Чтение онлайн

– Я позволю себе в этом, даже, устроить небольшой скандал. Потому что, кое-что, из того, что я готов озвучить, по многим причинам может, вообще, не понравиться мировому научному сообществу. Да и, не только научному. А, просто общественности, спецслужбам, или правительствам разных стран.

Он сделал паузу. И, внимательно оглядев зал, снова, продолжил:

– Но, к сожалению. Да и, я тоже, больше склонен придерживаться мнения моего коллеги и соратника Валерия, что излагаемая здесь мною гипотеза или, так скажем, предположение, хотя в моем изложении их можно будет считать доказанными, останутся или непонятыми, или замалчиваемыми. В

силу их, так скажем, некоторого неудобства. Так, как наша версия, в некотором смысле, отодвигает материалистическую точку зрения на мироздание, а точнее, на человеческую природу, с первых и главных позиций на вторые и неглавные роли.

По залу прокатился небольшой гул.

– Да-да. Я, в некотором смысле, готов отодвинуть материалистов в вопросах природы человека с первых позиций. И коснуться, некоторым образом неприветствующегося в научном сообществе, так называемого, нематериального. Или, как мы все привыкли называть, паранормального.

Докладчик сделал паузу, снова, ожидая ропота несогласия или возмущения. Но, к его удивлению, ничего подобного не произошло. Да, и сам спикер, как-то, безучастно застыл в одной позе, разглядывая какую-то точку где-то в недрах зала.

Тогда, он снова кашлянул в кулак и продолжил:

– Не знаю, как поступить? Или, прямо сразу, доложить вам наши соображения или, все-таки, подготовить некоторым экскурсом в неизведанное или непонятое? – Павлов обратился к залу с вопросом, попутно немного улыбаясь.

В нестройном ответном гуле или возгласах он не нашел нужного ответа и, поэтому, продолжил:

– Ладно. Поедем уверенно вперед. Или, даже, лучше так. Нет. Мы, наверное, все-таки, сделаем некоторое отступление. Ну, или некий экскурс.

– Я …, мы очень надеемся, что в этом уважаемом зале, …и, хотя, мы все с вами, как бы, все являемся приверженцами научного и материалистического взгляда…, но, не найдется, все же, такого человека, который сможет утверждать, или, тем более, доказать, что паранормального, то есть, неких необъяснённых, или аномальных явлений в мире не существует. К нашему материалистическому и научному сожалению, они, все-таки, существуют. И порой, даже, с очень большой доказательной силой фото или видеофиксации разными не договаривающимися между собой и не сговаривающимися в этом вопросе людьми. Так, что, даже, утверждающие бессмыслицу, типа,«этого не может быть, потому, что этого не может быть никогда» просто тихо умолкают.

Олег сделал паузу. Ему не очень-то было понятно: справляются ли переводчики на разные языки с его русским изложением или нет? Но, зал, вроде, был «живым». И, надо понимать, сказанное им, возможно, и доходило как нужно. Он продолжил:

– И самое удивительное – это то, что в мировом научном сообществе, так-таки, так и, не находится каких-нибудь, энтузиастов, которые бы в планы своей предстоящей на ближайшее будущее деятельности вставляли бы вопросы исследования подобных паранормальных, аномальных, или других, не укладывающихся в материалистическое прокрустово ложе, но, все же, по-прежнему, самых настоящих фактов. Ведь, наука должна основываться на фактах. Как мы знаем. Так, вот же, они! Берите, пожалуйста! Как говорится, перед носом.

– Ан-нет. Все подобное остается невостребованным. И плавно уплывает в архивы или глубокие недра спецслужб. Которые подобным делом – таким сбором и анализом, занимаются уже давно. И, я просто уверен, что они много чему могут научить наше, застывшее в бестолковой нерешительности

мировое научное сообщество. Но, от этих служивых мы подробного и обстоятельного доклада вряд ли услышим.

– Так, давайте же мы – ученые этим займемся! Тем более, что того материала, который необходимо тщательно собирать, анализировать, систематизировать, структурировать и раскладывать по полочкам просто предостаточно. И телеграмм-каналы и видео-хостинги им переполнены. И это, даже, в том в случае, если только тридцать процентов на них являются достоверным материалом. Да.

– И, при всем при этом, полнейшая тишина на сию тему от нашего научного сообщества. Это, простите, какой-то нонсенс.

Снова, возникла пауза. Подбежавшая к трибуне девушка поменяла стакан с водой. Павлов улыбнулся, поблагодарил её и продолжил:

– Теперь же, если позволите, я подойду ближе к теме моего сообщения. Всем нам известно, а кому это не известно, пусть выберет время и ознакомится вне рамок этого форума и моего доклада…, – по Павлову было видно, что он, либо начинает сердиться на своих нерадивых коллег по всему миру, либо просто распаляется в пылу, якобы, диспута с невидимыми ему оппонентами, – … что от академика Бехтеревой, нашего коллеги, возглавляющей Институт Мозга, было выдвинуто осторожное и обтекаемое утверждение, что после достаточно длительного периода скрупулезных исследований, проведенных в этом серьезном научном учреждении, набралось уже достаточно много фактов, говорящих о том, что существуют такие проявления умственной человеческой деятельности, в которой молекулярный, биологический мозг не может быть источником или логической причиной для зафиксированного потом реального следствия.

– Хорошо. Это получается что? Опять, нечто аномальное–паранормальное? Значит, причины материальной нет, а следствие материальное есть. Или снова, все будет замалчиваться, фальсифицироваться или, просто, отчаливать в глубинные недра архивов или хранилища спецслужб?

– Я не знаю, как вам, а мне… нам показалось достаточным того количества фактов, так называемого, паранормального, чтобы, все-таки, самостоятельно заняться их изучением. Мы многое исследовали, чисто, как энтузиасты, многое изучили и пришли к очень интересным выводам о положении вещей.

– Причем, даже, знаете, прониклись и поняли энтузиазм спецслужб, с которым они стараются скрыть некоторые такие факты паранормального. Потому, что обнародовать результаты многого, даже, исследованного нами, и выводы, к которым мы пришли, так сказать, пускать в обиход нынешней ступени развития человечества просто нельзя. Потому, что подобная информация может граничить с угрозой существования человечества.

Павлов, снова, остановился. Кашлянул и попил воды. Он, опять, оглядел зал. Было, все-таки, не очень понятно, понимают его или нет? Но, ничего толком для себя так и не выяснив, он продолжил:

– Вы скажете, раз, если это все опасно рассказывать, пытаться доказать, или, вообще, даже, упоминать, то за каким… простите, зачем ты тогда, вообще, вышел здесь на трибуну и льешь нам тут воду. И будете неправы.

– Небольшой процент понятого нами я сообщу вам чуть позже, раз уж у нас форум молодых идей, т.е. все несерьезно. И мне, как-то напле…, простите, не очень интересно, как вы в дальнейшем будете к сказанному относиться.

Он взмахнул затекшей рукой и, случайно, чуть не задел один из микрофонов на подставке. Потом сделал микропаузу и продолжил: