Чтение онлайн

Хлестал дождь. Расстояние между противниками было уже менее десяти метров и Студент приближался. Маклауд понял, что это конец. Он с тоской посмотрел на свой пистолет-пулемет. Студент перехватил взгляд, вновь нажал на спуск. «Стечкин» произвел выстрел… и затвор замер в заднем положении – кончились патроны.

Маклауд оскалился, не отводя взгляда от Студента, протянул руку за оружием.

В кармане у Студента лежал магазин, в котором еще было несколько патронов. Но он понимал, что перезарядить «Стечкин» не успеет. Он швырнул пистолет в Маклауда – тот легко уклонился.

Маклауд

поднял ствол, направил его на Студента.

– Что – взял Маклауда, щенок?

Студент молчал. Он понимал, что проиграл. Проиграл бездарно и глупо. Просто потому, что не считал выстрелы. Кот учил: ты всегда обязан знать, сколько патронов в твоем пистолете… А он поддался эмоциям – не считал. Кот никогда не совершил бы такой ошибки.

– Ну и зачем ты меня искал, щенок? – спросил Маклауд.

– Да пошел ты.

– В героя хочешь поиграть? Бывает, видел таких. Но это очень просто лечится. Сейчас я прострелю тебе ногу… или руку. И желание выделываться пропадет. Не доводи до этого, православный.

– Да пошел ты!

Маклауд усмехнулся, включил лазерный целеуказатель. Красная точка остановилась на лбу Студента. Потом переползла на грудь. Потом сместилась на правое плечо.

– Ложись, – приказал Маклауд. Студент демонстративно сплюнул.

– Идейный, – криво ухмыльнулся Маклауд и нажал на спуск… Выстрела не последовало. Маклауд удивленно посмотрел на «машинку», попробовал передернуть затвор. Затвор отошел назад на треть своего хода и остановился. Маклауд снова дернул затвор. И снова ничего не получилось – мешала попавшая в механизм грязь.

Студент двинулся на Маклауда.

Маклауд отступил назад, перепрыгнул через траншею, оказался на бетонированном «пятачке» у самой реки. Бетон был старый – потрескавшийся, вздутый, с проросшими через трещины хилыми березками.

Студент тоже перепрыгнул через траншею.

Маклауд еще раз дернул рукоятку затвора, выругался, швырнул ПП на бетон. Выдернул из ножен на рукаве боевой нож фирмы «Глок» и сказал:

– Ну, иди, иди сюда, щенок. Я тебя пощекочу.

– Не надо, дяденька. Я щекотки смерть как боюсь, – ответил Студент. Он вытащил из рукава дубинку, встряхнул ее. Вспомнил свой поединок с Темным братом. Усмехнулся. Прошли всего сутки, но казалось – вечность…

Откинув в сторону правую руку с кинжалом, Маклауд отступал, пятился. Студент медленно наступал. Маклауд довольно хорошо владел приемами ножевого боя. Несколько раз он делал вид, что атакует – бросался вперед, делал ложный выпад и нащупывал, нащупывал момент для атаки.

Наверно, со стороны это выглядело странно: двое мужчин в приборах ночного видения на голове. Один с кинжалом, другой с дубинкой. Оба – перемазанные в грязи. Под дождем на фоне сюрреалистическго пейзажа на берегу черной реки.

Вскоре Маклауд оказался у самого края площадки. Сзади плескалась вода и отступать было уже некуда. Маклауд крикнул: вали его, Кабан, – и ринулся вперед. Студент хлестнул дубинкой по запястью противника. Черный кинжал зазвенел на бетоне. Обезоруженный Маклауд развернулся и прыгнул в реку.

Студент прыгнул следом.

Под берегом глубина была около метра. Маклауд попытался бежать. Студент прыгнул, навалился на плечи, опрокинул в холодную октябрьскую воду.

Наверху, над головами, послышался стрекот «Джедая», на берег упал луч прожектора. Луч приближался. Студент схватил Маклауда за горло, дал подсечку, притопил и нырнул сам. Спустя несколько секунд по воде пробежало пятно прожекторного света.

Глотая воду, холодея от ужаса близкой смерти, Маклауд дотянулся до голенища, вырвал короткий нож «скелетного» типа с клинком длиной всего семьдесят миллиметров – так называемое «оружие последнего шанса». Он носил этот «шанс» уже несколько лет, но воспользоваться по назначению не довелось ни разу…

Они вынырнули, хватая ртом воздух. «Джедай» уходил, ощупывая прожектором берег. Маклауд вонзил нож в ногу противника. Метил в пах, но промахнулся. Он рванул нож в сторону, стараясь найти артерию.

Студент ударил по руке Маклауда. Рука разжалась, выпустила нож. Студент наотмашь ударил по лицу, разбил и сорвал прибор. Ударил еще раз… еще… и еще… Он наносил удар за ударом. За Полковника! За батю моего! За Горина! За Матроса! За Сибиряка! За каждого погибшего «гёза»!

Студент оттолкнул мертвого врага. Тело медленно понесло течением, оно погружалось, погружалось… На воде расплывалось розовое пятно.

Студент выдернул из ноги клинок, бросил его в воду. Потом двинулся к противоположному берегу. Когда глубина дошла до груди, он поплыл. Противоположный берег неширокой Охты казался ему страшно далеким. Он переплыл реку и, совершенно обессиленный, лег на берегу. Нажал на рации кнопку DPS – SOS.

Он победил сегодня. Победил дважды.

Но в душе не было никакого чувства победы.

Мастера спустили в «душевую», в белый кафельный ад. Под пытками он молчал. Молчал и тогда, когда на него стали воздействовать «Ужасом». Провели три сеанса, раз от раза увеличивая мощность излучения. После каждого сеанса Мастер лез на стенку, но молчал. Тогда было принято решение о применении к террористу препарата «кислород». Под воздействием «кислорода» говорить начинали все. Правда, говорили не долго – через шесть– пятнадцать минут – в зависимости от биохимической структуры личности – «пациент» терял рассудок. Раз и навсегда, бесповоротно. И отправлялся на утилизацию. Поэтому решение о применении «кислорода» принимали в крайних случаях.

Утром восемнадцатого октября руководитель комитета «Кобра» генерал– майор Власов отдал приказ на применение «кислорода». Добавил: буду присутствовать лично.

В 11.10 Власов и Спиридонов спустились в «душевую». Шли по лестнице, суеверно избегая лифта. Их встретил главный в этом кошмаре – подполковник Сулейманов, доложил: все готово.

Голый терорист сидел на металлическом стуле, был притянут к нему ремнями. На голове была надета шапочка с проводами. Кисти рук и стопы ног были в бинтах. Местами сквозь бинты проступала засохшая кровь.