Бэйсд
Шрифт:
— Ладно. Спрашивай всё, что угодно. Я всё тебе расскажу.
Я проигнорировал намёк.
— Чем ты занимаешься в жизни?
Мисти захихикала.
— Ничем особенным. Создаю дизайн платьев.
— Кто их носит?
— Ещё никто, — ответила она. — Но папочка говорит, что у меня талант.
Я сморщился. У любой взрослой женщины, называвшей своего отца «папочкой», были очень и очень серьёзные проблемы с психикой. Или, может, мне не стоило обобщать, но я был абсолютно уверен, что это случай
— Где ты живёшь?
— Всё еще с папочкой.
Я промолчал.
— Сколько тебе лет, Мисти?
Девушка улыбнулась.
— Двадцать три.
Я почувствовал, что она врёт, но не собирался давить. И прикинул, что ей около тридцати. Официант принёс наши напитки прежде, чем я смог вернуться к разговорному обезоруживанию своей собеседницы.
— Вы готовы сделать заказ или вам нужно больше времени?
Посмотрев на Мисти, я заметил, что та улыбалась, пока брала меню.
— Я буду салат «Цезарь», без сухариков, пожалуйста.
Ну, конечно. Мы пришли в самый дорогой стейк-хаус во всей округе, а она хотела съесть салат. Это преступление. Кто-то и в самом деле должен был появиться и вышвырнуть её вон.
Если официант и был так же раздражён, как и я, то вида не показал.
— Отлично. А вы, сэр?
— Мне мясо на кости средней прожарки.
— Очень хорошо. Я сейчас же принесу заказ.
Официант забрал наши меню и ушёл.
Камеры вращались вокруг нас, и я был уверен, что звукооператор подавил зевок. Я точно знал, что он чувствовал. Джесс резко взмахнула рукой, чем попыталась подтолкнуть меня к разговору. Мисти облокотившись на стол, потягивала свой напиток и улыбалась мне.
— Итак, Бэйсд. Что ты любишь делать? — спросила девушка.
— Пожалуйста, зови меня Линкольн.
Мисти захихикала.
— Прости, я постоянно забываю. Я иногда бываю такой глупой.
— Правда. Ну, я люблю играть на рояле. И иногда в «Пинбол».
Мисти казалась удивлённой.
— О, это звучит... интересно.
— На самом деле нет. А что насчет тебя?
— Я люблю ходить на вечеринки. Ты любишь вечеринки, Линкольн?
«Чёрт, она это серьёзно?» — сморщившись, подумал я.
— Конечно. Скорее всего.
Я сделал глоток виски, смакуя дымчатый вкус. По крайней мере, напиток был стоящим. Сделав ещё глоток, я надеялся, что его тепло притупит раздражение от вечера; когда внезапно я выплюнул его из-за того, что определённо почувствовал, как под столом чья-то нога медленно поднимала мою штанину.
Я выпрямился на стуле, отодвинувшись от блуждающей конечности Мисти.
— Ага, как-то так, — сказал я.
Мисти даже не дрогнув, продолжала улыбаться.
— Ты совсем не прыгал в последнее время?
— Ни разу после несчастного случая.
Девушка надула губы.
— Правда?
Я сжал челюсть.
— Правда. Представь себе, что когда ты ломаешь обе ноги, в итоге, даже просто ходить становится чертовски трудно.
Она захихикала.
— Ты такой дурачок. Расскажи мне о своём последнем прыжке.
— Ты хочешь услышать о моём несчастном случае?
— Пожалуйста, — похлопав своими ресницами, сказала Мисти.
Мне захотелось взять вилку и воткнуть ей в голову.
— Я бы предпочёл не говорить об этом, — сказал я, при этом сделав ещё один большой глоток.
Мне нужно было ещё раз десять заказать напиток, чтобы общество Мисти стало более менее терпимым.
— Хмм, ладно. Ты такой скучный, — надувшись, сказала Мисти.
Я откинулся на своём стуле.
— Может, ты мне расскажешь о своём самом болезненном воспоминании? Думаешь, это весело?
— Линкольн, — голос Джесс прервал короткий неловкий момент.
Я ответил на её суровый взгляд ухмылкой.
Мисти засмеялась, решив, что я пошутил.
— Ты такой забавный!
— Видишь, Джесс, я забавный.
Джесс покачала головой, а я повернулся к Мисти.
Весь вечер был невероятно неправдоподобным. На самом деле этого не должно было быть, учитывая то, чем закончилось благотворительное мероприятие. Насколько я знал, сломанная коленная чашечка Брента хорошо заживала, что только ещё больше выводило меня из себя.
Брент заслужил гораздо худшей участи. Иногда я вспоминал его лицо, когда он схватил Бри за руку, и меня переполнял гнев.
— Что ты любишь пить больше всего, Линкольн? — спросила меня Мисти.
— Не знаю. Я всегда был поклонником виски.
— Не удивительно, — сказала она и кивнула в знак согласия. — Папочка всегда пьёт виски. Ты так похож на папочку.
— А чем папочка занимается?
Мисти закатила глаза.
— Я не знаю, чем-то скучным, связанным с инвестициями. Но кому это интересно?
— Пока он не перестанет снабжать тебя деньгами, правильно?
Девушка засмеялась.
— Точно! Должна заметить, однако, есть что-то сексуальное в том, что мужчина пьёт виски.
Удивившись, я поставил стакан на стол. «Должно быть, я недооценил то, насколько эта девушка ужасна», — подумал я.
— Почему ты так считаешь? — спросил я, не интересуясь ответом.
— Это так по-мужски. Люблю мужественных мужчин.
Я еле сдержал порыв закатить глаза.
— Почему ты считаешь это мужественным?
Мисти сделала глоток своего напитка и наклонилась над столом, практически прижав свои сиськи к моему лицу.
— Я люблю татушки как у тебя. И мужчин, которые ничего не боятся как ты.