Шрифт:
Глава 1
Доброе утро
Моргнув несколько раз, Артур оторвал глаза от экрана. Поднявшись с места, он подошел к окну и посмотрел вдаль, туда, где в просвете между многоэтажками из-за горизонта вот-вот должен был показаться диск солнца. На улице было еще темно, и лишь в нескольких окнах близлежащих домов горел свет. И неудивительно, кто будет бодрствовать в четвертом часу утра? Он прошелся взад-вперед по комнате, ероша и без того растрепанные волосы. Принять душ было бы определенно не лишним, но этому, как и многому другому, придется подождать.
Пройдя в ванную, он ополоснул лицо холодной водой, стараясь собраться с мыслями. Бросил взгляд в зеркало и поморщился. Темные волосы в беспорядке падали на лоб и лезли в глаза – пора было стричься. Щетина уже три или четыре дня не могла
Он прошелся еще несколько раз по комнате. Несмотря даже на холодную воду, глаза слипались, а мысли путались, не позволяя ни на чем сосредоточиться. А четкость мыслей сегодня ему нужна была как никогда. До дедлайна оставалось около восьми часов, а срывать сроки было не в его правилах. Да и заказчик уже несколько раз «ненавязчиво» писал ему в скайпе, что ранняя сдача работы будет весьма и весьма приветствоваться. Но куда там! Приложение не запускалось, и на экране раз за разом появлялось сообщение об ошибке, исправить которую Артур был пока не в состоянии. Он не спал всю эту ночь и большую часть предыдущей, и от бессонницы и переутомления в голове была какая-то каша.
Работать в экстремальных и стрессовых условиях Артуру, однако, было не привыкать. Подойдя к турнику, он с десяток раз подтянулся, потом, когда мышцы уже горели от напряжения, еще два раза. Раньше занятия спортом были регулярными, но в последнее время он уделял им все меньше и меньше времени. Фрилансом он начал заниматься еще когда учился в вузе на программиста и, один в чужом городе, не имея никакой финансовой поддержки от родственников, едва сводил концы с концами. Потом заказы, которые ему удавалось находить с помощью специализированных сайтов, стали приятным дополнением к скромной зарплате молодого специалиста. Теперь, в двадцать шесть, Артур почти полностью распрощался с офисной работой, сохранив за собой лишь место в небольшой фирме на одну восьмую часть ставки, чтобы не числиться безработным, и полностью ушел в сферу фриланса. Он сделал себе имя на рынке программирования, обойдя более опытных конкурентов, добился высоких рейтингов и положительных отзывов на соответствующих сайтах и нередко получал заказы от зарубежных клиентов. Заманчивые и не очень предложения, интересные и стандартные проекты следовали один за другим. И с недавних пор Артур осознал, что может выбирать, тогда как раньше двумя единственными критериями для его согласия были надежность заказчика и способность его самого выполнить работу в срок. Но, памятуя о тяжелых временах, он по-прежнему брал на себя слишком много, не делая передышек между крупными проектами.
Занятия спортом стали редкими и приносили уже не удовлетворение, а боль в мышцах, отвыкших от нагрузки. Артур все же старался полностью не бросать тренировок, не желая превращаться в отрастившего брюшко программиста с демотиваторов и из анекдотов. Да и приятно было на улице ловить кокетливые улыбки девушек, надеющихся на приглашение на свидание от высокого широкоплечего брюнета. Приглашал он, впрочем, не так часто. От романтических отношений он не ждал многого, а получал еще меньше.
Да и на улицу он выходил все реже и реже. Несмотря на отсутствие стандартных вредных привычек, здоровым его образ жизни нельзя было назвать. Он слишком мало спал и не всегда в ночные часы, редко бывал на свежем воздухе, нечасто говорил с людьми по вопросам, не связанным с работой, и даже не помнил, когда в последний раз предавался праздному безделью.
Но, по правде говоря, Артура все это не слишком сильно беспокоило. Он занимался любимым делом и чувствовал, что с каждым днем растет как профессионал. Только разрабатывая сложные алгоритмы и продумывая логику работы компонентов, он чувствовал себя при деле, на своем месте. Наконец он мог себе позволить все, что хотел, и даже больше, и чувствовал себя как никогда уверенно.
Подтягивания немного помогли взбодриться, а последовавшая за ними большая кружка черного кофе – и подавно. Но чтобы понять причину ошибок в последнем модуле программы, надо было посмотреть на ситуацию под другим углом, а для этого – хотя бы ненадолго отвлечься.
Уже рассвело, и Артур выключил в комнатах свет. Сев на кухне у окна, он стал наблюдать за открывающейся панорамой.
В нескольких соседних дворах было еще пусто. В этот час даже самые ранние пташки
И тут он понял, где именно допустил ошибку в программе. Но для того, чтобы исправить ее, нужно было немало времени. Артур бросился к компьютеру, и вот уже его пальцы забегали по клавиатуре. А семь часов спустя, за двенадцать минут до дедлайна, он облегченно вздохнул и написал заказчику о готовности кода. Уведомление о прочтении пришло не позднее чем через две минуты – клиент не обманывал, когда говорил, что программный код ему нужен срочно.
Поднявшись с места, Артур потянулся, пытаясь избавиться от боли в спине, вызванной долгим сидением в одной позе, и рухнул на кровать. Он не разбирал ее уже пару дней, и в этот раз такого желания не возникло. Сон, однако, не шел. Напряженные до предела нервы не позволяли расслабиться. В голове теснились разрозненные мысли, воспоминания и обрывки программного кода. Вместо торжества и умиротворения он испытывал усталость и опустошенность. Это странное чувство преследовало его едва ли не каждый раз после сдачи крупного проекта. Артур слышал, что он в этом не одинок, и что это проблема людей, достигающих значимых результатов. Психологи утверждали, что в этой ситуации надо отвлечься на что-то другое, но для него в последнее время этим чем-то другим становился новый проект, новая программа.
Провалявшись в постели с четверть часа, Артур решил, что сегодня все будет иначе. Пытаться заснуть дальше было бы бессмысленно, да и приди к нему сон, он был бы беспокойным, перемежающимся кошмарами. К тому же, дневной сон гарантировал ночную бессонницу.
Поднявшись, Артур принял душ, побрился и почистил зубы. Только теперь он почувствовал, что желудок сводит от голода. Он и сам не помнил, когда в последний раз ел, но это было явно не сегодня. На кухне стоял такой же беспорядок, как и во всей остальной квартире. Сложив грязную посуду в раковину, он выкинул в мусорку остатки еды, упаковки от фастфуда и контейнеры с символикой ближайшей кулинарии и заглянул в холодильник. Там его встретил пакет молока, скисшего еще несколько дней назад, засохшая половинка лимона и четверть банки заплесневевшей кабачковой икры. Всему этому также пришлось отправиться в ведро с отходами.
Осознав, что сегодня ему придется завтракать или, точнее, обедать вне дома, Артур стал собираться. Уличный термометр очень удивил его, показав плюс тридцать. Для Артура лето наступило как-то внезапно, хотя был уже конец июня, о чем он знал исключительно благодаря необходимости соблюсти срок заказа. А кондиционер и система отопления в квартире в течение всего года обеспечивали комфортную для него температуру.
Молодой человек с трудом отыскал в шкафу светлую футболку и чистые джинсы. Еще несколько предметов его гардероба, на которых в результате осмотра обнаружились неотстирываемые пятна или дыры, также пришлось выкинуть, для чего потребовался еще один мешок для мусора. Забавная штука жизнь! Он трудился не покладая рук, чтобы ни в чем не нуждаться, но так же, как и в студенческие годы, обходился малым, просто потому что у него не было времени пройтись по магазинам.
Стоило Артуру выйти на лестничную площадку, его ослепил солнечный свет, бивший в окно подъезда. Встретив соседку Клавдию Васильевну, одинокую даму за пятьдесят, он выслушал ее лекцию о том, что накануне опять не закрыл дверь общего для двух квартир тамбура.
– Из-за твоей неосмотрительности к нам когда-нибудь заберется маньяк! – закончила она свою тираду.
– Надеюсь, это будет сексуальный маньяк, который сделает вас женщиной. Кому-то давно уже пора это сделать!
Женщина покраснела до корней волос. И не столько из-за обидного, хоть и правдивого намека в этих словах – с хамством Артура она была знакома не понаслышке – а потому, что увидела на лестнице почтенного профессора-вдовца, живущего двумя этажами выше.