Чтение онлайн

— Предъявите документы, — потребовал Чума, и женщина пошла к комоду.

Кемпл проверял этаж, стараясь не выпускать из виду семейку. Обстановка в доме была богатой. «Только по одному виду можно сказать, что они виновны в связях с арабийцами, — подумал Кемпл. — Иначе откуда здесь все это, если высокооплачиваемой работы нет. Ну а о помощи родственников можно не заикаться, знаем мы их родственников».

Дом проверили со всей возможной тщательностью. Группа шла к следующему.

— Ничего.

—

А ничего и не будет, Кот, — уверенно сказал Кика. — Они уже давно ушли.

Осмотрели еще несколько домов с тем же результатом. Женщины, дети, старики. Молодых мужчин в селе было слишком мало.

— О, химики какие шустрые! — кивнул головой в сторону второй группы Медведь.

— Ну дык правильно, наловчились уже, — ответил Кика. — Они здесь больше года.

Кемпл посмотрел в сторону «химиков». Те обогнали их на дом.

— Открывай, карга старая! — кричал один из них, молотя ногой в дверь.

— Ладно, давайте дальше, — сказал Миха, увлекая группу за собой к очередному дому.

Впрочем, не успели они войти в ворота, как из дома, куда вошли «химики», послышался истошный визг.

— Молчи, сука, а то урою! — послышалось вслед за криком.

— Так, ребята, это уже форменный бардак, — сказал Миха. — За мной.

Группа проникла в дом, проверяемый «химиками».

— Куда прешь?! — попытался остановить Кемпла солдат, стоявший на входе.

— Что у вас происходит?

— Не твое дело, ефрик.

Миха дальше разбираться не стал, подсечкой свалил самоуверенного солдата на пол и добавил прикладом по каске, а потом пошел в глубь дома. Упавшего солдата, попытавшегося было подняться, прижал коленом Медведь, тот что-то прохрипел, но дрыгаться перестал. Вслед за своим командиром прошли Кика с Чумой.

В одной из комнат Миха увидел двух солдат, державших под прицелом парня примерно их лет и женщину, по всей видимости, его мать. Женщина без сознания валялась на полу с рассеченным лбом. Парень же был в пластиковых наручниках, он зло шипел и выкрикивал проклятия на своем языке.

Солдаты обернулись, проследив за взглядом пленника, но было уже поздно, Миха держал их на прицеле.

— Не ввязывайся не в свое дело, — сказал один из них.

— Это мое дело. Деревня находится у первого поста, и все проблемы, которые вы оставите здесь, придется расхлебывать нам. Чума, держи их; дернутся, стреляй.

— Хорошо. — Чума поднял свой автомат. Визг не прекращался, и Миха пошел искать его источник.

— Ну же, сучка, не трепыхайся, а то больнее будет, — донеслось со второго этажа.

Миха поднялся по лестнице. В комнате все было перевернуто, а на полу пыхтел солдат. Он сбросил шлем, но мешал бронежилет, и потому у насильника до сих пор ничего не получилось, только покраснел весь.

—

Кончай бардак, — тихо велел Миха. Несмотря на свою возню, солдат услышал и, словно ошпаренный, отскочил в сторону, подхватив автомат. Девушка забилась в угол, впрочем, ее слез Миха не заметил: только взгляд, полный ненависти.

— Тебе что, больше всех нужно? — спросил солдат, застегивая штаны одной рукой, понимая, что повеселиться сегодня больше не удастся.

— Отнюдь. Но этого безобразия я тоже терпеть не собираюсь. Поэтому у меня к тебе предложение.

— Какое?

— Мы сейчас тихо-мирно расходимся, будто ничего и не произошло. Ну как?

— Они ведь все бандиты, ты понимаешь это?

— Вполне возможно, что ты прав, но без доказательств они такие же граждане Союза, как и все остальные. К тому же за такие действия тебе в любом случае накинут пятак или в штрафную переведут, — сказал Кемпл, начиная раздражаться. — Долго еще трепаться будем? Нам еще улицу до конца проверить нужно.

Впрочем, глухие автоматные очереди, донесшиеся откуда-то издалека, ответили на все вопросы.

Две досмотровые группы с первого и второго поста, забыв об обидах, бежали к месту перестрелки на окраине. Кто-то оттаскивал тяжелораненого бойца за угол соседнего здания, еще четверо обстреливали окна, откуда велся огонь.

— Барбос, что там?

— А, Кот! Это ты!? Да все то же — у кого-то не выдержали нервы, видать, вот и открыл пальбу, дурак! Попытался убежать, но его вроде бы загнали обратно и держат там.

— Что теперь?

— Да ничего. Но лучше отойти подальше, видишь, корректировщик в рацию что-то бурчит.

— Танки?

— Они самые.

Солдаты отходили на параллельные улицы, только три бойца продолжали вести обстрел из соседних домов. Легкие вертолеты зависли на месте, сканируя местность. Тяжелый — продолжал наматывать круги.

Вскоре с господствующих высоток блеснули вспышки; дом, где засел стрелок, разнесло по камешкам. И только после этого донесся раскатистый гром выстрелов двухсотмиллиметровых танковых орудий.

Барбос прижал рукой шлем, что-то выслушивая, потом повернулся к своим солдатам и сказал:

— Вертолетчики заметили движение в лесу. Кто-то уходит. Нам приказано организовать преследование. Со мной первое отделение; Кот, с тобой второе. Будем брать беглеца в клещи. Вперед.

Куда нужно бежать, можно было не спрашивать: направление показывал один из «шмелей», подключившийся к погоне. Кто беглец, неизвестно. Может, какой-нибудь пацан, испугавшийся взрывов, или наблюдатель из числа боевиков. А может, и стрелок, ушедший из дому по подземному ходу, чем черт не шутит?