Без тормозов
Шрифт:
И в понедельник после обеда к Джимми нагрянула первая проверка. Шеф полиции пустил в ход план по очистке города от «грязи» и продвижению своей фигуры перед предстоящими выборами. И начал он почему-то не с полицейских рядов, а с чего попроще.
Копы заявились в бар Джимми с ордером, понятыми и с надувшимися от важности лицами. Искали всё – от немытой посуды до трупов в подвале. Шептались между собой, фотографировали все щели, нюхали, даже парочку собак привели.
Нагнали репортёров, обнесли всё жёлтой ленточкой… Сам Шеф не побрезговал и ради такого дела
Вот только никакого улова не было.
Да, нашли парочку каких-то мелких нарушений, вроде просроченного огнетушителя, открытого огня на веранде и забитого унитаза, который, как рассказал мне потом Джо, забил один из копов, периодически пускающий газы и жалующийся напарникам на несварение желудка. На этом и всё. Больше прицепиться было не к чему.
Шеф полиции, конечно, был в бешенстве – наорал на своего лейтенанта, нагрубил репортёрам и уехал под протяжный звук сирены и яркое мерцание мигалки над головой.
Ну да ничего! Уже на следующий день он с лихвой отыгрался и радостно рапортовал с экрана телевизоров о закрытии сразу пяти мелких банд и «успешной зачистке города от уличной преступности». Камеры, флаги, строгое лицо и грозное стучание кулачком по трибуне – всё по классике. Мол, мы держим всё под контролем, дорогие сограждане! Можете спать спокойно – с таким шефом вам ничто не грозит!
Так себе, представление, конечно. Хотя, публика, кажется, его схавала на ура. Но с раскрытием убийства знаменитой радиоведущей он, конечно, заработал бы гораздо больше баллов в свой предвыборный рейтинг. Вот только никакого убийства не состоялось… Урод!
А тем временем, неторопливо и уверенно, мы с Мишель вышли на финишную прямую по Хендерсону. Почти довели до ума схему с офшорами, и Роберт по бумагам теперь числился обычным управляющим, а не владельцем. Мы просто оставили ему контракт, по которому он получал приличную, но вполне обычную для управляющего «зарплату». А вся прибыль от бизнеса уходила теперь за границу, на официальные и вполне законные счета, которые никто не сможет достать – ни правительство, ни мафия. Как по мне – очень даже неплохо.
Хендерсон, в свою очередь, начал подтягивать серьёзную охрану из бывших федералов, натравил на Русский район облаву и устроил какой-то благотворительный вечер в казино, на который должны были стянуться все сливки общества, парочка звёзд и Эрик Клэптон собственной персоной в придачу. Кажется, он как раз вышел из лечебницы и был в очередной завязке…
Всё чётко и по плану. Нравится мне работать с такими людьми! Вроде, всё шло неплохо… Как говорится – жизнь налаживалась…
Я скинул скорость, свернул с душного, раскалённого асфальта в бетонный, прохладный подземный гараж, приветственно кивнул охраннику с кофейным стаканчиком в одной руке и бутербродом в другой, узнавшему меня и откинувшему в сторону шлагбаум, нашёл свободное место на парковке и неспеша припарковал свой байк. Глянул на время на своих часах, удовлетворённо хмыкнул, скинул шлем и неторопливо двинулся в сторону лифтов. Сегодня без опозданий…
– Алекс! –
– Мишель! – не сдержался и улыбнулся я своей работодательнице, подошедшей и ставшей слева от меня в симпатичном строгом деловом костюме.
– Решил сегодня опередить меня? – легонько усмехнулась строгая юристка.
– Была такая мысль… – пожал я плечами. – Хотел посидеть в тишине, выпить чашечку кофе, поболтать с девчонками, пока тебя нет…
– Энджи знает, что ты болтаешь с девчонками в рабочее время? – хмыкнула блондинка. – И насколько мне известно, две из них точно положили на тебя глаз.
– Две? – удивился я. – Кто вторая?
– Джули с двадцать шестого. Она последнее время зачастила к вам на обед, хотя это не её этаж.
– Эта та – симпатичная юристка по корпоративному праву?
– Она самая. Эй! В смысле симпатичная? – возмутилась Мишель. – Я ведь могу Энджи всё рассказать!
– Это не в твоих интересах, – театрально вздохнул я.
– Почему это? – задумчиво нахмурилась блондинка.
– Боюсь, этим ты навредишь только себе. Мне ничего не будет, а вот тебе придётся защищать потом свою рыжую подругу в суде от причинения тяжких телесных и носить Джули в больничку фрукты и бульон. Наша с тобой радиоведущая очень ревнивая и скорая на расправу.
– Это да… – вздохнула Мишель. – Энджи у нас та ещё штучка… Ладно, ты же помнишь – у нас с тобой сегодня много дел! – чуть строже произнесла девушка, переходя на официально-деловой тон.
– Помню…
– Сделаешь мне кофе – и сразу за работу! Никакой болтовни с твоими подружками! Увижу – уволю! Хотя, нет – это слишком просто… Лучше оштрафую! – язвительно произнесла блондинка и шагнула в распахнувший перед нами двери лифт. – Ну ты едешь или как?
– Еду… – обречённо вздохнул я, зашёл следом, нажал кнопку «25» и молча уставился перед собой.
Лифт дёрнулся, ускоряясь, и с лёгкой вибрацией понёс нас на двадцать пятый этаж небоскрёба…
– Ещё хотела спросить… – через несколько секунд нарушила Мишель тишину, слегка замявшись. – Как твоё плечо?
– Плечо? – удивленно посмотрел я на девушку, стоящую рядом и бросающие в мою сторону осторожные взгляды.
– Энджи мне рассказала про перестрелку и как ты её вытащил оттуда…
– Слишком длинный язык у твоей рыжей подруги, – усмехнулся я.
– Она такая же моя, как и твоя!
– Это да, – не стал я спорить. – Нормально всё с плечом. Там просто царапина была.
– Ясно… – нахмурилась Мишель. – Это не моё дело, Алекс… Но ты бы держался от Джимми и его парней подальше…
Движения лифта замедлились, кабинка дёрнулась, звякнул колокольчик над нашими головами и дверные створки неторопливо поползли в стороны. Я пропустил Мишель вперёд, вышел следом за девушкой и непроизвольно замедлил шаг, заметив в фойе двух крепких парней в форме охранников и Грейсона, нетерпеливо расхаживающего взад-вперёд с заложенными за спину руками.