыпьте немножко ваших драгоценных денежек. Потому что я так или иначе все равно помогу той, которую полюбил. Я не собираюсь отправиться в Удачный на бал, взять ее за ручку, потанцевать с ней разок-другой и потом оставить ее как была,

без денег и без надежды. Не дождетесь!

– С каких это пор ты уже перестал быть членом этой семьи? – прорвало Бендира. – Тебя что, задабривать надо, чтобы ты свой долг исполнял? Мы еще платить должны за то, чтобы ты отдал нам частицу того, что от нас же и получил? Да чтоб я сдох – не получится!

– Ну и сдохни, – холодно ответствовал Рэйн.

– Рэйн, Рэйн, – Янни старалась не поддаваться чувствам. – Давай говорить прямо. Чего именно ты от нас добиваешься? Что мы можем тебе предложить, чтобы ты похоронил эту бредовую драконью мечту?

– Мама, я отказываюсь…-начал было Бендир.

– Тихо, сын! – перебила она. – Выслушай, прежде чем говорить «нет»! – А про себя сотворила молитву, чтобы по этому намеку они не разгадали ее истинный план. Пускай Рэйн поверит, будто все совершилось по его собственной воле. – Так чего ты просишь, сынок?

Рэйн облизал пересохшие губы… Теперь, когда нужно было вслух выговорить давно приготовленные слова, он почувствовал себя беспомощным и загнанным в угол. Он прокашлялся:

– Во-первых, простите Вестритам их долг за «Проказницу». Это в любом случае просто формальность, ведь мы уже объявили, что остаток долга станет моим свадебным подарком Малте. Сделайте же это прямо теперь, когда они бьются в нужде! Я не хочу, чтобы она думала, будто мы готовы выжать из ее семьи последние гроши, несмотря на все их несчастья. Пусть она не боится…-Тут его голос заметно охрип. – Пусть она не боится, что ей придется выйти за меня ради денег, хочет она того или нет! Я не хочу, чтобы она таким способом мне досталась! Пусть не опасается, что мы хотим применить право «золота либо крови»…

– Со временем она обязательно полюбит тебя, Рэйн. Не сомневайся в этом! Сколько невест, с большой неохотой ехавших к нам в Чащобы, со временем…

– Я не хочу, чтобы она таким способом мне досталась! – упрямо повторил Рэйн.

– Значит, будем считать, что мы забыли об этом пункте контракта, – заверила его мать.

– Ладно, договорились, – вмешался Бендир. – Считай, долговую расписку мы уже разорвали и выкинули. Так что все-таки ты вычитал в тех свитках?

Его голос чуть не срывался от сдерживаемой ярости, но Рэйн был неумолим:

– Еще кое-что…

– Да чего ж тебе еще не хватает? – ядовито осведомился Бендир. – Желаешь, чтобы тебя провозгласили сатрапом Чащоб?

– Нет. Всего лишь господином над своей собственной жизнью. Я хочу, чтобы у меня была возможность ездить к ней и видеть ее, когда я пожелаю, пока мы наконец не поженимся и она не переедет сюда. Для этого мне нужно определенное денежное содержание, которое я смогу тратить сам, ни с кем не советуясь и никому не давая отчета. Короче, я хочу, чтобы со мной обращались как со взрослым мужчиной. У тебя имелся свой кошелек, когда ты был младше меня!

– Только потому, что я уже был женат! Вот женишься – и будет у тебя свой доход. Зачем тебе сейчас собственные деньги? Незачем! Слушай, Рэйн, я никогда с тобой не скупердяйничал, да и мама как баловала тебя, так и до сих пор балует сверх всякой меры… Тебе, видно, чем больше даешь, чем больше ты требуешь!

– Пусть будет так, как ты хочешь, – перебила сына Янни.

Бендир сперва не поверил своим ушам, потом впал в ярость.

– Зачем я вообще здесь сижу? – воздев руки, спросил он, обращаясь к потолку. – Моего мнения все равно не спрашивают!