Чтение онлайн

— Ты говорил…

— Кадзицу… — Рэйден сделал паузу. — Если я скажу, что можно похудеть при правильном питании, это ещё не значит, что благодаря только этому человек похудеет. Если я говорю, что энергия Любви помогает жить долго, это ещё не значит, что благодаря только этому чуду мы так долго живём. Всё, что я тебе говорил — правда, хоть ты и узнал совсем маленькую её часть.

— Гав!

— Вот… даже этот милый хаски согласен со мной. Иди ко мне, красавчик.

Серёгу не пришлось упрашивать дважды: хаски быстренько «разлился», как вода, в «полулотосе» Рэйдена.

— У

тебя очень умный пёсик, Кадзицу. Женщинам и детям он понравился с тех самых минут, как Ризруид привёз его в деревню. Они излечили хаски буквально за минуту, и теперь он радует мой народ своим присутствием, а детишки радуют Серёжку пловом.

— Плов? Наш плов?!

— Благодаря курочкам Ризруида и нашим женщинам, которые помогают детям в готовке, твой хаски кушает тяхан с курицей.

— Я здесь всего пару дней, как и Серёга, а ты говоришь так, будто хаски живёт здесь минимум год.

— Когда ты проживёшь хотя бы триста лет, то поймёшь насколько всё-таки прекрасно ценить каждое мгновение в жизни, расписывая его так, будто оно длилось вечно. — Рэйден глубоко подышал. — Кадзицу. У каждого из нас своя культура, и в моей деревне привыкли радоваться всему новому, что может случиться здесь. Познавая что-то новое, можно сравнить себя «сегодняшнего» с собой «вчерашним» и обрадоваться хорошим результатам, ибо они всегда заметны, если ты был внимателен.

— А можно уже перейти к совету, то есть к тому, что я подразумевал под этим серьёзным словом? — с долей сарказма выдал я.

Рэйден посмеялся.

— Что ж, Кадзицу, если тебе так не терпится узнать, зачем я тебя позвал, тогда, пожалуй, начну. — Предводитель Бессмертных обнял Сергея и лёг вместе с ним на пол. Рэйден не смотрел ни на меня, ни на Ризруида, ни на свою «пятёрку». — Поразительно. Можно найти пользу в разговоре о еде и о хаски, познать культуру той деревни, в которой ты живёшь, а можно вести себя как дурак и ждать, что на совете расскажут про самый мощный клан якудза.

Моё тело слегка напряглось, но и снова извиняться мне не хотелось, поэтому я продолжал молчать.

— Если я настроюсь доброжелательно к этой крыше, — поднял Рэйден вверх указательный палец, — то поблагодарю её за защиту от дождя. Если же я настроюсь негативно к этой крыше, то обвиню её в «сокрытии» от меня звёздного неба.

Мне хотелось вставить свои пять копеек, но и здесь я промолчал. Нет, я по-прежнему считал и считаю Рэйдена тем человеком, чей голос меня успокаивает, однако я понимаю, что, когда задевают моё Эго, оно начинает сопротивляться.

— Значит, тебе есть над чем ещё работать, — завершил Рэйден.

То ли так совпало, то ли он прочитал мои мысли, но последние его слова вернули меня в ту реальность, где я согласился с тем, что мне ещё работать и работать над собой, поэтому с завтрашнего утра я начну обучение по «успокоению» моего Эго, вечером «вылазка», а в понедельник-вторник продолжу обучение.

— Дима, — шепнул Ризруид. Я посмотрел на него. — Спроси про сектор.

— Как якудза выдают точную дозу, например, в десять импульсов, ты это хотел спросить? — перебил Рэйден уточняющим вопросом. Ризруид тоже слегка напрягся от крутости предводителя

Бессмертных. — Я не знаю ответа. Всё узнается на «вылазке». Импульсы появились относительно недавно — четырнадцатого декабря двадцатого года. А устройство ИСУЯ, собственно, с того момента и начали разрабатывать. Насколько я знаю, нашим учёным помогают репты-учёные.

— Естественно, что вашим помогают наши, — уверенно заявил Ризруид. — Но ты бы не собирал нас здесь, чтобы поговорить только лишь о еде, поэтому выкладывай всё, что имеется на данный момент. — Ящер быстро сориентировался, что нужно «добить» Рэйдена, поэтому поспешно добавил: — Всё-таки мне «за руль», поэтому хотелось бы знать больше, чем просто слова: «вылазка в Токио в это воскресенье, то бишь завтра».

— Так как наш гость, — посмотрел Рэйден на меня, — не знает о самом могущественном клане практически ничего, я думаю, что стоит начать с названия клана и имени его кумитё. Такаяма-кай — самый могущественный из шести кланов во всём мире. Его создателем и главным лидером является Норайо Такаяма. Пока что это всё, что тебе нужно знать о кланах. Кадзицу, как только я почувствую, что ты готов к большему, я обязательно поделюсь с тобой знаниями.

— Как-то маловато информации для совета, — недовольно высказал я. — С такими успехами я мог вообще сюда не приходить.

— Мог, — улыбнулся Рэйден. — Но ты пришёл. — Предводитель Бессмертных снова сел в позу полулотоса. — Совет окончен. Попрошу хаски, Ризруида и Кадзицу возвращаться к своим любимым делам. Завтра утром тот, чьи корни парят над землёй, а кроны «прячутся» в кучевых облаках, примет того, кто сегодня впервые открыл для себя прекрасный источник вдохновения.

Наша троица вернулась домой.

— Рэйден что-то затевает, — сказал ящер. — Что-то его гложет. Мне кажется, что он узнал нечто неприятное о завтрашней «вылазке», собрал нас, но так и не решился раскрыть всю правду. Дело пахнет керосином, как вы говорите. Надеюсь, он тебе расскажет больше, чем мне.

— С чего ты это взял?

— Думаешь, я такой тупой, Дима? Не нужно быть гением, чтобы понять: если ты был у озера, то корни, парящие над землёй, — деревья высотой полтора километра. Их здесь шесть. Одно из них у озера. «…примет того, кто сегодня впервые открыл для себя прекрасный источник вдохновения» — видимо, только сегодня ты додумался подняться на самый верх и понял, что медитировать над облаками — прекрасно.

— Я планировал, когда все уснут, разложить слова Рэйдена по полочкам, чтобы точно понять, о чём он говорил. Но ты сделал это за меня, хотя я не отрицаю, что изначально тоже подумал об этом.

— Гав!

— Сейчас пойдём, — посмотрел Ризруид на хаски. — Ты очень много оправдываешься, Дима, — перевёл он взгляд на меня. — Бери пример с Сергея и ложись спать. Завтра в пять утра тебя ждёт разговор с Рэйденом, так что постарайся не обосраться, говоря по-русски, и узнай как можно больше информации по завтрашней «вылазке». Возможно, только тебе он хочет раскрыть некую тайну, о которой можно поделиться со мной, потому что ты меня знаешь — я никому не расскажу.