Чтение онлайн

Бой начался 26 июня под городом Флёрюс. Вместо того чтобы навалиться на французов всеми своими силами, Кобург разделил их на три корпуса. На участке фронта, занимаемого Клебером, наступал 13-тысячный корпус принца Оранского. На первом этапе боя французы уступили противнику и были вынуждены отступить, но Клебер организовал контрнаступление. Полковник Бернадот, командуя полубригадой пехоты и полком кавалерии, вместе со своими соседями сумел остановить, а потом и отогнать австрийцев. К 5 часам вечера обстановка на левом французском фланге стала складываться в их пользу.

В центре, где австрийцы во главе с Больё тоже сумели потеснить корпус генерала Марсо, французская контратака была менее успешной, и части корпуса Марсо понесли тяжёлые потери.

Напрасно генерал пытался привести в порядок свои расстроенные батальоны — австрийцы одерживали верх. Под генералом была застрелена лошадь, и он с трудом избежал пленения.

Наступление эрцгерцога Карла на позиции французов у Флё- рюса между тем встретило мощный отпор, поэтому Больё был вынужден приостановить своё продвижение вперёд, что дало Журдану возможность из центра перебросить на помощь Марсо несколько батальонов под командованием генерала Ф.-Ж. Ле- февра (1755—1820). Последнему пришлось выдержать многочасовой натиск совместных сил Больё и эрцгерцога и отступить на резервные позиции, оборудованные на высотах, но потом к нему на помощь из резерва подошла дивизия Хатри, и бой возобновился с удвоенной энергией. Убедившись, что Шарлеруа окончательно пал, принц Кобург, рассудив, что из-за Бельгии рисковать армией не стоило, отдал приказ на отступление. Журдан немедленно воспользовался этим, перешёл на левый берег Самбры, и некоторое время спустя вся территория Бельгии оказалась оккупированной французами.

По окончании боя Клебер поспешил к Бернадоту и в виду всей бригады категоричным тоном сказал:

— Ну, теперь ты, наконец, обязан здесь, на поле боя, принять звание бригадного генерала, которое ты заслужил. Если откажешься, ты мне больше не друг!

Комитет общественного спасения22 в Париже подтвердил это звание словами: «За храбрость и выдающиеся заслуги».

Принца Кобурга по настоянию англичан с командования объединёнными коалиционными силами убрали и вместо него назначили бездарного (по свидетельству Т. Хёйера, вполне приличного) генерала Клерфэ, сделав его для солидности маршалом. После сражения под Флёрюсом Бернадот командовал 10-тысячным авангардом армии Журдана и провёл целый ряд успешных самостоятельных операций в Бельгии. Когда же Клеберу пришлось временно отступать, он назначил бригадного генерала Бернадота командовать своим арьергардом.

Под Маастрихтом арьергарду пришлось выдержать сильный натиск союзников, но он не только выдержал его, но перешёл в контрнаступление и обратил наступавших в бегство. 24 сентября Бернадоту удалось перехватить на реке Маас продуктовый конвой противника, направлявшийся в осажденный французами Маастрихт. 30 сентября Клебер дал Бернадоту поручение заняться сапёрным обеспечением операции по штурму Маастрихта. Он приказал Бернадоту найти плотников и нужный для наведения через реку моста материал (брёвна, доски и т.п.) и высказал пожелание овладеть населённым пунктом Хейнсберг, который для предстоящей операции представлял большое тактическое значение. В письме к Бернадоту генерал назвал его своим «дорогим товарищем».

2 октября 1794 года отборные части армии Журдана начали штурм Маастрихта. Бернадот, как всегда, оказался на самом ответственном участке наступления корпуса Клебера. Для начала ему предстояло переправиться через реку Рёр, мост через которую был разрушен и которую своим сильным огнём контролировала артиллерия противника. В дерзком броске нескольким ротам Бернадота всё-таки удалось форсировать реку и закрепиться на другом берегу. Дружными усилиями французов Маас был форсирован по всей линии, а Бернадоту впервые пришлось учиться осадному военному искусству. Его отряду в составе 19 батальонов пехоты, трёх полков кавалерии и 60 пушек предстояло взять крепость Вийк на правом берегу Мааса прямо напротив Маастрихта. Начиналась осень, полили дожди, возникли проблемы с подвозом съестных продуктов и амуниции, но Бернадот воодушевлял своих подчинённых, успевал быть везде и со всеми, и через 11 дней, несмотря на храбрость защитников Вийка, крепость пала. Клебер не

преминул снова отметить успешные действия бригады Бернадота: «Генерала Бернадота трудно перехвалить: находясь всё время под сильным огнём, он действовал с удивительным хладнокровием; его неутомимое мужество и бесстрашие определили исход всего сражения ».

Спустя несколько дней, при полном бездействии и оцепенении герцога Йоркского и принца Оранского, капитулировал и Маастрихт. Клерфэ решил не рисковать и ушёл со своей армией за Рейн, оставив гарнизон Маастрихта на произвол противника. Англичане, во всяком случае, многие английские офицеры вели себя высокомерно и по отношению к союзникам, и по отношению к местному населению. Они прибыли на континент «для небольшой прогулки» и совсем не были расположены проливать кровь. Голландцам же не хватало квалифицированных офицерских кадров, поэтому вся тяжесть войны ложилась на немцев. В лагере коалиционеров начались раздоры.

Комиссар Комитета спасения Жилле поспешил представить бригадного генерала к повышению в чине. Клебер так прокомментировал повышение своего молодого друга, выразившего пожелание остаться в должности командира его авангарда: «Теперь нужно отставить в сторону ребяческие шалости, ты должен принять повышение. Оно никак не повлияет на твоё командование до или после осады (Маастрихта. — Б.Г.). Ты всегда будешь моим авангардным генералом ».

Под Маастрихтом Бернадот получил нового начальника кавалерии — ешё не знаменитого, но подавашего большие надежды генерал-адъютанта Мишеля Нея, сразу ставшего неформальным членом неформального кружка единомышленников Клебера. Уже ранее у Бернадота проявилась такая черта характера, как способность должным образом отмечать заслуги своих подчинённых, и в боях под Маастрихтом он в самых лестных выражениях представлял подвиги Нея. В дружеских и многолетних отношениях состоял Бернадот и со своими подчинёнными штабными офицерами Хамелинэйе (Hamelinaye), Жераром, генерал-адъютантом и начальником штаба Мирёром (Mireur) и его двумя помощниками Мэзоном и Морэном (Maurin).

После отступления Клерфэ за Рейн к Кёльну пал Кобленц и некоторые другие города. Воюющие стороны уже устали; Лондон прекратил выделять союзникам субсидии, а союзники ко всему прочему должны были отвлечь свои усилия на подавление восстания в Польше, так что в воздухе запахло миром.

Кампания 1793—1794 годов закончилась взятием французской революционной армией Кёльна и Бонна и закреплением 20-летнего господства Франции по левому берегу Рейна вплоть до границ с Голландией.

Между тем революция с помощью «гениального и гуманного» изобретения доктора Жозефа Игнаса Гильотена23 приступила к пожиранию своих детей. Жертвой гильотины стали видные якобинцы Жак Рене Эбер («папаша Дюшен»), Жорж Жак Дантон, Антуан Лоран де Лавуазье, Луи Антуан де Сен-Жюст и самый непреклонный и последовательный из них — Максимильен Робеспьер24.

27—28 июля в Париже произошёл т.н. термидорианский переворот, который привёл к власти представителей умеренного крыла революционеров «не первой свежести »: Ж. Фуше, Ж.-Л. Тальена и П. Барраса. В апреле 1795 года Национальное собрание установило меру длины — метр, равный одной десятимиллионной доли от четверти земного меридиана, а 23 сентября Конвент провозгласил новую конституцию страны от 22 августа, согласно которой исполнительная власть поручалась новому органу — Директории, в то время как законодательная оставалась за Советом пятисот и Советом старейшин (250 членов).

В октябре 1795 года председатель Конвента Поль Жан Франсуа Николя Баррас (1755—1829) предложил бригадному генералу Наполеону Бонапарту, уволенному из армии после свержения Робеспьера, вернуться на службу и поручил ему подавить в Париже роялистское восстание. 31 октября 1795 года Директория в составе пяти членов и во главе с Баррасом приступила наконец к исполнению своих обязанностей. После успешного выполнения «почётного и ответственного» поручения Барраса Наполеон 2 марта 1796 года был назначен командующим французской армией в Италии.