Чтение онлайн

– Макошь, – Ксения целый год прослужила в святилище зрелой Матери, хозяйки нитей судьбы. На Макошиной голове кичка с двумя рожками, в руках гребень и веретено. Макоша прядёт покутную нить, а две её верные помощницы Доля с Недеолей завязывают на ниточке той узелки – на удачу, и на беду человеку.

– Хорс, – строгий, великий, сияющий Бог солнца и света. Сила его разгорается в последние осенние дни, и Зимой греет. Без него жизни нет, без него мир замёрзнет.

– Семаргл, – огнебожич, победитель Чёрного Змия, у подножия идола ромбовидная руна с загнутыми концами, на плечах алый плащ. Сначала кумира хотели вытесать с головой пса,

но Берегиня не разрешила такой вольности мастерам. Воплощение Семаргла не должно пугать тех, кто приедет в Китеж издалека.

– Велес, – Бог мудрости, хитрости, покровитель торговцев, достатка, и конечно же пастырь зверей. Многие города и деревни в Западных Землях добывали себе пропитание охотой. Один из самых важных Богов заслужил себе место на Китежском капище, хотя многие века назад места ему не дали, оттого пошли смуты, кончившиеся крещением. Ксения не совершила чужих ошибок.

Взгляд задержался на идоле, стоявшем на самом краю – белокаменный кумир Прибогини с серебряной чашей в руках, взгляд малахитовый, на каждом пальце по настоящему перстню. Пусть Прибогиня стояла будто бы в стороне от других Богов, но в роскоши соседним кумирам не уступала.

– Матушка, угодили тебе мастера? – подступил Воисвет.

Владычица коснулась своего идола.

– Угодили, только взгляд очень грустный, холодный.

– К тебе долго приглядывались, часто в задумчивости тебя наблюдали. Дело великое с живой Прибогини кумира ваять, никогда раньше не выпадало.

– И всё-таки надо было Марену поставить, – прервал Воисвета старый волхв. – Хозяйка Зимы обидится, а Зима – главнейшая часть людской жизни нынче.

– Это Навья Богиня, тёмная, – покривился Берислав в предчувствии давнего спора. Волхвы настойчиво убеждали Ксению поставить кумир Марены на новом капище, чтобы почтить все части Исконной Веры, хоть черноокую Богиню Зимы никто ранее не славил и кумиров ей не возводил. Открыто Марену почитали только подземники, потому Берегиня отвергла советы волхвов.

– Марена – неплохая Богиня, – тщательно подбирала слова для ответа Ксения. – Без смерти нет жизни и славного возвращения. Марена – хозяйка Зимы, владычица Калинового Моста и Лунных Чертогов, но почитать её рядом со Светлыми Божичами – нельзя. Так делают одни колдуны и Проклятый Род, а мы внуки Даждьбога.

– Всегда было так, но и равновесия нет, коли на капище одни Сварожичи. Кое-где в простых деревнях Мару начали славить, задабривать её, чтобы Зимой не лютовала. Есть у людей нужда требы к ней возносить, так чего ж…

– Всё правильно, Берегинюшка! – прервал старого волхва Воисвет. – Навий мир от Явьего разделяется. О нижнем мире на смертном одре подумаем, а сейчас у нас праздник жизни!

Старый волхв не успокаивался и хотел возразить, но Берислав предостерёг его взглядом. Ни к чему портить настроение Прибогине. И Ксения улыбалась, была довольна своим новым капищем.

– Идём, Матушка, – пригласила её Изяслава. – Тебе место на празднике горнее.

Недалеко от капища сколотили накрытый белой надушенной тканью навес. Летний ветер раздувал стенки, в четыре ряда под шатром выстроились стулья для Берегини и её свиты. Собралось много думцев-советников, кто обычно следили за продовольствием в общинах и судили от имени Ксении, взымали с Городов Поднебесья подати в Китежскую казну. Думцы низко поклонились Владычице, и отдельно поприветствовали Бритоуса, начальника среди всех советников.

– Вот

если бы сейчас жахнуло, тут бы всех и накрыло… – странно проговорил Бритоус, когда пялился на безоблачное небо.

– Ты это к чему? – не пропустил военные нотки в его словах Берислав.

– Да о дожде, знамо. Вот как попрёт туча, на головы разродится, а навес-то тьфу – тряпка от солнышка. Промочит нас насквозь, хмарь-то серая.

– Да она всегда серая, каплюжник мокрогорлый, – фыркнул воевода и собрался пройти на своё место, но Бритоус придержал.

– Скажи-ка, Берислав, а ты крещёного Волка знаешь? Там, в машине, хорошо о нём рассказал. Что, встречались?

– Да ты чего, с дуба рухнул? И чего я тебе рассказывать буду! – хотел вырвать локоть дружинник, но Бритоус не отпустил. Он держал воеводу как клещ, чего никак не ожидалось от человека с похмелья.

– Вот прицепился, упырь! Ну хорошо, отец мой с Настоятелем пересекался, когда Волк ещё с Навью был.

– Твой отец Славомир?

– А кто ещё?! Он мне про Настоятеля и рассказывал, видел его, прямо как я тебя, только тогда за плечом у отца смерть стояла. Волк его спас, а потом к крестианцам ушёл. В Зимнюю Войну вместе с Ваном Тавритам рога обломал. Не простой Сергей человек, жёсткий, не такой как все крестианцы. Есть в нём что-то звериное, вернее, от Проклятого Рода осталось, такой же разбойник.

– Не разбойники они, – отпустил руку воеводы Отче-советник.

– А кто тогда?

– Волки, блин, – хмыкнул Бритоус.

– Тьфу, да пошёл ты! – только и плюнул Берислав и занял свой стул под навесом.

С торжественной песней к капищу с площади вышла процессия людей. В руках они несли запасы с прошлого года: мёд, лукошки пшеницы, сушёные яблоки-скороспелки, орехи с лесными ягодами. Впереди выступал пожилой, но очень бравый мужчина, выбранный ходатаем от всех больших общин Поднебесья. Ходатай нёс кручёный рог с медовухой – символ даров от Родной Земли. С поклоном ходатай передал рог в руки Воисвета. Волхв принял подарок и вознёс высоко над своей головой, чтобы показать всем кумирам на капище.

– Будь славен, Перуне! Вождь наш, и ныне, и присно, и от века до века! Веди нас ко Славе Трисветлой! Тако бысть, тако если, тако буди! – звонко и чисто возгласил Воисвет для народа, и передал рог волхву постарше.

– Благослови, Даждьбоже, Тарх Перунович, на деяния добрые, на деяния славные, да во защиту Исконной Веры и Земли Родной, да во защиту отцов с матерями, и жён с детками нашими. Да не будут осквернены Хоромы, Святилища и капища наши – ныне и присно, и от века до века, ибо велика и могуча Вера Исконная. Тако бысть, тако еси, тако буди! – сказал старший волхв, и передал рог седому волхву.

– Государыня, Макошь-Матушка, Мать Небесная! Соплети для нас Судьбу Светлую, да Судьбу Ясную, да без Нитей тёмных. Да не сгинет милость Твоя, да ко всем Родам нашим! Тебе Великую Славу возносим, ныне и присно, и от Круга до Круга! Тако бысть, тако еси, тако буди! – огласил седой волхв, и снова передал рог Воисвету. Так рог и ходил по рукам волхвов, пока воздавались Славы Стрибогу, Семарглу, Хорсу и Велесу. А на славлении Берегини рог снова попал к Воисвету.

– Берегинюшка-Матушка, Оберег земли Поднебесной, опора для тяжкого дела, врачоба для хворого тела! Храни мир в Поднебесье, даруй милость родам твоим! Славу поём и требы возносим, проведи ясным светочем нас от Круга до Круга! Тако бысть, тако еси, тако буди!