Чтение онлайн

–  Ну, убьешь ты меня и что?!
– усмехнулся министр.

–  Ну, убью… - согласился доктор, - а будет вот что. Ты умрешь, соответственно, я быстро сделаю так, что психи уберутся в больницы. Притянутое тобой Пограничье вернется на свое место, - лицо доктора приняло мечтательное выражение.

–  Нет, доктор, если бы все было так просто. Я умру, со мной умрет часть, как ты его называешь Пограничья. Вот и подумай, сколько крови нужно пролить, чтобы все убрать…

–  Сколько ее уже льется… - мрачно проговорил доктор.

–

 Ты прав, док, я его притянул, только чтобы восстановить справедливость. Вы нами помыкаете. А теперь мы будем помыкать вами, заключать в стационары, ломать вашу природу, - министр сипло и ехидно рассмеялся.

–  Я же сказал, - с напором повторил доктор, - такого не будет!

Министр пожал плечами.

–  Что касается ваших Виктора и Брижит… Ищите их сами! Вы не думаете, что я стану вам помогать?!

Доктор заскрежетал зубами.

–  Я же убью! Я за них не только твою тушку выпотрошу, но, сколько нужно будет, стольких разделаю и освежую, - тихо сказал ван Чех.

–  Я ничего тебе больше не скажу. Не мешай мне делать мои дела, - фыркнул министр.

–  Я еще не закончил с тобой, - в тон ему ответил доктор.

–  Да, уберешься ты с моего стола или нет!
– взорвался министр, схватил доктора всем множеством своих рук. Ван Чех оказался в безвыходном положении. Его касалось некое существо из Пограничья, но с ним ничего не происходило.

–  Ты из наших?
– спросил министр. Это последнее, что он успел сказать.

Я, видя, что доктор в опасности, что моя последняя надежда на выживание гаснет, рванула тяжелую темную штору вниз - хватило сил сорвать ее. С грохотом меня прикрыло тяжелой материей и ударило чем-то по хребту. Я слышала, как верещал обжигаемый солнцем министр… Это последнее, что я слышала.

Разминая затекшие руки и ноги, я силилась вспомнить, почему на мне тяжелая гардина и деревянная перекладина. Выбравшись из-под плотной зеленой ткани, я обнаружила, что нахожусь в чьем-то кабинете. За столом спал мужчина, на столе - ван Чех. Я на цыпочках подкралась к ним и попыталась разбудить храпящего, как авиационная турбина, доктора. Тот не просыпался. Мужчина при ближайшем рассмотрении оказался мертвым. Лицо мертвеца было мне знакомо.

Я вышла за пределы кабинета: в богато обставленном коридоре не было ни души. Взгляд упал на герб министерства здравоохранения. Память стала возвращаться медленно, фрагментами. Мне стало стыдно за то, что я вытворяла. Человек, конечно, был не самый симпатичный, но человек… Что на нас с доктором нашло вчера?

Я услышала, как нечто тяжело упало в кабинете, и поспешила вернуться. Посреди комнаты сладко хрустел суставами доктор. Он потягивался и растягивался во все стороны, чтобы лучше размяться после неудобной ночи на министерском столе.

–  А мы где?
–

задал он сакраментальный вопрос, сияя, подобно утреннему солнышку.

–  В Минздраве, - мрачно ответила я.

Доктор нахмурился, но все еще улыбался - он мне не верил.

–  И что мы тут забыли?

–  Вы что-то забыли, привезли меня сюда… Мы пытали министра…

–  Еще скажи, что убили, - нервно хихикнул доктор, лоск постепенно сползал с него - ясно видно - доктор все вспомнил.

–  Убили, - легко согласилась я.

–  Да ладно?
– снова не поверил доктор.

–  Да, что я на глупости время трачу!
– воскликнула я, - Обернитесь!

Доктор медленно обернулся, долго с интересом осматривал труп и быстро повернулся обратно.

–  Значит, не приснилось!
– сделал вывод он, - Пойдем отсюда.

Мы вышли на улицу. Я сразу же поблагодарила судьбу, что с ночлегом у нас все сложилось…

Прямо напротив входа в министерство, там, где еще лежала тень, валялись сцепившиеся намертво минотавр Альберта и какое-то существо. Бои продолжались. Все машины на улице были раскурочены. Пришлось идти пешком.

–  Вопрос первый, - начал доктор, - Что с нами вчера было? Я плохо помню, что произошло, но ощущения мерзкие.

–  Да. То же самое. Мне так стыдно. Как будто затмение какое-то на нас нашло… Я не помню, почему так завелась… - продолжила я.

–  Я, конечно, переживаю за Британию и детей… но, чтобы вот так мучить человека… Тем более, я прекрасно понимаю - его убийством проблему не решить. Это балбес-министр сильный больной, очень интеллектуальный больной, но до Владыки Пограничья ему далеко. Мне чего-то не хватает: какого-то кусочка информации, крупинки знания. Придумай что-нибудь, Брижит!

–  А что сразу я?!

–  Иногда, когда ты думаешь, до поразительных вещей доходишь, - назидательно заметил доктор, - И не дуйся - лопнешь!
– поддел он, пока я окончательно на него не обиделась.

–  Меня беспокоит Пауль, - после долгого молчания сказала я, - Пауль не вписывается. Его затянуло в Пограничье (при том, что он сновидец) ни с того ни с сего. Пограничье не отпускало его достаточно долго, пока само не пришло сюда.

–  И что нам это дает?
– усмехнулся доктор, - Я ничего не понимаю. Пока мы не ответим на вопрос, почему пограничье оказалось здесь, мы ни до чего не дойдем.

Вопрос второй, Брижит: где все люди? Я понимаю, они уже третий день бояться выйти из дома, но где все эти милейшие люди, появляющиеся во время катаклизмов: мародеры, паникеры, убийцы, насильники и прочие? Вряд ли они пойдут ночью, когда такие дела творятся, куда-то… Почему бы не пойти днем… Мы одни такие ненормальные, что шляемся по улице?! Да, элементарное любопытство! Человек же любопытен! Я больше чем уверен, что телевидение уже не работает и интернет, и телефоны… Там люди в вакууме, что ли обитают? Так и до волны суицида недалеко!