Белый гонец
Шрифт:
– Ну, гвоздь – не гвоздь, а все вещи явно древнего происхождения! - уверенно заявил Стас.
– Единственное, чего не могу точно сказать, какого они века. Владимир Всеволодович – тот бы сразу определил, а я пока не могу! – честно признался он.
– А кто это, Владимир Всеволодович? – заходя с другой стороны, поинтересовалась Лена. Ваня – тут же подался за ней.
Поглощенный изучением содержимого ведра, Стас даже не заметил этого
– Ученый историк, академик… между прочим, друг отца Тихона, когда тот еще не был отцом Тихоном! – машинально ответил он.
– Я с ним в археологической партии работал, а теперь помогаю систематизировать наши
– Сколько хоть он платит за каждую страницу? – поинтересовался Ваня и, в который раз, оглянулся на окно. Воспользовавшись этим, Лена успела шепнуть:
– Только не продавай дом!
Стас быстро кивнул ей, мол, понял и громко ответил:
– А нисколько! Я ему просто так помогаю! Бесплатно…
– Бесплатно… - презрительно скривил губы Ваня.
– Учись, учись, Ванечка! – посоветовала Лена.
– Это как раз тот случай, когда слово «бесплатно» пишется с буквой «з», а не «с».
– Почему, у меня тут тоже есть свой интерес! – справедливости ради, признался Стас.
– Вот видишь! – обрадовался Ваня. – И запомни, Ленка: в мире теперь ничего не делается безплатно!
– Если не считать за плату то, что я, благодаря этому, создаю новую науку… - стараясь сделать это как можно скромнее, уточнил Стас.
– Как! Ты создаешь новую науку? – во все глаза уставилась на него Лена. – А как она называется?
– Не знаю. Названия пока еще не придумал…
– А ты хотя бы приблизительно! – усмехнулся Ваня, не поверивший ни единому слову друга.
– Что это: новая химия или старая физика?
– Хорошо, попробую объяснить, - не принимая иронии, согласился Стас. – Про геополитику, надеюсь, слышали?
– Еще бы! – кивнул Ваня.
– Это когда ученые подсказывают президентам и бизнесменам, как лучше поступать, - шепнул он сестре и уже с интересом взглянул на Стаса. – Очень даже выгодное дело!
– Так вот, а я хочу создать, так сказать, историческую геополитику, - пропуская слова друга мимо ушей, продолжил Стас.
– Чтобы на примере уроков истории люди могли прогнозировать свое настоящее и будущее. И не бились головой об одни и те же углы, с переодичностью в один в век, а то и чаще! Начну, разумеется, с истории России. Как говорится, своя рубашка ближе к телу! Ну, а потом, конечно, придется расширяться, потому что в этой исторической геополитике все взаимосвязано.
– Историческая геополитика! – с восхищением прошептала Лена и погладила то, что Стас назвал кусочком старинного ключа.
– А говоришь названия нет…
– Точно! – ахнул Стас. – Как же я сам-то не догадался? Вот Ленка! Как всегда самую суть вещей видит!
Он достал из ведра толстый кружок красноватого цвета, размером с пятирублевую монету и принялся вертеть его то так то этак.
– А это еще что?..
– Так - ерунда! – пренебрежительно махнул рукой Ваня.
– Я эту штуку в огороде бабы Поли нашел. Думал, монета, видишь, и лицо есть, и буквы какие-то… но в районном антикварном сказали, что это подделка, потому что из свинца! Хотя, - недоуменно пожал он плечами, - какая же это подделка, когда я вот этими руками ее из земли, точнее, из-под камня достал?
– И я могу ее взять себе?
– Конечно! – сам зажал в кулак друга находку Ваня. – На что она мне? И потом, я ведь обещал тебе подарок! Хотя думал, ты выберешь что-то получше…
– Вот спасибо! – обрадовался Стас и умоляюще взглянул на друга: - Вань, а может,
– Да ты что! – нахмурился Ваня. – Никак нельзя. Я и так уже все огороды вскопал-перекопал! Люди смеяться будут, да и не поймут теперь ничего… К тому же, страшина давно уже на меня косится… Нет, никак невозможно!
За окном раздался короткий гудок неслышно подъехавшей машины.
Ваня охнул и набросился на сестру:
– Ленка, а ты что еще здесь? Служба вот-вот начнется! Ну-ка давай скорей в храм!
– А ты?
– Меня подвезут!
Лена посмотрела в окно и вызывающе подперла бока кулачками:
– А для причащения младенцев отец Михаил разрешает в самом конце службы приходить!
– А на клиросе кто подпевать будет?
Машина еще раз напомнила о себе, уже более нетерпеливым гудком.
Лена твердо взглянула на вконец растерявшегося брата и – как отрезала:
– Вот вместе и пойдем! Там канава, поможешь мне через нее коляску перенести!
Машина прогудела в третий раз, длинно и требовательно. Ваня заметался по комнате и, махнув рукой, выбежал из дома.
– Ну, - обратился к Лене Стас, как только они, наконец, остались вдвоем.
– Что там случилось с Ванькой, из-за чего мне надо было бросать все и мчаться сломя голову в Покровку? И с какой стати я не должен продавать дом? Ты хоть знаешь, сколько он мне за него предложил?
– Сколько? А впрочем, можешь не говорить, я и так догадываюсь: двести тысяч! Что, верно?
– Почти… - слегка обескураженно пробормотал Стас. – Сто пятьдесят!
– Ну, тогда я просто была лучшего мнения о своем брате!.. – с горечью усмехнулась Лена. – А вообще, Стасик, с Ваней, правда, беда. Сначала все как-то незаметно и, вроде, даже как правильно было. Ну, ходит, учит всех, как нужно жить. Но ведь при храме человек трудится, знает больше, чем мы, о душах наших заботится. Но потом смотрим – то, что он говорит, как-то все время расходится с делом. То колбасу за углом в великий пост ест, хотя пять минут назад других за глоток молока Иудами называл. То запрещает входить к нему во время молитвы, а сам в это время спит… А потом еще наш привредник…
– Кто? – не понимая, уточнил Стас.
– Привредник! – повторила Лена и, косясь на окно, быстро-быстро принялась объяснять: - Наш прежний сторож – привратник, точнее придверник, так как у нашего храма не ворота, а двери, а еще точнее, самый настоящий привредник пустил слух, что во время чтения за Ваней появляется белый свет, вроде нимба…
– Ну и что тут такого? – заступился за друга Стас.
– Он же его похвалил!
– Иная похвала – хуже проклятия! Привредник знал, что делает: читал в духовных книгах, как губит человека гордыня. Он хотел, чтобы Ванька, вконец возгордившись, совсем испортился, да только сам за какие-то темные делишки с треском был выгнан с работы. Но свое дело успел сделать. Ванька, когда до него этот слух дошел, так вознесся, что чуть ли не святым себя возомнил! С тех пор, читая на часах перед Литургией «не даст в век молвы праведнику», он стал это так слово выделять и на людей свысока поглядывать, чтобы все поняли, что это о нем! Не понимаю, как только отец Михаил его терпит, наверное, просто заменить некем. Есть новый сторож, настоящий привратник – у нас к его приходу забор с воротами сделали – Виктор. Но он контуженный. В Чечне или еще даже в Афганистане на мине, говорят, подорвался. Его наш участковый где-то под забором подобрал и при храме пристроил…